12 заданий для попаданки. Том 4

Глава 6 Новые знакомства – к добру или худу?

В письме от герцога Крузьех в целом повторялись те же новости: ведьму Алевтину допустят в академию магии без фамильяра и даже экзаменов. Правда, герцог еще намекнул, что такое разрешение удалось получить лишь потому, что Алевтина является главой рода, а не всего лишь рядовой ведьмой. И добавил, что фамильяры действительно стали редкостью, а законы насчет ведаков давно пора освежить, так что ее, Алевтины, случай станет прецедентом. Если она покажет, что ведьма "в состоянии успешно учиться в академии без фамильяра", то больше шансов добиться изменения закона, над чем он, Бернард Крузьех, уже начал работать. Но честно предупредил, что многим аристократам, особенно старым магическим семьям, такие новшества не понравятся, уже есть недовольные. То есть практически прямым текстом говорил, что легко ей в академии не будет.

Вот так: опять она пешка в чужой игре. Да, она хотела учиться, и изменение закона об учебе ведаков она тоже хотела – и вроде получает желаемое... Но должна теперь отработать сама, то есть вновь становится не то лабораторной мышкой, на которой ставят опыты, не то инструментом в чужих руках.

"Ладно, переживу, тем более что мне здесь недолго осталось, – вздохнула Аля, откладывая письмо герцога. – Главное, что я получила доступ в академию, а что другие через меня получат... Или попробуют вставлять мне палки в колеса... Но у меня есть Ран! И знакомый студент в той же академии. Разберусь как-нибудь!".

Однако ей нужна была еще кое-какая помощь от знакомых, но нескоро она до них добралась.

Вначале вырастила пару комнат для молодоженов, остальных пока оставили в том арендованном деревенском доме, потому что Аля боялась вновь впасть в спячку из-за больших перестроек дома. Помогала своим новым родичам с трудоустройством и бытом, вводила в курс своих дел, к которым планировала привлекать, сама к ним внимательнее присматривалась.

Только через несколько дней она заявилась к ведьмаку Тобиасу в его лечебницу за советами. Она и сама уже много травок знала, но больше для иных рас. В академии ей предстоит противостоять людям, но не всем же наглым студентам сразу ломать руки. Можно будет иногда обходиться какой-нибудь почесухой или прочими "партизанскими" способами наказания тех, кто заслужит. Так что именно Тобиас мог подсказать ей нужные травки и сборы для подобных "воспитательных приемов", а готовиться нужно заранее.

Тобиас оказался занят, однако Алю все равно пригласили в его кабинет.

Там была... опять ведьма, но на этот раз очень старая – ее седые добела, тонкие прядки волос выбивались из-под темного платка, завязанного на манер банданы. Морщинистое лицо, светлые, будто водянистые глаза, которые тем не менее, как два кристаллика льда нацелились на Алю, едва та вошла.

– М-м, вот ты какая... – проскрипела, как несмазанная телега, старая ведьма, не отводя тяжелого взгляда от лица девушки. – Чужая.

– Прошу прощения? – Аля с недоумением глянула на Тобиаса, вставшего из-за письменного стола, чтобы встретить гостью.

– За что просишь? Ты ведь сама не хотела сюда приезжать, не так ли? – добавила старуха, пока хозяин еще не успел их представить. – Ну и как тебе здесь, у нас, чужачка?

Вот тут сердечко иномирянки сбилось с ритма, замирая от догадки. Неужели эта ведьма рассмотрела в ней суть?

– Алевтина, это ведьма Магерс, моя... дальняя родственница, – наконец вступился Тобиас, представляя их друг другу. – Магерс, это глава нового ведьминского рода...

– Знаю я, кто она, – громко фыркнула бабка, чуть стукнув резной тростью, стоящей перед ней и на набалдашнике которой лежали сухие, изрезанные морщинами ладони. – Чужачка. Имя чужое, сила чужая, сам разве не чуешь, что духом от нее чужим веет!

– Нечеловеческим? – нервно пискнула Аля.

Глядя на старуху, ей сразу вспомнился образ Бабы-Яги, которая в сказках на героев фыркала, правда, что от них человеческим духом ей несет. А она... да, у нее в роду практически одни нелюди. Может, все же местная ведьма это имеет в виду?

– Магерс, не пугай девочку. Ей и так немало выпало, – заступился за нее Тобиас, указав девушке на свободное кресло неподалеку от бабки.

– Сколько она выбрала, столько ей и выпало, – не утихала старуха, продолжая давить Алю водянистым взглядом. – Все ее, сама виновата.

– А вы, значит... ясновидящая? – усевшись напротив старухи и едва выдерживая ее взгляд, все же отважилась спросить Аля.

– По молодости, было дело, видела ясно, а к старости даже у ведьм зрение ухудшается, – прошамкала в ответ бабка, будто не понимая, о чем ее спрашивают. Или только делая вид.

– Нет, я имела в виду, вы видите суть вещей, их прошлое и будущее? Прорицательница?

– Нет таких среди ведьм, – сжав и без того тонкие, бледные губы, ответила вредная бабка, наконец-то отводя взгляд в сторону окна. – Мы же не драконы.

И так внимательно туда смотрела, будто тех самых драконов там выглядывала.

– А такие есть среди драконов? – так удивилась Аля, что чуть не соскочила с темы.

– Твой дракон точно не из таких, – опять фыркнула Магерс, так и не возвращаясь взглядом. – Даже среди них таких практически не осталось. Измельчали крылатые, мда, измельчали... тоже сами виноваты.

– Мой? У меня нет дракона, – теперь губы поджала Аля. – Никакого из них.

Слышала, что сплетни в городе множатся, наместника Эйтни уже ей записали в полюбовники. Вдобавок к темному эльфу, который всю свадьбу от нее не отлипал.

– Это у Лилоис его нет, – растянув тонкие губы в улыбке, все же повернулась к ней старая ведьма. – Как бы та ни трепала языком, похваляясь. Зато твой необычный свет, чужачка, все же привлек... привлекает их всех. Зачем ты здесь?

– А вы разве сами не видите? – теперь фыркнула Аля, внимательно глядя на старуху.

Да, дерзит, причем явно же самой что ни наесть настоящей ведьме. Но... надо выяснить настроение этой женщины, границы ее способностей. А потом уже решать, что делать.

– Впрочем, не мое это дело, – передумала бабка. – Это твои хлопоты. А мое дело, чтобы ты взяла в свой род Рэмигию. Рэми, поди сюда.