175 дней на счастье

Глава 3

Леля зашла в квартиру и тихонько прикрыла за собой дверь, надеясь, что папы еще нет. Снимая обувь, Леля покачнулась и случайно уронила ключи, которые до этого бросила на полку у входа. «Черт!» - и замерла. В коридор никто не вышел. «Может быть, папа допоздна на работе…»

На цыпочках Леля стала прокрадываться в свою комнату. На полпути к ней выбежал Джо и счастливый стал прыгать на нее, стараясь лизнуть. «Только не тявкай, только не тявкай…» - думала Леля, уворачиваясь от слюнявого языка. 

Когда Леля проходила мимо столовой, услышала строгое папино:

- Сюда подойди. 

Папа сидел в небольшом островке света, создаваемом маленьким светильником на стене. Рядом на столе стояли кружка чая и шарлотка тети Тани.

- Где ты была?

- В школе, - не моргнув глазом, соврала Леля. Дело привычное. 

Рядом все еще крутился Джо, и его довольное повизгивание разбивало на осколки вдруг повисшую тишину. 

- Директор звонил. Спросил, как твое здоровье. 

- Здоровье?

- Ты не явилась на уроки, и твой одноклассник сказал, что ты заболела.

«Надо же, а ведь не сдал…Праведный джентльмен, правильно я его окрестила». 

- А ты что?

- А я сказал, что сейчас на работе и обязательно уточню у нашей помощницы по дому. Позвонил Татьяне Петровне, попросил ее передать тебе телефон, а она простодушно ответила, что ты еще из школы не вернулась. 

- И что директор?

- А ты думаешь, я хочу, чтобы моя дочь окунулась в мир полиции, прокуратуры и судебных тяжб? Или чтобы ее будущее оказалось под угрозой?... Я сказал директору, что у тебя мигрень, что с тобой такое случается, когда перенервничаешь. Он согласился, что новый коллектив – это стресс. 

- Что ж, мудрый поступок, папа…- Леля собралась уйти.

Папа вдруг стукнул по столу и грозно спросил:

- Где ты была?!

Леля молчала. 

Через несколько минут тишины папа покачал головой, отпил чай и сказал:

- Я не знаю, что с тобой делать, Лелька, не знаю. 

- Продолжать игнорировать, как весь прошлый год, - ехидно сказала Леля. - За мной, Джо, - это уже собаке.

Она убежала к себе, громко хлопнув дверью. 

«Хорошо, что папа не попросил дыхнуть, за запах алкоголя он бы меня вообще убил». 

Следующим утром папа сам отвез Лелю в школу. «Понятное дело, хочет убедиться, что я не прогуляю», - думала она, наблюдая за мелькавшими желтыми деревьями. 

Одноклассники снова сидели на ступеньках и громко смеялись. Леля вдруг удивилась: «Какие они дружные! В лицее мы общались по стайкам». 

Когда она поднималась по ступенькам, кто-то сказал:

- И это Машке-то мозгов на бизнес не хватит? А самой? Двух слов на истории связать не могла. Деньги все извилины подъели!

Леля плохо спала всю ночь, и сейчас у нее действительно болела голова (папа не врал про мигрень и стресс). Она промолчала и прошла мимо только потому, что как только представила, что нужно будет что-то сказать, в голове у нее тут же столкнулись друг с другом два тяжелых колокола, причинив страшную боль.

«Я не дура», - с обидой подумала Леля и медленно положила голову на парту. Как назло, именно сегодня она не взяла с собой таблеток от боли в голове. 

Звонок огрел ее по голове похлеще чугунной сковородки. Пришлось встать, когда вошел учитель английского. 

- Good morning! 

Класс недружно прогудел: «Good morning, Anna Romanovna».

Анна Романовна всех с улыбкой оглядела и открыла журнал. 

- Так…Косицын… Дима, будь добр, выйди к доске и перескажи, о чем был текст, который я задала на дом.

- Да не вопрос, Анна Романовна! – тут же подпрыгнул полный мальчик в вязаной жилетке. – Итак, текст был о…

- Дима, на английском. 

Косицын тут же сдулся:

- Как на английском?

- Вот так, это же урок английского. 

Кое-как Дима выдавил из себя три предложения и сообщил классу, что в тексте рассказывалось про разные страны и их культуры. На место Дима вернулся весь красный и выжатый, как лимон. 

Леля ненадолго прикрыла глаза, потому что теперь головная боль давила еще и на глаза. Когда она открыла их снова, весь класс смотрел на нее.

- Что, простите, вы что-то сказали? – спросила Леля у учительницы.

Анна Романовна улыбнулась: 

- Я понимаю, что ты новенькая, и во всех школах учат по-разному, но попробуй рассказать на английском все, что знаешь о какой-нибудь стране. Что угодно, не бойся. 

Леля поднялась. «В языках я хороша. Я не дура, и я им это докажу». В голове по-прежнему бились друг о друга колокола, но деваться некуда. 

И Леля заговорила на английском: путешествовали они с родителями немало. Каждое лето обязательно проводили пару недель в Испании. Пляж там чудесный, море теплое, а народ очень приветливый и энергичный. Испанские девушки не бояться танцевать и быть яркими. В Лондоне тоже побывали, правда, немного, всего пару дней, папа там был по работе, а они с мамой обошли весь город и вымокли до самых колкоготок…Леля говорила не меньше пяти минут, а когда закончила, услышала только восхищенную тишину. 

Анна Романовна улыбнулась ей:

- А ты английский как учила? В школе? – спросила она на русском. 

- У меня папа его знает, он с детства со мной на нем говорил. А потом я его в поездках практиковала. Мама вот знает французский. В школе учила…На французском я говорю не так свободно, но все-таки в принципе понимаю иностранцев и могу поддержать разговор. 

Леля услышала, как какой-то мальчик сказал:

- Вот это да!

А какая-то девочка ему ответила:

- Ничего особенного!

Когда урок закончился, Леля с трудом могла понимать, что происходит. Английская речь помогла головной боли стать ядерной бомбой и взорваться. 

Леля зашла в женский туалет и с трудом нашла в сумке телефон.

- Да?!

- Папа…я не могу, голова болит, кажется, снова все вернулось…пришли, пожалуйста, водителя... не могу…

- Ты снова врешь?! 

Леля чуть не заскулила от боли, когда он повысил голос. Она сбросила вызов, опустилась по холодной стене на пол туалета и заплакала. Голова уже пульсировала, и, казалось, что сейчас разлетится на куски, спорить с папой не было сил.