12 заданий для попаданки. Том 3

Глава 6 Дела-дела…

С эльфами насчет учебы детей договорились. Учителем будет младший из гостей – Андэриэлион Малиел Иалайс Никвиатэлли, сам почти ребенок по мнению Али. Или это к лучшему? Потому что у длинноухого юноши любознательности было больше, чем эльфийского зазнайства, уже спустя полчаса он живо беседовал в сторонке с детьми, которые к нему тоже потянулись.

К тому же он был внуком Иваэльдилиона, главы рода, то есть на абы кем, так что Кехиинай одобрил его кандидатуру.

Правда, с самим Кристофом Аля успела еще пару раз поспорить. Например, из-за учебной программы. Девушка-то думала, ну чему эльфы могут научить детей? Музыка, живопись, может, краткая история других рас и взаимоотношений народов... Пару часов в день будет предостаточно. Кехиинай же, выслушав ее пожелание, как начал добавлять список!

Каллиграфия, искусство слова, риторика... а разве это не то же, что "искусство слова"? Младшая речь какая-то непонятная, начертательная рунопись, эпос разных народов, логика, грация... это еще что такое? Танцы? Едва дослушав его пожелания, Аля тихонько возмутилась, наклонившись в сторону мужчины:

– Зачем все это сразу? Дети еще маленькие...

– Все? – удивился инквизитор. – Это далеко не все, что необходимо знать, а лишь минимальный набор...

– Минимальный?! Джасу всего восемь лет! Финну еще меньше, и половину из этих слов он раньше даже не слышал! Зачем настолько нагружать детей в столь раннем возрасте? У них еще должно оставаться время на само детство...

– Алевтина, твои воспитанники должны получить образование на высоте. И пока есть такая возможность...

– На высоте... по чьим меркам? Мы всего лишь люди. И у нас нет лишних лет... двадцати или пятидесяти, чтобы потратить их исключительно на изучение каллиграфии и подобному. У нас в принципе не так много лет в жизни, по сравнению с вашими расами...

Кехиинай в ответ придавил ее холодным синим взглядом, а затем добавил сквозь зубы:

– В том числе поэтому вам стоит ускориться с обучением.

Нет, нормально?! Именно потому, что люди короткоживущие, они должны еще и торопиться с изучением всего того, что... им в жизни может не пригодиться?! Только сколько бы ее дети ни изучали эпосы и какие-то грации, для всех представителей "высших" рас они будут не лучше, чем пыль под ногами. Так зачем кому-то что-то доказывать или пытаться соответствовать?

– Вся эта культурология, конечно, замечательно, только у детей должно оставаться время и на другие науки, более полезные в нашей короткой... человеческой жизни, – тихо спорила Аля. – Ремесла, бытовые искусства, боевые...

– Хм, ирдалин Кехиирнадай, ваша ведьма действительно довольно занимательна, – протянул вдруг Иваэльдилион.

Упс! У эльфов наверняка отличный слух и можно было не шептаться? Только что это за "ваша" ведьма?!

– "Культурология"... какое необычное, но многообъемлющее слово! И что значит "бытовые искусства", Алевтина? – обратился старший эльф к ней напрямую.

– Означает искусство добавлять как можно больше красоты в повседневные вещи.

Эльф показательно приподнял светлые брови идеальной формы, предлагая продолжить, и Аля добавила:

– Ваш народ, лер Никвиатэлли, делает очень изысканные вещи, но, увы, порой не очень практичные... для быта людей. А мы, как короткоживущие, – покосилась на насупленного Кехииная. – Приспособились сразу объединять и пользу, и красоту. Чтобы и прелестью насладиться, и бытовые дела успеть. Поэтому простые люди, например, не картины и парадные залы расписывают, а повседневные кувшины. Конечно, не столь изысканно, с эльфийскими мастерами не сравнить, но зато такая простецкая живопись, особенно если сделана с душой, будет приносить радость гораздо чаще и большему количеству народа.

Светло-зеленый взгляд эльфа перетек на стоящий на столе кувшин. Тот самый, что с охлаждающими рунами, спрятанными в завитках растительного узора.

– Разве здесь рисунок не для того, чтобы скрыть твои руны, ведьма? – едва заметно усмехнулся Иваэльдилион. – Потому что я не видел ранее, чтобы другие простые люди настолько украшали свои повседневные вещи.

– В том числе и для того, чтобы спрятать, – не стала отпираться Аля. – То есть даже три в одном. Не видели, может, потому, что вообще не снисходили до быта простых людей? Вы когда заглядывали в дома или таверны для "низших" рас? И да, вот такие мы, люди, практичные. Мы не выделяем искусство, чтобы наслаждаться им отдельно, а вплетаем в свою повседневность, чтобы оно служило нам.

Эльф моргнул. Покосился на дракона, затем опять уставился на кувшин, но уже с совсем другим, каким-то непонятным выражением.

– Не почитатели для искусства, а само искусство для... заставить его служить зрителям?! Какая кощунственная мысль! – протянул он озадаченно.

– Зато вполне в духе людей, – хмыкнул Кехиинай. – Хотя, может, это объяснит, почему Живой дом смогла разбудить именно ведьма. Ведьмы даже по сравнению с прочими людьми мыслят... еще более странно.

Иваэльдилион поднял взгляд и опять заторможенно моргнул, аж пару раз.

В итоге той беседы старший эльф даже изъявил желание дополнительно общаться с ведьмой. Наверное, чтобы уложить как-то в голове "ужасную" идею, насколько потребительски люди относятся к искусствам.

На ужин в тот день Кехиинай не остался. И вообще, такое впечатление, будто был вновь чем-то недоволен.

Зато он явился на следующее утро вместе с теми же эльфами. Отвел ведьму в сторону, чтобы поговорить. Велел ни с кем из эльфов кроме Никвиатэлли не общаться, отсылая всех к нему, ее покровителю. Потому что те могут втянуть ее, наивную человечку, в какие-нибудь интриги. И по городу одной не перемещаться. Обязательно в сопровождении стражников, которых обещал предоставить Агмач. А за город пока вообще не выезжать.

Аля слушала, пожимала губы, но понимала, что все эти указания по делу. Поэтому не спорила. Лишь поблагодарила господина инквизитора за заботу. Тот прожег ее синим взглядом и уехал. В столицу.