100 грамм смерти. Книга 2
Из дневника Эйрика Халле. Не сдавайся!
Кидаю взгляд на обшарпанные стены нашей новой квартиры. Теперь наш дом здесь. Полгода назад вышел очередной указ-удавка: всех стандартных необходимо переселить в отдельный район города.
Великое переселение во всей красе.
Регентство лютует, а народ безмолвствует. И пока происходит второе, первое никогда не прекратится. Будучи одним из тех немногих, кто это понимает, я собрал сторонников и повёл их на площадь Мира. На моём плакате чёткими буквами алого цвета было выведено:
МЫ ВСЕ ОДИНАКОВЫЕ! ВЕРНИТЕ НАМ СВОБОДУ!
Над плакатом полночи трудилась Эм. Всё-таки у неё золотые руки. Особенно хороша она в кулинарии. Жаль, положенный нам пищевой набор снова урезали, и теперь ей приходится готовить практически из ничего.
Отправляясь на Площадь, мне хотелось верить, что нас услышат, и мы добьёмся хоть какого-то результата. Увы, мы не простояли и десяти минут, когда появилась полиция.
Ох и твёрдые у них дубинки...
Под натиском ударов я пытался прикрыться транспарантом, пока одна из дубинок не проделала дыру в слове свобода. Вышло символично, ничего не скажешь.
Хотя это не самое страшное. Гораздо страшнее то, что теперь мы живём в мире, где осудить могут даже за мысли. Если твоё мнение расходится с общепринятым, тебя автоматически запишут в неугодные и будут тыкать пальцем. Не согласен с линией Регентства? Значит, предатель... Из двух точек зрения есть единственно верная, а вторая – опухоль на теле общества, которую нужно нещадно вырезать.
Конечно, арест последовал незамедлительно. Меня, как организатора пикета, затаскали по судам. Сегодня прошло последнее заседание и я, с ворохом предписаний и ограничений, оказался свободен. Только от свободы практически ничего не осталось – она выдохлась, как выдыхалось шампанское, которое мы с Эм пили в день нашей свадьбы и которое нам уже никогда не суждено испить.
С поникшей головой я вернулся домой, точнее – сюда, ибо дом мой навсегда останется там, откуда нас заставили уйти. Эм встретила меня картофельной похлёбкой и тёплыми объятиями.
– Не сдавайся! – шептала она, зарываясь у меня на груди.
Я прижимал её к себе, а в голове пойманным мотыльком билась мысль: ещё немного, и нас окончательно превратят в рабов. С тем же успехом я мог выйти с девственно белым листом – итог был бы тот же. Не дают говорить. Не дают думать. Не дают дышать.
#19867 в Фантастика
#1418 в Антиутопия
#14152 в Молодежная проза
#4413 в Подростковая проза
приключения, любовный треугольник, интриги и тайны
16+
Отредактировано: 11.01.2024
Добавить в библиотеку 