10-ая ступень магии

Пролог

- Так, началось?! Видео началось, спрашиваю? Кажется, не идет! – раздался женский возбужденный голос.

- Маааам, ну, нажми на пуск!

- Сьюзи! Мы ждем! Давай не мешкай!

- Кажется! Идет! Да! Оно идет! Ингрид, милая, говори!

 Объектив увеличился и четкость изображения пала на невысокого роста темноволосую девушку лет 17. Её фигура милой принцессы заставляла, наверняка, не раз восхищаться парней, увидевших это чудо природы.

- Милое дитя! Просим Проооосим! – вытянул женский голос и за камерой раздались дружные аплодисменты.

 Девушка застеснялась и даже покраснела. Щечки заалели. Она попятилась было за камеру, однако сдержалась от необдуманного движения. Девушка неказисто улыбаясь, пялилась в камеру и нервно молчала.

- Ну, мааам! Я не знаю, что говорить! – вдруг вырвались слова. Девушка слегка топнула ножкой, что означало явное недовольство. – Я так не могу, – продолжила она чуть шепотом, - на меня все смотрят, я стесняюсь…

- Ингрид, я тебя умоляю! Здесь нет ничего стеснительного! Ты моя принцесса! – сказал женский голос и камера, встряхнувшись, передалась из рук в руки. Затем фокусир снова увеличился и уменьшился. Спустя пару секунд на подиум вышла женщина лет 40, судя по возмущениям юной особы – её любящая мать.

- Давай вместе!

- Мам, может быть я все-таки сама? – покосившись на мать с меланхоличной улыбкой, спросила Ингрид.

- Так, не спорить с матерью! Ты сама не захотела! Я стесняюсь, я стесняюсь! Давай теперь вместе!

Мать приобняла свою недовольную дочку и, мило улыбнувшись бросила безмятежный взгляд семейного родства в камеру. Ингрид начала.

- Всем привет! Меня зовут Ингрид и сегодня мой 18-ый день Рождения! Я очень рада, что на этом замечательном празднике собралась вся моя любимая семья, - она немного хихикнула и обратила добрый взгляд на маму, - поэтому хочу всех поблагодарить! И тебя в том числе, мой назойливый братишка! – Ингрид неожиданно заигрывающе приподняла правую бровь и устремила нежный взгляд в камеру. Послышался смех. Видимо брат и держал камеру, поскольку она заметно встряхнулась.

- Ингрид, милая, скажи-ка, еще раз, сколько тебе исполнилось? – Спросила мама, взглянув на девушку, держа её маленькую ручку.

- Ну, мааам, я же уже говорила!

- А ты скажи еще раз, милая!

- Мне исполнилось 18! – надувшись от упрямства проговорила темноволосая девушка и постепенно это упрямство на долю секунды переросло в глубочайшего вида улыбку. Девушка не удержалась. Брат показывал слишком смешные рожицы за камерой. Все засмеялись. Спустя еще секунд 10 Ингрид смотрела в камеру с неизменной радостью в глазах. И, казалась, ничто не могло разрушить эту атмосферу веселья и семейного благополучия.

- Игрид! – прокричал мужской голос за камерой. – Скажи еще что-нибудь! Все-таки на память же снимаем! Не просто так!

- О, боже, Сэм, - я в курсе! – деловито сказала Ингрид и приобняла маму. – Что еще могу сказать! Ммм! Я хотела бы…

 Вдруг раздался еще один мужской голос, так называемый бас, похрипывающий временами. Довольно интересный и загадочный.

- Ингрид! Я зажег свечи! Пора задуть! Их ровно 18! Все как надо!

 На камере показался смугловатый высокий мужчина лет 50-ти, по-видимому, отец этой прекрасной застенчивой девушки. В руках он держал внушительных размеров брусничный торт.

- Ингрид! – в светлой улыбке произнесла мама. – Я тебя очень люблю! И ты это знаешь! Я хочу, чтобы ты всегда была самой счастливой девушкой на свете! Хочу, чтобы твои самые сокровенные мечты сбылись, а любовь чистая и искренняя продолжала тебя радовать! – женщина, смотря на свою уже выросшую дочь, слегка прослезилась и, утерев слезу с щеки правой рукой, тихо продолжила сбившимся голоском, - милая моя, загадай желание…

- Маамууль! Ну, не надо плакать, - их нежные раскрасневшиеся щечки нежно и аккуратно соприкоснулись друг с другом, что означало женскую взаимную любовь и чистоту матери и дочери. Слеза покатилась по щеке Ингрид. Кристальная слеза радости и счастья. Казалось, в этой слезе отражались теплые лучики солнца!

 Отец также не остался в стороне. Он медленно подошел, боясь помешать своим дорогим членам семьи, боясь испортить сцену, которая вызывала у него восторг и умиление, противоборствующие его мужской суровости и солидарности. Он обнял своих « девочек», как он их называл, и громко объявил:

- Таааак! Ингрид сейчас будет загадывать желание! Минута молчания!

 Все затихли. Ингрид вгляделась в торт и что-то вдруг изменилось в её выражении лица. Та радость, которую ей подарили родные и близкие неожиданно превратилась в отчаяние и грусть. Симпатичные черты лица приятной молодой девушки превратились в печальное опьянение. Задумавшись со всей своей женской серьезностью и невозмутимостью, она, наконец, загадала желание.

- Ингрид! Ингрид! – нарушил молчание детский звонкий голосок. Ох! Как же он был певуч! То была младшая сестренка юной особы. Она резво подбежала к своей старшей родной наставнице и обняла её аккуратненькую ножку, сильно и с перебоями дыша в неё, что было не особо приятно Ингрид.

- Ингрид-Ингрид! – раздалось уже у её ноги. – Ингрид! Скажи, что загадала! Скажи, что загадала, пожааалуйста! – девочка подняла голову и бровки её встали домиком от любопытства.

- Ах! – не удержалась Ингрид. – Анют, я не могу тебе сказать! Оно может не сбыться!

- Так не честно! – выразила Анюта и, отпустив ногу девушки, бросилась бежать в сторону бассейна.

Видео снимали на зеленой лужайке. Мягкая трава тихонько колыхалась подле стройных стволов с раскидистыми кронами яблонь, дубов и кленовых побегов. На лужайке находился бассейн и небольшой полисадник. Неподалеку виднелась голубоватая четырехскатная крыша трехэтажного частного дома. Семейное рандеву на свежем воздухе продолжалось. Все смеялись, беседовали и играли с маленьким головастым мопсом, который устало бегал за палками и камешками, летевшими в разные стороны от рук старшего брата и младшей сестренки. Внезапно мопс развалился на травку, довольный, однако изнемогавший от жары, он часто подергивал коротким смешным хвостиком и угрюмо сопел.