111 друзей Милы или Франшиза - это сила

Глава 12 Как провести переговоры с оргами и выжить

Даже удивительно, что у нее сегодня такой оргский аппетит, ведь съела все и не заметила.

Добавку ей без слов плюхнули в ту же подставленную ею миску.

– Еще комнату, – не то спросил, не то напомнил чужак по ту сторону костра.

Он не отводил от нее черного взгляда, не отвлекаясь ни на мнущихся за спиной девушки орчат, ни на других своих сородичей, проходящих мимо по своим делам.

Народ во дворе кучковался у разложенных очагов, некоторые сновали туда-сюда со своими вещами. Словно здесь не постоялый двор, где должны быть номера и отдельная столовая с готовым питанием, а обычная поляна для привалов рядом с каким-нибудь торговым трактом.

– Две комнаты, – согласно кивнула Мила, выбирая ложкой из варева куски мяса.

Да, многовато гышры, даже на невзыскательный человеческий вкус мясо горчит, но если подобрать какой-нибудь соус... Или даже так не исправить?

– Ты – один, почему две? – поинтересовался орг.

– Так еще мальчикам, – качнула головой, покосилась на Дрыха. – А где Урз? Или вы уже устроились?

А оборотни сами пусть устраиваются как хотят. Хоть на улице под забором.

– Мальчикам, – опять, словно эхо, повторил орг, на миг приподняв взгляд над головой человечки, и малейшие шорохи за ее спиной стихли. – Зачем?

Мила отвлеклась от своей тарелки и тоже глянула на чужака. Для орга, тем более взрослого, он слишком любопытный.

Да и вопрос, видимо, со звездочкой. Потому что орги не избалованы комфортом, а младшим тем более излишки не положены: дети, как и младшие воины в отряде должны выдерживать все тягости, если хотят хоть чего-то добиться. Поэтому ее мальчишки могут и обидеться, что она их так выделяет – будто слабаков, которым нужна комната. Поэтому девушка ответила так:

– Они мои ученики и должны быть рядом. Чтобы когда мне вздумается провести урок, я не искала их.

– Ученики, – вновь повторил орг.

Посмотрел на Дрыха и поинтересовался, вот точно с толикой недоумения:

– Что может человечка учить орга?

Ну и как Дрых должен ему жестами объяснять столь абстрактные понятия?

– Пока я учу их счету и прочей грамоте, но это только начало, – ответила сама Мила. – Дальше будет больше.

Чужак внимательно посмотрел на нее, еще более дотошно на Дрыха и выдал:

– Глупо.

Вот сейчас обидно стало. И за свою идею учить оргскую молодежь, и за конкретно этих мальчишек. Чужак думает, что молодых учить не надо чему-либо кроме мордобоя? То есть помимо как воинским и охотничьим навыкам?

Но как ему объяснить?

Взгляд Милы прошелся по массивным рукам любопытного орга, по его обнаженной коже, чтобы внимательнее рассмотреть то, что мельком заметила сразу, когда только подошла, когда на улице было светлее. Задумчиво облизав ложку и отставив тарелку с недоеденным себе под ноги, девушка спросила:

– Это ожоги на ваших плечах? Большие ожоги. Огонь упал сверху? Удивительно, что выжили, даже с вашей «регенерацией». Ведь ожоги опасны еще повторным заражением.

И ему повезло, что на лице нет таких же следов. Хотя у оргов свое понятие красоты, и шрамы для них не уродство, а... словно медали за отвагу, которыми гордятся.

Дрых рядом предупреждающе фыркнул, поворачивая к ней голову, но орг по ту сторону уже ощерился, высоко задирая верхнюю губу.

– И еще ожоги на кистях. Будто вы тушили огонь на своем теле руками? Сбивали пламя? Но оно потухло не сразу, а лишь расползлось по коже под вашими же ладонями? Поэтому у локтей не такая глубина отметин, – упорно продолжила Мила, игнорируя явные предупреждения. – А надо было не руками сбивать, а просто накрыть огонь чем-то очень плотным, вроде куртки. И огонь быстрее потух бы. Потому что огонь без воздуха не живет. Я это знаю. И я могу учить молодых орчат этому секрету и многим другим, что, возможно, поможет им в будущем... Чтобы лучше выживать в самых разных ситуациях.

Дослушавший до конца ее речь, чужак подался вперед со все еще оголенными крупными клыками.

– Откуда? Видела такое? – последнее прорычал особо зло, почти невнятно.

Откуда она знает? Так школьная программа же... а потом книги, фильмы, передачи, даже новости и те складывали такую разную информацию по капле в копилку, расширяя ее кругозор. Но вслух сказала:

– Никогда такого не видела сама, но знаю, потому что мне рассказывали другие. Что огню нужен воздух, вернее, особая его часть. Еще читала. Многое знаю. Пусть многие знания в моей жизни не пригодятся, но я в свою очередь могу рассказать другим, а им пригодится. Или нет, но они тоже потом расскажут другим, а те следующим. Знания – это сила. Мягкая сила – которая не видна, но полезна.

Поверил он ей или нет, но чуть успокоился, сел ровно, опустил верхнюю губу.

– Это был плохой ожог. Не тухнуть.

Мила озадачилась. "Плохой? Не тухнуть?".

– Э-э, это была смола? Горящее масло?

Он что, штурмовал какую-то крепость, с которой на нападающих лили подобное? Где-то здесь до сих пор практикуют подобное варварство?

– Такое да, ни водой, ни курткой не потушить, – задумчиво протянула девушка. – Э-эм, но нужен толстый слой изоляции от воздуха... песок! Такой огонь – горящее масло – тушат, засыпая песком! Или землей. Но в раны же попадет... – запнулась она.

– Это не огонь, но жечь, как огонь, – выдал следом чужак.

И смотрит на нее внимательно. Будто экзамен устроил. И что значит "не огонь", шрамы же довольно узнаваемые...

– Кислота?! – ахнула девушка.

Но где орг мог найти кислоту, чтобы так облиться? На склад чего влез?

– Эт че? – все же встрял в их разговор еще один из чужаков.

– Кислота? Это жидкость, очень вонючая, – попыталась объяснить Мила. – Настолько вонючая, что даже ее паром, воздухом над ней можно отравиться или даже обжечься. Даже люди с их никаким нюхом... И которая может разъедать не только кожу, даже металл. А где?... – сглотнула, не зная, как спросить.

– Это делать люди, – повернув руки так, чтобы в свете костра было лучше видны ужасные отметины на его ладонях, заявил орг. – Маги. А ты маг? Ты знать это.