100 причин чтобы жить.

Часть 11.

По прилету в аэропорт Афин, Ребекка искренне не знала, чем ей заняться. Стыковка рейсов была непривычно длинной и составляла более 8 часов, что означало лишь одно - день был, есть и еще будет неимоверно долгим, практически бесконечным.

Во время полета девушка лишь успевала восхищаться красотой греческих стюардесс и удивительности языка. Некоторые знания испанского давали ложную слуховую галлюцинацию- казалось, будто ты понимаешь греческий, ты слышишь знакомые звуки и сочетания, но как после сильного сотрясения не можешь ни понять, что тебе именно говорят, ни, тем более, ответить. Это создавало очень странные ощущения в голове, будто ты резко стал глупым.

Греческий аэропорт встретил девушку солнцем и удивительным теплом. По сравнению с родными краями тут в зимнее время была неимоверная жара - почти 20 градусов по Цельсию. Собственно, где это видано, чтобы в декабре можно было позагорать? Конечно, курорты Филадельфии, Майами и Куба с Мексикой позволяли практически в любое время года покрыться красивым бронзовым оттенком, но это все равно не то.

Бек была готова расцеловать мистера Лерта за такую возможность. Сама командировка подразумевала в себе трехдневные переговоры, которые, что странно, начинались лишь через день после прилета и последующий после переговоров благотворительный вечер, посвященный кому-то там. Загвоздка была лишь в том, что для этого вечера пришлось заморачиваться и искать соответствующий наряд- коктейльное платье- и в стандартном рабочем костюме нельзя было приходить.

Но все эти нюансы очень быстро были решены, ведь в любом случае, ныть о том, что ты устал лучше на берегу Средиземного моря.

Мистер Лерт весь полет просто спал. Бек удивлялась, как такой занятой человек мог так легко вырубиться в не очень удобной обстановке. Конечно, благодаря бизнес-классу руководитель мог практически полностью выпрямить (о Боже мой) свои нереально длинные ноги, но шея все равно была в неестественном положении. Как раз это и привело к тому, что в какой-то момент голова руководителя крупной архитектурной компании оказалась на плече своей подчиненной. В этот же момент милейшие стюардессы принесли закуски и было предложено шампанское. Небольшие глотки вкупе с «игривыми» пузырьками великолепно справились со своей задачей и расслабили голову девушки от лишних мыслей.

Возможно, только благодаря этому, где-то за часа полтора до посадки Бек и смогла сомкнуть глаза, поэтому приземление прошло максимально спокойно, а пробуждение было подобно нежному морскому бризу. Всё выглядело как в дешевом романе. Майкл (можно же хотя бы спросонья так обращаться, да?) максимально аккуратно растормошил Ребекку, поэтому открытие глаз произошло без лишней резкости.

После аэропорта и заселения в отель на самом берегу, мистер Лерт ушел в свой номер, предоставив Ребекке возможность самостоятельно распорядиться этим вечером и пообещав, что следующий свободный день будет посвящен подготовке к встрече со всех фронтов, в том числе подборке костюмов им обоим.

На губах приятно осел вкус клубники и сыра, смешанных с рукколой и кедровыми орехами. Бекк никогда не думала, что с детства знакомая ягода может так прекрасно сочетаться с такой вещью, как солёный сыр. Греческий ресторан недалеко от отеля предоставил возможность насладиться чем-то необычным, а милые улыбчивые официанты, с положенной им вежливостью, согласились выбрать что-то не очень плотное, но очень вкусное для «юной леди-иностранки».

Звучало это, конечно, забавно, но Бек действительно ощущала разницу с греческими жителями. Они были, какие-то, расслабленные что ли. Нет, греков нельзя назвать медлительными, отнюдь. Но их спешка была на абсолютно расслабленных тонах, что позволяло делать видимость, что даже торопливые шаги всегда были лишь по причине того, что кто-то так ходит, а не то, что человек опаздывает.

Гречанки в этом ресторане поражали своей красотой. То ли сегодня день такой, то ли Бек повезло. Это выглядело как парад античных статуй. Точеные черты лица, аккуратная небрежность в одежде и иссиня-черные волосы на золотистой коже выглядели как что- то очень прекрасное. Дамы были как с кавалерами, так и в компании самих себя.

Внимание Бек привлекла одна женщина. Она не была молодой, но и старой язык совсем не поворачивался её назвать. Объект внимания выглядела на максимально-ухоженные 40 лет, но при этом, когда лицу дают стареть так, как оно и должно стареть. Мимические морщинки не придавали лишних лет, но давали понять, что человек знает, что хочет от остальных и почему находится именно в этот момент в данном месте.

Женщина медленно попивала бокал вина, разговаривая на безумно-красивом греческом языке по телефону. Сидела она на краю веранды, поэтому на фоне неё было только море в закате и отблеск солнца в её очках.

Бек не выдержала такой утонченности.

-Эм, здравствуйте. Вы понимаете по-английски? - начало диалога звучало максимально-тупо, но Ребекка поняла, что, если она не сделает фото этой женщины, она не сможет запомнить Грецию во всех ее красках.

-Здравствуйте. Я могу чем-то помочь? - слова без акцента немного сбили Моттс с мысли, но волна, которая разбилась о берег, вернула девушку к тому, из-за чего, собственно, разговор и начался.

-Да. Вы, в принципе, можете меня не так понять или отказаться, но Ваш профиль на фоне закатного солнца настолько впечатлил меня, что я бы хотела спросить у Вас разрешения сделать фото с Вами. Если, конечно, Вы не против. – от официальности Бек передернуло.