1. Королева Марго пенсионерка

Глава 27

Наутро погода испортилась. Пошёл моросящий дождь. Правильно. Раз я вымыла машину, то непременно должен пойти дождь. А если бы я её не мыла, то и дождя не было бы. Это уже закон, который каким-то чудом связывает чистоту моего автомобиля с погодой. В общем, настроение по погоде. Но, не смотря на все эти мелкие неприятности, включая затор в Химках, доехали мы до дачи благополучно.

Остановившись у магазина, я познакомила Галю с Женей, представив её новой владелицей дома Людмилы. Сделав покупки и узнав, что ничего нового на участках нет, всё тихо, спокойно, как было раньше, мы медленно двинулись в сторону моего участка. Весна во всей красе расплылась по подмосковным подворьям. Талый снег и лёгкое покрытие наших внутренних дорог даёт знать о себе ямами и ухабами. Поэтому жители дач стараются не гонять по мокрым дорогам своей деревни.

Вот и добрались мы до дома. Я поставила машину в гараж и через окно показала Жене дом её матери.

– Вот ключи от твоего дома, – я кивнула на связку ключей, висевшую в ключнице. Мы с Людой давно обменялись ключами. На всякий случай. Весной бывает очень сыро. Мы всегда заранее созванивались с ней, и кто первый приезжал на дачу, тот включал отопление в обоих домах. Да и так, на всякий случай, запасные ключи никогда не помешают. Вот и мы сейчас включим отопление. У нас и в июне по ночам бывают заморозки на почве.

– Я пока схожу к бабе Лизе, ты отдохни с дороги и переоденься. Потом сходим в ваш дом и тоже включим тепло. Посмотришь его. А то, когда в доме сыро, я себя неуютно чувствую.

– Даже не верится. Мой дом. Я о таком даже мечтать не могла. Но в то же время полноценной радости не ощущаю, – грустно ответила Женя.

Успокоив её, я подобрала ей вещи из моего гардероба. Потому что приехала она по южному, «налегке». И уж совсем не думала, что придётся побывать к северу от столицы, где намного прохладней, чем в самом городе. Вещи-то мы нашли, но долго смеялись. Брюки на талии в складочку. Но надев, Дашину водолазку и сверху мою ветровку, Женя не потеряла своей привлекательности.

– Мне долго придётся привыкать к вашему климату. Для меня сыровато, – ёжилась она, накидывая капюшон ветровки на голову.

– Сейчас дом прогреется, разденешься.

Оставив Женю греться у растопленной печи с большой чашкой горячего чая, я, взяв гостинцы, собралась идти к бабе Лизе.

– Женя, не скучай. Я потопаю, постараюсь не долго. Грейся. Я скоро вернусь.

Всё-таки прекрасен воздух весенней порой за городом. Дышишь, надышаться не можешь. Только слякотно и дождик моросит. Светило бы солнышко, так я ещё бы шла и шла, гуляя, наслаждаясь вкусным, с ароматом начавшейся весны воздухом.

Наговорившись с бабой Лизой и наслушавшись её опасений по поводу здоровья Николаевича, мне стало тревожно на душе. По её словам, старичок уже несколько дней не вставал с постели. Очень осунулся. Перестал принимать пищу. Приезжавший врач скорой помощи сказал, что надо готовиться к худшему. Внимательно выслушав старушку, я засобиралась назад, вспомнив о своём мобильнике. Как всегда я о нём забываю. И теперь он остался лежать на кухонном столе в доме. Быстро попрощавшись с ней, я поспешила обратно. Смутное беспокойство заставило меня прибавить шаг.

– Господи, сделай так, чтобы всё было хорошо! – молилась я, входя в почему-то отрытую дверь нашего дома.

Но Господь не успел предостеречь нас от опасности. Вбежав в гостиную, я увидела Женю. Она лежала на полу лицом вниз. На капюшоне, который закрывал её волосы, расплывалось небольшое красное кровавое пятно.

– Женя! – только и смогла я вымолвить.

Нащупав на её руке пульс, я кинулась на кухню, где лежал мой мобильник для того, чтобы вызвать скорую помощь. Но тут неожиданно меня кто-то схватил за ворот куртки. Я не успела обернуться. На моё счастье на мне была одета старая куртка Олега. Так как она была мне велика, я её не стала застёгивать на молнию, а просто запахнула. Мне удачно удалось выскользнуть из неё. Вовремя сообразив, что куртка осталась в руках нападавшего, я отбежала в сторону.

Мне ещё не удалось понять, что происходит и оправиться от сильного удара, как я опять почувствовала, что кто-то тащит меня волоком за шиворот в столовую. Бросив моё измученное тело у лестницы, ведущей наверх, мужчина направился к кухонному столу, где давно уже тренькал мобильный телефон. Я закашлялась, освобождая шею от воротника хомута, за который тащил меня бандит. Нападавшего мужчину я видела со спины. Откуда-то у меня взялись силы, и я, вскочив, подбежала к окну, где на подоконнике всегда лежит мой спаситель – универсальный булыжник. Схватив его, размахнувшись, я кинула его в голову бандита. Булыжник пролетел, чуть задев голову мужика, но с лёту попал в полку, на которой стояли мои кастрюли. Грохот падающих кастрюль и другой металлической посуды, видно напугал его. Держась за голову, мужик выбежал на улицу.

Взяв воющий полицейской сиреной телефон, я услышала голос полковника.

– Алло, Марго!

– Вадим, он напал на Женю! Вызывай скорую! У неё голова в крови.

– Что случилось, Марго?

Не став ему отвечать, я бросилась к Жене. Она была без сознания, но пульс прощупывался.

– Женя, Женечка! Господи, что ему надо?

К счастью, через некоторое время послышался вой сирен и шум подъезжающих машин.

– Марго, что случилась? Ты-то жива? – расспрашивал меня весь серый от испуга и переживаний Вадим.

– Жива, жива. Я пока относила бабе Лизе продукты, завтра Маша из больницы выписывается, прихожу, а тут вот, – мои нервы сдались, и я разревелась навзрыд, упав на мужественную грудь полковника.

Пока врачи колдовали над Женей, Вадим принёс мне успокоительных капель. Немного придя в себя, я уже спокойно рассказала ему, что произошло. К счастью, всё обошлось. С перебинтованной головой и сотрясением мозга мы положили её в кровать. После составления протокола Вадим отпустил своих подчиненных, и мы, налив себе по большой чашке чая, стали думать, что же это вокруг происходит?