0,3% света. Предел сближения

Железная походка

ЧАСТЬ1: ЛОЖНОЕ ЗАДАНИЕ
Станция «Гармония-1» перестала дышать. Воздух в коридорах был спёртым, неподвижным, будто его откачали, оставив лишь вакуум страха. За двенадцать часов до прибытия Инквизитора официальные уведомления сменились приказами, а приказы — немой, всеобщей паникой, тщательно скрываемой под маской служебного рвения.

Люмен шёл по стерильному коридору Аурелианского сектора, и каждый его шаг отдавался эхом в звенящей тишине. Обычно здесь царило оживлённое движение — технический персонал, учёные, дипломаты. Сейчас коридор был пуст. Задраенные двери кают, тусклый аварийный свет вместо привычного яркого потока. Станция готовилась к осаде, и враг был не снаружи, а в головах.

Он попытался выйти на связь с Ноктис через аварийный канал, который они настроили через Кая. Ответа не было. Только статичный, ледяной шум. Все личные коммуникации, кроме служебных, были заблокированы. Они оказались в информационном вакууме, отрезанные друг от друга.

Внезапно впереди, на перекрёстке, возникла фигура. Кассий. Он не шёл, а стоял, словно врос в металлический пол, его золотистая кожа тускло отсвечивала в полумраке.

— Люмен, — его голос был ровным, без эмоций, как у робота-диктора. — Куда путь?

— В док-отсек 4. Проверить показания датчиков на челноке «Зодиак-7», — автоматически ответил Люмен, цитируя выдуманное им самим задание.

— Отменить, — Кассий не моргнув глазом. — Все док-отсеки и нейтральные сектора закрыты по приказу Инквизитора до окончания инспекции. Возвращайтесь в свою каюту и ожидайте дальнейших инструкций.

Приказ. Без объяснений. Без права выбора. Люмен почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Они уже в клетке. Даже не они — вся станция.

— Понял, — кивнул он и, развернувшись, пошёл обратно. Он чувствовал на себе взгляд Кассия, впивающийся ему в спину, пока он не свернул за угол.

ЧАСТЬ 2: ЗАСТЫВШАЯ МУЗЫКА ТЬМЫ

В Умбрийском секторе было не лучше. Мягкий, пульсирующий свет биолюминесцентных грибов казался приглушённым, неестественным. Воздух, обычно наполненный шепотом листьев и стрекотом светящихся насекомых, был мёртв. Ноктис сидела в своей каюте, прижавшись спиной к стене, и слушала.

Снаружи, за дверью, раздавались шаги. Дверь с шипением отъехала. На пороге стоял Тейн. Его лицо было маской спокойствия, но его огромные глаза видели слишком много.

— Дитя тени, — произнёс он, и его голос был тише обычного, почти шёпотом, полным невысказанной тревоги. — Тёмные воды сегодня неподвижны. Даже ночные соловьи забыли свои песни. Оставайся в своей келье. Не выходи без нужды. Чужие глаза ищут трещины в нашем единстве.

Он не ждал ответа. Он просто растворился в полумраке коридора, оставив её наедине с леденящим предчувствием. «Чужие глаза». Он имел в виду не только аурелианцев. Он чувствовал исходящую от неё ложь, её страх. Он знал. Или догадывался.

Она подошла к задраенному иллюминатору, прикоснулась лбом к холодному стеклу. Где-то там, в этих стальных лабиринтах, был он. Так же напуган. Так же одинок.

ЧАСТЬ 3: ПРИБЫТИЕ

Люмен стоял у большого визора в обсервационной палубе Аурелианского сектора. Сюда согнали весь командный состав. Все молчали, глядя в чёрный бархат космоса.

И тогда он появился.

Сначала — как крошечная серебристая точка. Потом — как угрожающе быстрая тень. Корабль Инквизитора не был похож на их суда. Он был длинным, острым, как игла, лишённым каких-либо эстетических излишеств. Корабль-скальпель, предназначенный для одного — вскрывать и иссекать.

Без единого запроса на стыковку, корабль плавно, почти призрачно, пристыковался к главному шлюзу. Никаких переговоров, никаких предупреждений. Его право было данностью.

В огромном зале воцарилась мёртвая тишина. Сотни людей замерли, затаив дыхание.

Раздался звук. Один-единственный, чистый и леденящий душу.
Стук.

Металл о металл. Снаружи главного шлюза.

Затем шипение разблокировки. Массивная дверь начала медленно отъезжать в сторону, открывая тёмный проём.

И тогда они услышали их.
Тук. Тук. Тук.

Чёткие, размеренные, неумолимые шаги. Не бег, не марш, а неотвратимое, механическое движение. Шаги людей, которые не сомневаются, не колеблются, не чувствуют.

Из тени шлюза на свет вышла фигура в чёрной, лишённой каких-либо опознавательных знаков форме. Высокая, худая. За ним — шестеро таких же, с непроницаемыми лицами.

Архонт Верокс, Верховный Инквизитор Аурелии, обвёл зал безразличным взглядом. Его глаза, холодные и светлые, как лёд, скользнули по стоящим в строю офицерам. На мгновение его взгляд задержался на Люмене.

И в этот миг Люмену показалось, что он не просто видит его. Он видит его. Видит его тайну, его страх, его ночные встречи в полумраке. Это было иррационально, безумно, но это чувство впилось в него ледяными когтями.

Инквизитор не сказал ни слова. Он медленно кивнул Кассию, давая понять, что аудиенция началась. Затем он развернулся и, отбивая ту же железную походку, двинулся вглубь станции, его гвардия — тенью за ним.

Тук. Тук. Тук.