• Литнет
• Литературные блоги
• Скидка на новинку!

Скидка на новинку!

Дорогие читатели! Завтра, 9 марта на новый завершенный роман "Бесстыдница" будет добавлена скидка 20%!

                                           Залетайте! Тут жарко!

        БЕССТЫДНИЦА

"... Лифт едет. Пятый этаж. 
    Я чувствую его руку на своей талии.
    Сначала просто — касание. Легкое, почти невесомое. Потом — увереннее. Потом — ниже.
Его ладонь ложится мне на ягодицу.
    Спокойно. Уверенно. Как будто так и надо. Как будто это самое естественное движение в мире.
    Я замираю. Смотрю в отражение. Его лицо абсолютно спокойно. Он смотрит на цифры этажей. На дверь. На отражения других людей.
    Никто не видит, что его рука — на мне. В толпе, в тесноте, прижатая моим телом к стене, она гладит.
Через тонкую ткань юбки я чувствую каждое движение. Каждое нажатие пальцев. Каждое обещание.
    Я без белья.
    Конечно без белья. Я не могу иначе. Я хожу по этому офису каждый день и знаю, что под этой строгой одеждой — ничего. Только я. Только кожа. Только жар, который становится сильнее каждый раз, когда я приближаюсь к нему.
    Он знает. Он чувствует. Он гладит там, где под тканью — только я.
    Его рука быстро задирает подол юбки. Его пальцы сжимаются. Чуть сильнее. Чуть наглее. Чуть ближе к тому месту, где уже жарко, где уже влажно, где я хочу его больше всего.
    Седьмой этаж. Выходит несколько человек. Становится чуть свободнее, но не намного. Он не отодвигается. Он прижимается ещё теснее.
    Я чувствую его бедра. Его живот. Его дыхание на своей шее.
    Я смотрю в отражение. На сотрудников вокруг. Все в телефонах. Никто не видит. Никто не знает, что рука моего начальника сейчас сжимает мою голую ягодицу в лифте, полном людей.
    У меня подкашиваются колени.
    Восьмой. Девятый. Десятый.
    Люди выходят, заходят, но нас это не касается. Мы стоим так. Он гладит. Я таю.
    Одиннадцатый. Двенадцатый. Тринадцатый.
    Я смотрю на его отражение. Наши глаза встречаются.
    В его взгляде — вопрос. Вызов. Обещание.
    Его рука всё ещё на мне. Гладит. Сжимает. Дразнит.
    Четырнадцатый. Пятнадцатый. Шестнадцатый.
    Мой этаж — двадцатый. Его — двадцать первый. Скоро.
    Я смотрю на него в отражении. На его губы. На его глаза. На его руки — одну вижу, вторую чувствую.
    И вдруг понимаю: я хочу. Я хочу прикоснуться к нему. Так же, как он касается меня. Я хочу быть смелой. Я хочу быть дерзкой. Я хочу, чтобы он знал — я не просто жду. Я тоже играю.
    Я медленно завожу руку назад.
    Очень медленно. Осторожно. В тесноте лифта это легко — никто не видит, никто не замечает.     Моя рука скользит за спину, между нашими телами.
    Я касаюсь его.
    Сначала — ткани брюк. Дорогой шерсти. Под ней — жар. Под ней — он.
    Я чувствую, как он напрягается. Как замирает. Как перестаёт дышать.
    Моя рука скользит ниже. Медленно. Осторожно. Я смотрю на его отражение и вижу в его глазах что-то новое — удивление? Восхищение? Голод?
    Я касаюсь его там.
    Прямо там. В лифте. В толпе людей, которые стоят в двух сантиметрах от нас и ничего не подозревают.
    Он твёрдый.
    Я чувствую это через ткань. Горячий. Твёрдый. Готовый.
    У меня внутри всё переворачивается.
    Я никогда не делала ничего подобного. Никогда не была такой смелой. Никогда не позволяла себе такого.
    Страх разрывает меня на части.
    Я боюсь. Боюсь, что кто-то увидит. Боюсь, что чей-то взгляд упадёт на наш отражение. Боюсь, что кто-то заметит движение моей руки. Боюсь, что дверь откроется на нашем этаже и все увидят, где моя рука.
    А вдруг ему не нравится? Вдруг он считает, что я перехожу границу? Вдруг он хотел только дразнить, только играть, а я всё испортила своей дерзостью?
    Вдруг он сейчас отодвинется? Уберёт мою руку? Посмотрит на меня с осуждением?
    Сердце колотится где-то в горле. Ладони потеют. Я почти чувствую, как кто-то поворачивает голову. Как чьи-то глаза смотрят на нас. Как кто-то видит мою руку, заведённую назад, туда, где не должно быть руки.
    Я замираю. Не дышу.
    Но никто не смотрит. Все заняты собой. Своими телефонами. Своими разговорами. Своими мыслями.
    А Алексей...
    Алексей смотрит на меня в отражении. В его глазах — жар. Одобрение. Желание. И что-то ещё — нежность? Гордость? Удивление от моей смелости?
    Его рука на моей ягодице сжимается сильнее. В такт моей руке.
    Я глажу его там. Медленно. Осторожно. Чувствую, как он пульсирует под моими пальцами. Как тяжело он дышит — я вижу это по движению его груди в отражении. Как хочет меня.
    Восемнадцатый. Девятнадцатый.
    Скоро мой этаж.
    Мы стоим так. Смотрим друг на друга в зеркале. Я глажу его там, в лифте, битком набитом людьми. Я чувствую, как растёт его возбуждение. Как напрягается каждая мышца его тела.
    Двадцатый.
    Двери открываются.
    Я не убираю руку. Он не убирает руку.
    Секунда. Две.
    Люди выходят. 
    — Лиза, — шепчет он мне в затылок. Голос хриплый, чужой, низкий. — Выходите.
    Я убираю руку. Медленно. Нехотя. Последнее касание — и пустота.
    Выхожу из лифта.
    Ноги дрожат так сильно, что я боюсь упасть. Между ног пульсирует — сильно, ритмично, невыносимо. Я сжимаю бёдра, чтобы унять эту пульсацию, но она только усиливается. ..."

Всех милых дам с Днем Весны!))