1517. Мишель и Диана

ГЛАВА XXIV

Прекрасная страна индейцев.
Когда-то с самых давних пор,
Сюда кочевники-пришельцы
Свой жадный устремляли взор.
Что шли из Азии, с Сибири,
По Берингийскому пути,
Найти блаженство в новом мире
И долю лучшую найти.

А после странная комета
Явилась с огненным хвостом,
Задев на скорости планету,
Лес покрошила в бурелом,
И камни, превратив в снаряды,
На тропы бросила разгромно
Между Сибирью и Канадой,
Оставив котлован огромный.

Потом же море скрыло путь,
Что вёл в загадочные земли,
Сумев надолго разомкнуть
Материки, исход замедлив
Людей, которые искали
Себе места для поселений
И на удачу уповали
В бескрайней череде сомнений.

То есть, Америка открыта
Была к прибытию пиратов,
Хотя историки размыто
Нам освещают эти даты.
Скрывают истину частично
В угоду собственной стране,
И даже очень неприлично
Врут откровенно вам и мне.

Хотя, кто первым был пришельцем,
А кто пришёл сюда потом,
Сказать нам смогут лишь индейцы –
В Америке сейчас кругом
Стоянки викингов находят,
А значит, первые – они,
И эти факты превосходят,
В какой учебник ни нырни.

А вот Колумб и Магеллан,
И остальные иностранцы –
Никто из них сюда не зван,
Ведь не способствовали испанцы
Любви какой-то к европейцам,
После того, как сабли их
Подняты были на индейцев,
Чтоб золото украсть у них.

Но всё ж мы уважать испанцев,
Что плыли в дальние края,
Должны не только как скитальцев,
Кого достала толчея
В родной и суетной Европе.
Они нам подарили карты,
Где даже маленькие тропы
Описаны с большим азартом.

Легла на карту и Флорида.
В тот год она была известна.
Влекла людей прекрасным видом,
И прошлым ярким, интересным.
Хотя здесь славные индейцы
Влеченье это отбивали,
Войной встречая европейцев,
Каких в своих домах не ждали.

Калуса – племя, что держало
Флориду под своим контролем,
Захватчикам отпор давало
Во всех лесах, во всяком поле,
Что прериями там зовутся.
Бесстрашны яростные люди.
Пришлось испанцам содрогнуться.
Стал путь завоеваний труден.

Их томагавки против ружей –
Казались несоизмеримы,
Но порох смельчакам не нужен!
В стремлении неукротимом
Шло племя воевать за право
На свою землю, на свободу,
И имя покрывали славой
Бойцы разгневанного рода.

Принц, спрыгнув с лодки на песчаник,
В кафтане пёстром, как у дожей,
Потом помог сойти Диане,
Чем сильно восхитил прохожих,
Которых тут слонялось много –
Они приплыли все сюда
Вести хозяйство без налогов,
Не возвращаясь никогда.

А Лизе же сойти помог
Бесстрашный Ники, что учтиво,
Ей быстро расстелил у ног
Свой спальный коврик, столь красивый,
Что девушка и не решилась,
Топтать его ногами даже,
И прыгнуть дальше умудрилась,
Работу стильных швей уважив.

Бенджо вертел бесстрашно саблей,
Что Китолов не оценил.
Во-первых, он пугал корабль,
А во-вторых, кэп объяснил,
Что по Европе ходят слухи –
Относятся индейцы часто,
К гостям и так довольно сухо.
К солдатам же, совсем ненастно.

Бенджо на это рассмеялся:
– Достопочтенный Китолов!
Ты случаем не потерялся?
Ты снова лезешь из портков,
Чтоб навязать мне своё мненье,
Но ты сейчас не командор!
Скажу тебе я с уваженьем,
И вместе с тем ещё в укор:

Как только галеон разбился,
И ты команду распустил,
То и порядок изменился,
И я хочу, чтоб поостыл
Твой пыл и норов твой, и прыть.
Мы равные теперь друг другу,
И должен ты теперь забыть,
Что был когда-то в центре круга.

Услышав спор корсаров, люди
Шли торопливо мимо прочь.
Чужой спор бесконечно нуден,
Способен в дебри уволочь,
Где никогда не разобраться,
Кто прав в той ссоре, кто не прав.
К тому же норовят подраться
Участники таких забав.

– Сейчас, Бенджо, с тобой согласен, –
Ответил Китолов ему. -
Но путь наш здесь небезопасен,
А если так, то почему
Ты подвергаешь всех нас риску?
Увидев у тебя клинок,
Индейцы нас не пустят близко
И стрелами сметут всех с ног.

– Смотри! – сказала вслух Диана. –
Бенджо, нам искренне нужны
Не масса пререканий странных,
Ни лютый взгляд со стороны.
Нам важно взаимоуваженье
И логика в простых вещах.
Соединяя эти звенья,
Сильнее станем мы в делах.

– Но я бросать не стану саблю!
– Индейцы это не поймут!
Не надо наступать на грабли,
На те, что наступали тут
Уже другие люди часто.
Я – девушка, не спорь со мной
Мы без оружия согласны
Сейчас идти вперёд с тобой.

– Согласен! – ободрился Ники. –
– Нельзя нам с самого порога
Показывать на саблях блики,
Они не так понять нас смогут.
Индейцы не привыкли вовсе
Здесь даже к лицам европейцев,
И мы тебя командой просим
В ответ не раздражать индейцев!

Бенджо стоял и ужасался.
Он ничего не понимал,
Ведь рядом Китолов топтался –
С такой же саблей он стоял,
Диана с луком за плечами,
Мишель с кинжалом у порток.
Но лишь его все донимали,
Чтоб он свой выбросил клинок.

– Да что вы, рот раскрыли братья,
Толпой накинулись сейчас?
А если, скажем, в женских платьях
Заставят каждого из нас
Для смеха поплясать индейцы.
Нам что, идти на поводу?
Вы в самом деле, как младенцы –
Не брошу саблю, с ней пойду!

Я с саблей этой вырос, если
Такое слово подойдёт.
Кому-то нравится петь песни,
А кто-то факел в рот суёт.
Моя стихия – фехтованье,
И сколько дрался я в боях,
Мой опыт, храбрость и старанье
В соперников внушало страх!

Смотрите, если вы хотите,
Один сейчас отправлюсь в путь,
Но оправданий не ищите,
Коль совесть вам не даст уснуть,
За то, что вы меня прогнали
Бескрайне нагло, между прочим,
Но я хочу, чтоб вы все знали –
Люблю я вас скитальцев очень.

– Он любит нас! – Диана руку
Ввысь подняла, и замолчали
Все, словно ожидали трюка,
А рядом ручейки журчали
И шишки падали с ветвей
Огромных сосен беспокойных.
Ещё солдат седлал коней,
На вид и сытых, и довольных.

– Бенджо, да это просто шутка! –
Вдруг рассмеялся Китолов. –
Кто против – с саблей или с дудкой
Ты в прерии идти готов?
А ну-ка, наклоняйся ухом,
Я так хочу их потрепать,
Ведь у тебя сегодня днюха,
И мы решили разыграть!

Бенджо застыл, оцепенел
От неожиданности этой.
Как классно обвести сумел
Его здесь капитан одетый
В парадный свой костюм новейший!
И как он фальши не заметил?
И голос Ники был милейший,
И взгляд Дианы очень светел.

И как приятен этот хохот!
Бенджо обнял друзей своих.
Они тряслись, как скоморохи,
Что шутка удалась у них.
А в небе ястребы носились,
В лесу гуляли медвежата,
И в поле муравьи толпились,
Готовились брести куда-то.

– Так это ваша речь с изгибом –
Лишь скрытный розыгрыш от вас?
Солидной ледниковой глыбой
Я словно сбит был тут сейчас!
Я думал, что тону презренно,
Теряя имидж перед вами,
А вы всего лишь незабвенно
Меня для смеха разыграли.

– Бенджо, бросай обиды, право, –
Тряхнул его Андре за плечи. –
Несут нам сабли наши славу,
Наш имидж с ними безупречен,
И никакой индеец гордый,
Судить за это нас не будет.
Давай весёлые аккорды
Внесём в беседу нашу, люди,

Ведь у корсара именины –
Сидеть нам надо за столом.
– Сейчас поищем дом гостиный,
Что согревается огнём, –
Сказала всем Диана быстро,
Достав из сумки нож складной. –
Бенджо – держи сюрприз австрийский –
Прекрасный нож на праздник свой!

Он смотрится довольно старым –
Ему пятнадцать сотен лет.
Лежал в разрушенном пожаром,
Старинном замке, и секрет
Разгадан был совсем недавно
На книги старые с оглядкой.
Владел им Юлий Цезарь славный.
Там герб его на рукоятке!

Бенджо взял ножик осторожно,
И рукоятку осмотрел.
– А лезвие потрогать можно?
– Он твой, так будь с ним очень смел.
Нож станет тебе другом верным,
Он острый, как и был вначале.
– Спасибо, что ж тебе безмерно!
Ведь пальцы столько лет не брали

Таких презентов дорогих,
Подаренных на день рожденья.
Хочу запомнить этот миг
И губ твоих прикосновенье.
Мы поцелуемся?
– Ну, нет,
Смельчак, Бенджо! – журчала смехом
Диана, излучая свет,
И кинув в хитреца орехом.

– Момент! Сейчас, подарки наши.
От Ники – кепка! От Андре!
Одна другой узором краше,
И от меня с Мишелем – две!
Мы не сговаривались, честно, –
Воскликнул громко Китолов. –
Ну а теперь, поищем место,
Спокойный на ночь тёплый кров.

Бенджо взял быстро кучу кепок,
Засунул их себе в мешок.
Мешок из плотной ткани, крепок.
Хотел он сверху узелок
Связать какой-то посмышлёней,
Но сверху нежная рука,
Легла поверх его ладони,
И соскользнула вниз слегка.

– Ну что касается меня, –
Элизабетта вслух сказала. –
Подарки подарю и я,
Вот итальянский стиль вначале –
Красивый шёлковый платок:
Пошёл дождь – влага побежала,
Сейчас же вытирай со щёк.
А вот – котёнок из кристалла:

Саксонский стеклодув знакомый
Их выдувает единично –
Как только окажусь я дома,
Я всем пошлю такие лично
По вашим адресам, какие
Дадите мне вы тут когда-то.
Теперь, друзья же, дорогие,
Нам надо двигаться куда-то.

Я так замёрзла, что все пальцы
Продрогли на руках моих.
Мне бы камин и одеяльце
На кресло, также дров сухих
В камин тот бросить, чтобы печка
Своим теплом меня согрела,
А в блюдце, чтоб лежала гречка,
Ну и конечно, Моцарелла.

Порт был не порт, а просто пристань,
Но зелени кругом полно,
Да и ручьёв полно здесь чистых,
Ещё и парень в кимоно,
Наверное, японец, вышел
Из лодки, и раскрыл свой рот,
Смотрел, как лес цветами пышет,
Потом прибавил резко ход.

Флорида – это полуостров.
Багамы – в десяти шагах.
И Куба – самый крупный остров,
А если мчать на всех парах
На юг, то там Ямайка – сказка
Для путешественников всех.
Весь остров в ярких чудных красках
Где очень часто слышен смех.

Друзья стремились во Флориде
На пару дней лишь задержаться.
Чтобы решить вопрос в том виде,
В каком он должен был решаться:
Сменять на золото товар –
Мешки свинцовых пуль и порох,
Кастрюли, десять шаровар,
Стволы и сборники фольклора.

А после поспешить в Ямайку
На родину Дианы милой,
Где в облаках кружатся чайки,
Над морем бурным и красивым.
А также посмотреть масштабы
Больших Антильских островов,
Визжа, промчаться по ухабам
Вдоль классных горных берегов.

Команда груз распределила
По сумке каждому на плечи.
И по тропинке заспешила,
Отметив, что спустился вечер
На местную равнину быстро,
На изумительный залив
С водой зелёной, очень чистой,
Где мощный начался прилив.

От пристани неподалёку,
Был для гостей построен дом,
В испанском стиле, невысокий,
Манящий светом и теплом
От очень жаркого камина,
Где жгли бездымные дрова,
И вот уже сидят в гостиной
Скитальцы и ещё сова.

Сова была ручной, хозяйской,
Она на жерди восседала.
Когда здесь начинались пляски,
Она в сторонку улетала.
Когда же в ссоре из-за женщин,
В ход сабли острые пускались,
И сплошь раскидывались вещи,
Она вообще к окну бросалась.

– Что ж, познакомимся поближе? –
Сказала добрая испанка. –
Уже по лицам сразу вижу,
Что кони вам и дров вязанка
Нужны для странствий ваших дальних
По нашим прериям чудесным.
Есть кони, также есть и спальни,
Кувшины в них с водою пресной.

– Прекрасно! – Китолов ответил. –
Что кони есть в конюшне вашей.
Ещё я в мыслях об омлете
И яблоках в огромной чаше.
Несите нам и вишню также,
Арбузы, дыни, сливы, груши,
Котлеты, хлеб и сыр размякший,
Хотя нет, сыр пускай – посуше!

– А мне чеснок вдруг захотелось! –
Воскликнула Элизабетта. –
– Чеснок при всех есть – это смелость, –
Заметил Ники сзади где-то.
– А мне несите вкусный суп, –
Диана высказалась с жаром. –
И кашу из полезных круп
И с сочным овощным наваром.

– Послушайте, зачем всё это
Вы мне заказываете тут?
Здесь не таверна в Осло где-то,
Где вам весь список принесут.
Тут дом для отдыха, ночлега,
Еда здесь – суп из ячменя.
Есть есть хлеб, белее снега –
Вот и весь выбор у меня.

– Несите значит хлеба много,
Пожалуйста, и суп для всех.
Мы слишком голодны, дорога
Хоть и проплыта без помех
По океану на хорошем,
Прекрасном очень корабле.
Стал аппетит в разы возросшим,
Как оказались на земле.

Испанка классно улыбнулась
Слегка кивнула Китолову,
А после быстро повернулась,
Сказав вслух только одно слово:
“Прелестно!”
И пошла за супом,
А после принесла тот суп,
И вот уж с наслажденьем группа
Ест блюдо из доступных круп.