#1 Алая Магнолия

Глава 6

Предупреждение

Займёт пару дней, пока я не соберусь пойти к адвокатам. Я планировала отправить бумаги по почте, но сейчас уже конец недели, и я решаю, что на самом деле не хочу оставлять их на выходные. Я приезжаю в город пораньше и просовываю конверт под дверь. Я добавила к нему написанную от руки записку, в которой говорится, что мы с братом не заинтересованы в продаже — и прошу не утруждать себя отправкой новых предложений. Что-то подсказывает мне, что этого будет недостаточно, чтобы удержать Антуана Мариньи, но думаю, что я должна хотя бы попытаться. Хотя в глубине души я испытываю облегчение оттого, что сегодня вечером меня не будет дома. Я буду в доме Эйвери с ней и Касс, готовясь к вечеринке в заливе Пьерду. Я подозреваю, что еще один незапланированный визит может быть в планах после того, как Антуан узнает, что предложение было отклонено.

Если честно, меня больше волнует настоящий душ, чем вечеринка. Коннор соорудил импровизированный душ в моей ванной из большой бочки с водой, которую мы притащили наверх, но это прискорбно не соответствует действительности. Оголенные провода свисают со стены там, где должен быть свет. Я осторожно смотрю на них, когда моюсь, хотя и знаю, что они не рабочие. В конце концов, проклятие есть проклятие. Я начала фантазировать о долгом горячем душе, так что я с радостью притворюсь, что взволнована вечеринкой, если это, наконец, означает чистые волосы и бритые ноги.

В середине утреннего перерыва я возвращаюсь к своей машине, чтобы взять книгу, которую забыла, когда вижу Джереми и Антуана, стоящих у бирюзового Шевроле. Даже на расстоянии я могу сказать, что они спорят. Я подхожу немного ближе и встаю за ближайшим пикапом, прислушиваясь.

– О чем думали твои родители?

Я слышу, как Антуан говорит, его голос низкий и яростный. – Они знали, что произойдет, если они его продадут. Этого никогда не должно было случиться.

Он так сильно сжимает дверцу машины, что я могу поклясться, что он действительно сгибает ее.

– Адвокаты не думают, что она передумает. Но я найду способ, Антуан, обещаю. Голос Джереми звучит испуганно. – Я все исправлю.

– Ни черта ты не исправишь.

Голос Антуана мрачен.

– Если Харпер и ее брат не передумали после недели, которую они провели, они вряд ли изменят свое мнение. Я разберусь с этим. Просто держись от меня подальше и не делай ничего глупого.

Он качает головой, и Джереми уходит, бросая на ходу нервные взгляды через плечо. Я уже собираюсь последовать за ним, когда Антуан оборачивается и смотрит прямо на меня.

– Харпер, - говорит он смиренным тоном, и мне интересно, как он узнал, что я там. Я выхожу и встречаюсь с ним лицом к лицу через несколько пустых мест для машин.

– Что ты имел в виду, говоря "после недели, которую они провели"?

Я свирепо смотрю на него.

– Все проблемы с энергетической компанией и департаментом водоснабжения — это ты устроил, не так ли? И Джереми — он недавно потерял обоих своих родителей, и вот ты мучаешь его. Он не виноват, что его родители продали дом.

– Его родители знали, что дом нельзя продавать.

Его глаза мрачно блестят на солнце.  – Они совершили ошибку, которую я просто пытаюсь исправить. Джереми это знает.

Если он так уверен, что дом не следовало продавать, и у него достаточно денег, чтобы сделать нам с Коннором такое предложение, почему он просто не купил дом сам? Вопрос застревает у меня в горле, но задавать его кажется навязчивым и каким-то грубым, что странно, учитывая, насколько резки его собственные манеры. Тем не менее, я не спрашиваю об этом. Откровенная конфронтация никогда не была моим стилем.

Упрямство, однако, — вот что у меня дошло до тонкого искусства. – Ну, если ты надеешься, что я продам его тебе обратно, я не продам.

Он так быстро оказывается рядом со мной, что я едва замечаю его движение, стоит так близко, что меня бросает в дрожь, и смотрит на меня сверху вниз.

– Ты понятия не имеешь, - тихо говорит он, - с чем ты играешь. Если это деньги, то назовите свою цену. Мне все равно, сколько это стоит. Но поверь мне, Харпер. Ты не хочешь оставаться в этом доме. И если вы думаете, что проблемы с душем - это худшее, с чем вы там столкнетесь, подумайте еще раз.

– Это что, угроза?

Я не отступаю от него. – Потому что, если что-нибудь случится с моим братом или со мной, это не очень удачный разговор для тебя.

Он издает нетерпеливый звук, и на мгновение мне кажется, что он собирается сказать что-то еще, затем он начинает уходить.

– Что в подвале урагана?

Я не уверена, какой импульс заставляет меня это сказать, но он останавливается, и по тому, как медленно он оборачивается, я могу сказать, что задела его за живое. Затем он снова оказывается прямо передо мной, пугающе быстро, его лицо такое замкнутое и неприступное, что я инстинктивно делаю шаг назад, внезапно осознав, что я одна на стоянке. Я жду какой-нибудь угрожающей команды не приближаться к подвалу, но когда он наконец заговаривает, его слова совершенно неожиданны.

– Как прошли твои сны?

Его тон мягкий, но его глаза, впивающиеся в мои, темные и беспокойные. – Это лицо, которое ты нарисовала. Оно уже начало смеяться над тобой?

Я так ошеломлена, что не могу найти слов для ответа и вместо этого просто смотрю на него. Он медленно кивает, не сводя с меня глаз. – Я так и думал, - мрачно говорит он. Его рот сжат в жесткую линию. – Скажи своему брату, что хочешь продать дом, Харпер. Перепиши его обратно Джереми и найди новый проект для своего брата, над которым он будет работать. Я даже помогу тебе его найти. Но не оставайся в этом доме.

Он начинает отходить от меня. Я так потрясена тем, что он только что сказал, что все еще стою, застыв на месте, пытаясь понять, откуда он знает о снах, когда он останавливается у своего Шевроле и снова поворачивается ко мне лицом. – Джереми сказал, что сегодня вечером у старого дома на заливе Пьерду будет вечеринка. Ты собираешься идти?