1. Королева Марго пенсионерка

Глава 13

С обедом у меня никогда не бывает проблем, хотя для себя одной готовить совсем не хочется. Но у меня большое количество различных полуфабрикатов на случай прихода гостей или приезда детей с внуками. Замороженные заготовки есть всегда, и подвал заставлен банками с солениями. Под настроение делаю пельмени, вареники. Заморожу и разложу по пакетикам. На даче морозильная камера имеется с размер хорошего холодильника. Как дочка говорит, что у меня не морозилка, а оптовая база замороженных продуктов. Ну и что! Мы люди южные, гостеприимные, у нас должно быть на столе всего много и всегда. А уж гостя не накормить до отвала - это не по-нашенски! У Гали в магазинчике пока не очень большой ассортимент, а часто ездить на рынок в соседний городок не всегда хочется.

Привычка делать запасы осталась с советского времени. Сейчас слово дефицит забыто, надеюсь, навсегда. Но русский человек не будет спать спокойно, зная, что закрома его на случай чего-то «такого» непредвидимого окажутся пустыми. А вдруг?

Быстрый обед оказался сытным и вкусным и мне даже достался комплимент от полковника.

– Маргарита Сергеевна теперь понятно, почему вас оберегают лондонские товарищи и бывшие мужья. Я бы тоже взялся вас охранять. Прямо с утра и до вечера! – выпив большую чашку чая, довольно произнёс Вадим Петрович.

– А что так дома охранять некого? – я заметила, как быстро потухла лукавая искорка, сверкающая до этого в глазах полковника.

– Один я. Дети взрослые. У меня две дочки. Живут своими семьями. А мы с женой уже лет двенадцать как разбежались. Она замужем давно.

– А почему развелись? – спросила Маша.

– С моей работой… Я же сыскарь потомственный. Вся молодость в бегах за бандитским элементом, так сказать. Жена не смогла больше ждать меня. Девчонок сама подняла. Всё одна да одна. Я её не осуждаю. Какой из меня муж? Отец?

– Вадим Петрович то, что не осуждаете, молодец! Понимаете, что тяжело нам, женщинам, без мужской поддержки.

– Спасибо, хозяюшка, за хлеб-соль, пора! Работа ждёт. Вы уж, Маргарита Сергеевна, великодушно прошу вас, не спешите с выводами. И не делайте опрометчивых поступков. Мой номер телефона у вас есть. Всегда к вашим услугам.

Проводив полковника, мы с Машей убрали в доме, похоронив остатки моего драгоценного фарфора в мусорном контейнере.

– Ну что, Маша, дальше-то что? – за чашкой горячего кофе поинтересовалась я.

– Я у вас как в другом мире побывала. Марго Сергеевна. Ой, простите! – смутилась Маша, обращаясь ко мне.

– Да ладно, что уж там. Называй, как зовётся, – я одобрительно махнула рукой.

– Не смогу я вернуться к Владу. Помогите мне, Маргарита Сергеевна!

– Конечно, я с радостью, какой разговор. Только помочь себе сможешь ты сама. А я поддержать, посоветовать смогу. Ты, главное, собери себя внутри сама.

– У меня сейчас сердце на кусочки разорвалось. Так муторно на душе.

– Попробуй сделать так. Закрой глаза и представь, что ты дерево. Расти вверх. А где и какую веточку у основания срезать, чтобы она не мешала росту, и дерево не превратилось в кустик, тебе лучше знать. Да ты не плачь, не расслабляйся, держи нервы в руках. Поставь перед собой цель и вырывайся из этой паутины грязного паука. Подожди, мы с тобой ещё таких кружев навяжем из ниточек судьбы, как говорится, не чета его пыльной паутине, – как могла, успокаивала я собеседницу, сама удивившись откуда-то взявшимся у меня высокопарным фразам.

– Надо мои документы забрать и вещи.

– Да к лешему, эти вещи другие купим. А документы, паспорт что ли? Восстановим.

– И паспорт, и свидетельство о рождении, и документы на дом, развалюху бабушкину и фотографии, это главное. Фото мамы и бабушки. Без них я себя человеком не ощущаю, а… пустотой, как существо без прошлого, – Маша заплакала.

– Успокойся детка. Всё будет хорошо, я помогу тебе. Что надо сделать, говори.

– Влад сегодня должен поехать в Москву. Он эту поездку ни за что не отменит. Если Артёма не отпустят из милиции, поедет один с Иваном, своим водителем. В доме останутся только баба Лиза и старичок Николай Николаевич. Они любят меня. Всегда хорошо ко мне относятся, думаю, впустят в дом. Я быстро управлюсь.

– В котором часу он уезжает?

– Всегда выезжает из ворот в одно и то же время, ровно в пять вечера.

– Как мы узнаем, выехал он или нет?

– Маргарита Сергеевна, мы можем постоять в лесу. Там не очень далеко, но видно, как они из ворот выезжают. Он нас, думаю, не заметит.

– А если решит отменить поездку и останется? А если ловушку устроит? – выдвигала я разные предположения. Маша растерянно смотрела на меня, не зная, что ответить, – ладно, сориентируемся на месте, – успокоила я её.

С собой я взяла электрошокер. На всякий случай. Всё-таки в «логово зверя» идём. К месту мы подошли вовремя. Усадьба Никанора была на приличном расстоянии от нас, но выезд из неё просматривался отлично. Только мы успели спрятаться за кустарником, как в воротах показался «Мерседес» Никанора.

– Ура! Выехал. Сейчас за поворот заедет, и мы можем ближе к воротам подойти, – почему-то тихо сказала Маша.

Как заправские шпионки мы, оглядываясь, подошли к воротам Никаноровской усадьбы.

– Господи, куда столько и земли, и дом такой огромный, – удивилась я внушительным размерам приобретённой и отстроенной недвижимости Никанора.

– Так я говорила вам, он мечтает «Никаноровскую обитель» создать.

– Ага, разбежался. Кто же ему позволит это сделать? Мы первые не допустим. Что дальше будем делать?

Калитку нам открыла баба Лиза.

– Уехали, уехали, Машенька! Я видела. Ванька, видно, в Москву повёз. Как же так? Никанор так переживал, так переживал, что тебя нет, Артёма арестовали! Что происходит? Ты хоть мне расскажи, Машенька.

– Ладно, баба Лиза, идите к себе, всё потом, – перебила Маша причитания старушки. Когда она скрылась за поворотом коридора, Маша показала мне жестом, чтобы я осталась перед дверью, а сама вошла в тёмный кабинет Никанора. Вдруг меня охватил ужас. Через неплотно закрытую дверь было видно, как в комнате зажегся тусклый свет, и послышался уже знакомый мне приторный голос Никанора.