00:12 Не Просыпайся

Глава 3.

Сердце сжалось так сильно, что даже дыхание перехватило. Я смотрела на экран, как на врага, который забрал у меня право на спокойствие. Восьмой раз. Девятый. Каждый новый вызов — словно удар током. И снова, и снова этот голос: “Телефон абонента выключен или находится вне зоны действия сети.”

Руки дрожали. Пальцы цеплялись за телефон так, будто могли заставить его ответить.

Перед глазами вспыхнули воспоминания — резкие, болезненные, как рана, о которой не хочется вспоминать.

Я была беременна. Тогда, в том офисе, я стояла в дверях, пока дыхание рвалось из груди, а мысли кричали одно: “Нет, только не это.” И она — чужая женщина, поспешно поправляющая юбку. И Артём, замеревший с тем самым выражением на лице, которое не требует объяснений.

Десятый вызов оборвался так же быстро.

Я перевела взгляд на Алису. Ей уже год. Она спала в кроватке — такая крохотная, безмятежная. Её ладошка была прижата к щеке, а во сне она тихонько посапывала, совершенно не подозревая, как невыносимо страшно сейчас её матери.

Я осторожно взяла её на руки, прижимая к себе, словно это могло защитить меня от тех мыслей, что уже накрыли с головой.

— Всё хорошо, моя девочка, — выдохнула я в её макушку, хотя внутри всё дрожало.

Аккуратно уложила её в автокресло, застегнула ремни. Неважно, если это всего лишь мои страхи. Пусть я просто накручиваю себя. Мне нужно увидеть его. Убедиться.

Я завела машину, сжала руль так крепко, что костяшки побелели.

Дорога растянулась бесконечностью. Фонари вспыхивали и исчезали за стеклом, будто отсчитывая время до неизбежного.

А если снова? Если он сейчас с ней?

Мысли обрушились лавиной. Холодные ответы в последние недели. Отстранённые прикосновения. Задержки на работе, которые я старалась не замечать. Почему я так долго закрывала глаза? Почему верила?

— Нет… — прошептала я сквозь стиснутые зубы, вцепившись в руль до боли в пальцах. — Это не может быть снова…

Но сердце уже знало ответ.

Отлично, Леночка, сейчас напишу эту сцену с напряжением и тревогой, которые спадут только в самом конце. Вопрос про панические атаки тоже вставлю, чтобы ты могла почувствовать, как это смотрится в контексте. Если что — уберём.

Я ворвалась в офис, даже не думая о том, как это выглядело со стороны. Плевать. Только бы увидеть его. Только бы убедиться.

Шаги гулко отдавались в коридоре. Я толкнула дверь — и замерла на пороге.

Он сидел за столом. Один. Лицо усталое, сосредоточенное, пальцы быстро стучали по клавиатуре. Бумаги, ноутбук, телефон рядом — всё было так обыденно, так… правильно.

Он обернулся, удивлённо подняв брови.

— Мила? — Его голос звучал мягко, но с ноткой тревоги. — А что случилось?

Грудь сжалась от боли и облегчения одновременно. Я закатила глаза, тяжело вздохнула, пытаясь вернуть себе хоть тень спокойствия.

— Ты один? — Голос дрогнул, хотя я изо всех сил старалась удержаться.

— Конечно, Мила, один. С кем мне ещё быть? — Он поднялся из-за стола, подошёл ближе. — Я же тебе с утра говорил… Мы начали работу над проектом твоего отца. Это же так важно было для него.

Его слова вонзились в меня, как ледяная игла. Я не помнила этого. Он говорил мне это? Почему я забыла? Почему внутри всё кричало, что этого не было?

Он протянул руки, осторожно обнял меня за плечи.

— Ты в порядке? — Голос стал мягче, теплее. — Где Алиса?

Я сжала губы, сердце упало куда-то в пустоту.

— В машине… — ответила я почти шёпотом.

— Ты… оставила её одну? В машине? — Его голос стал резким, и прежде чем я успела оправдаться, он уже выскочил из кабинета.

Мы бежали к парковке. Каждая секунда казалась вечностью.

— Боже, Мила, как ты могла? Это снова твои панические атаки? Ты пила таблетки?

Я не ответила. Всё, что я чувствовала — это страх. За Алису. За себя. За всё.

Мы добежали до машины. Я подбежала первой, распахнула дверь. Алиса спала, свернувшись калачиком, её дыхание было ровным и спокойным.

— Слава Богу… — Я опустилась на колени рядом с машиной, слёзы подступили к горлу. — Прости… Прости меня…

Артём наклонился рядом, обнял меня, прижал к себе так крепко, будто хотел передать через это хоть каплю уверенности.

— Всё хорошо. Всё уже хорошо. Ты слышишь?

Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.