1. Королева Марго пенсионерка

Глава 17

Очень жаль, что весна какая-то пасмурная и из моего окна сегодня не видно чудесной картины восхода солнца. Всю красоту расцветающего утра закрыли серые густые облака. Тяжёлая ночь со страшными сновидениями, серое пасмурное утро, грустные мысли. Никакого настроения.

Стрелки на часах показали десять утра. Теперь можно позвонить своим родным. Раньше этого времени стараюсь не тревожить ни родных, ни знакомых своими звонками. Начала с Даши и Ланы. Выяснив, что с их мужчинами всё в порядке, а внуки чувствуют себя превосходно, дозвонилась в больницу, узнала о самочувствии Маши. Потом поговорила с бабушкой Лизой, еле выяснив, какие продукты надо привезти им с дедом Колей.

И после этого набрала номер телефона консьержки Анны Константиновны. Но на мой звонок никто не ответил. Зато у меня начался трезвон. Обеспокоились моим долгим молчанием мужчины. По очереди. Сначала позвонил Олег, как всегда просил не соваться в чужие дела, отдыхать и ждать, когда он вернётся из командировки на Кипр. Потом звякнул Вадим Петрович, поинтересовался, когда я буду на даче. Он сейчас работает в пол силы, потому что находится ещё под наблюдением врачей, но на работу ходит. Понятно. Следующий был Миша. Он плохо спит по ночам, его замучили кошмарные сны с моим участием. Вот так! А ещё руку и сердце предлагал. Кошмар был бы наяву. Ладно, всё в порядке в моём королевстве. Теперь надо решить, что делать дальше. Как найти Никиту. И как узнать, почему этот слесарь всё ещё ошивается у дома Люды.

Съезжу я к дому Люды. Может, Анна Васильевна сегодня работает, а её мобильник поломался, мало ли что? Перед отъездом я рискнула позвонить Вадиму Петровичу и, выслушав от него много чего «такого заковыристого» в свой адрес, все-таки уговорила «пробить» по своим каналам «Мазду» с номером, который я запомнила на кладбище, его же продиктовала и консьержка. Надо узнать, кому принадлежит автомобиль, хотя я понимала, что он может принадлежать по документам кому угодно, только не этому бандиту.

Подъехав к дому Люды и нажав на кнопку домофона, мне ответила дежурная консьержка.

– Вам Анну Васильевну? Вы, наверное, ещё не знаете, что у нас случилось? Заходите, заходите. Нет больше Анны Васильевны, – вдруг заплакала дородная тётушка, – убили нашу Аннушку.

– То есть? Как это убили? Кто? Когда? – засыпала я её вопросами, – она звонила мне недавно, просила приехать. Что произошло? – эта новость меня шокировала.

– Говорят, бандюги – риелторы из-за квартиры, – заговорщицки тихо ответила женщина уже без слёз и с серьёзным видом.

– Какой квартиры? – не поняла я сразу, о чём мне хочет поведать тётушка.

– Как какой?! Её, Аннушки, квартиры! Однокомнатной она, знаете, сейчас каких денег стоит?! Район-то у нас не спальник какой-то!

– Как же так? А как её убили? Когда? И следствие ведётся?

– Говорят, задушили удавкой, – со знанием дела стала рассказывать консьержка, – а кто и как… Следствие идёт. Риелторы, это точно вам говорю! Чёрные риелторы, факт! А случилось это пятнадцатого числа. Она как раз отдежурила и домой шла. Вот он её в подъезде и подкараулил и прямо удавкой! Жаль Аннушку, хорошая, безотказная была, всегда заменит, подменит, если что, – запричитала дежурная.

– Почему риелторы? Зачем им убивать? Они бы её определили куда-то. Может, ограбили? Кошелёк украли, золото, телефон?

– Кошелёк на месте был. Телефон забрали. Нет, риелторы. Точно вам говорю! Телефон-то дешёвенький, – тётку всё не отпускала своя версия случившегося.

– Дешёвенький…И симка в нём, – задумчиво произнесла я.

– Симка? Сима Петровна, что ли? – она не поняла моих слов, – нет, не она её подменила. Пятнадцатого моя смена была. Я бедную Аннушку пришла подменять. Моя смена выпала. Да вы откуда? С собеса, что ли?

Распрощавшись с ней, я выскочила из подъезда. Сев в машину, ещё некоторое время я не могла прийти в себя. Что происходит? Какая квартира мне совершенно понятно, что это сделал этот неизвестный слесарь. Она его узнала. Кажется, на автоответчике есть что-то о нём. Надо переписать запись на диктофон и посоветоваться с Вадимом.

Первый раз меня не волновали пробки на дорогах. Всю дорогу домой в московскую квартиру я старалась связать между собой произошедшие события, но у меня ничего не получалось. Я стала перебирать в памяти хронологию событий с первого дня появления Люды на даче.

Факт, что охранник Никанора что-то сделал с машиной Люды, когда мы успешно отмечали мой юбилей. Никанор убил Люду по совершенно ясному предлогу – она помешала бы его репутации. А его репутация для него – деньги. Шум, который Людмила обязательно подняла бы вокруг Никанора, ему помешал бы в оболванивании своих потенциальных клиентов. Люда почувствовала сильное недомогание прошлой осенью. Но ртуть могли подложить ей в квартиру и прошлым летом. Так правильно! Первый раз незнакомый слесарь явился к Люде летом.

До этого у неё пропали ключи с брелоком без одного камушка, привезённым ею из Израиля. Зачем слесарю травить Люду? Почему не задушить, как это он сделал с Анной Васильевной? Почему я так уверена, что это он её задушил? Потому что за дешёвый мобильник убивать не будут. Если это ограбление, стащили бы кошелёк, сняли бы серёжки из ушей. Нет, всё-таки это слесарь с тяжёлым взглядом, которого узнала бедная женщина. Если она заметила взгляд этого злосчастного незнакомца, вполне возможно, что и он видел, как она за ним наблюдала. Кто он? Вот что непременно надо узнать. И что ему надо было от Люды? Почему он хотел её смерти.

Люда хотела мне что-то рассказать. Но не сделала этого и так внезапно уехала в Москву? Этой зимой она посетила Питер, а потом и Ростов, а возможно, Геленджик. Зачем? Может, знала, что неизлечима больна и хотела проститься с родными? Вопросов много. Сейчас приеду и ещё раз пороюсь в бумагах Люды. Должно быть, там есть что-то такое, на что я просто не обратила внимание. Возможно, поэтому она хранила их в сейфе в салоне.

Дома первым делом я ещё раз прослушала запись с автоответчика и переписала рассказ на диктофон. Засев за бумаги Людмилы, я вспомнила, что давно не общалась с Алей, заместителем Люды в её салоне.