2) Утренняя звезда

=4=

Когда вчера вечером трезвонил телефон Ханыль, сама она была в дýше и даже не знала, какая драма разворачивается на другом конце вызова. Но спустя какое-то время, перезвонив Юнги, девушка услышала в трубке эмоциональное и сбивчивое объяснение Намджуна. И только Шуга, взяв телефон в свои руки, спокойно и последовательно рассказал подруге суть их обращения к ней.

- Но как же так? - разочарованно вздыхает она. - Мне так жаль!

- Погоди причитать! - вкрадчивым голосом отвечает бармен. - Ты же можешь помочь!

Ханыль немного задумалась. Она стала вспоминать и перебирать весь штат своей компании, но ничего не приходило ей на ум.

- Оппа, это нужно решать на месте...но он сам это сделает лучше меня! Зачем тут я?

- Так уж и не понимаешь? - приступал к штурму Мин Юнги...

Ханыль упустила тот момент, когда Хосок вошёл в здание агентства. И только по шушуканьям своих коллег, которые делились друг с другом собственными предположениями: отчего это их местное Солнышко нынче не сияет, а наоборот, ходит чернее тучи, она поняла, что парень уже пришёл на работу. Спросив где он, визажистка пошла искать J-Hope, чтобы дать ему надежду на положительный исход дела.

Нельзя сказать, что решение ей далось легко. Она долго не могла уснуть, перебирая все плюсы и минусы своего выбора. Но главная причина перевешивала всевозможные её недовольства и страхи, девушка всем сердцем желала помочь любимому человеку, и будь что будет!

Лидер Чон шёл по коридору в сторону кабинета главного менеджера. Ханыль издалека помахала рукой, побуждая её дождаться. Она подошла к танцору и поздоровалась, немного поклонившись.

- Хосок-щи, я знаю о твоей проблеме. Не нашёл замену? - девушка задаёт контрольный вопрос.

- Знаешь?.. - грустно произносит он, опуская голову. - Нет, все заняты уже, никого не нашёл. Юнги-хён подберёт другой трек, буду один выступать.

- Не нужно! Я тебе помогу! Если ты не против, конечно! - уверенно говорит Ханыль.

Хосок поднял на неё своё лицо, которое словно просыпалось от затяжной зимней спячки, понемногу светлея и приобретая краски жизни. Он смотрел на девушку, в её дивные глаза цвета тёмной карамели, и всё ещё не верил услышанному.

- Это правда? - робко улыбается парень. - Ты умеешь петь?

Ханыль молча кивает головой. Вот и ещё один её секрет скоро будет раскрыт. Она с детства очень любила петь, и даже какое-то время мечтала о карьере певицы, но потом желания поменялись, о чём она совсем не жалела, особенно когда со стороны увидела, чего это стоит артистам на самом деле. Музыка ей нравилась всякая, главное - чтобы откликалась в сердце, хотелось пританцовывать или подпевать. А ещё мурашки! Если они появлялись и носились по телу неуправляемым стадом, то музыка была однозначно зачётной лично для неё. Казалось бы, Ханбёль-звезда вполне на своём месте - на сцене, сияя и мерцая, покоряет слушателей своим пением...Но! Нет! Ей очень хорошо там, где она в данную минуту! Она - счастлива!

- Юнги-оппа прислал мне вчера демо-версию, так что я немного знаю материал. Можем попробовать!

Они вместе отправились в студию, не теряя времени на сомнения и неопределённость.

Пока молодые люди надевали наушники, а техника настраивалась на рабочий лад, Хоби то и дело бросал взгляд на Ханыль.

- Но ты с нами никогда не ходила даже в караоке! - припоминает ей танцор Чон.

- Один раз была, но не пела, сославшись на больное горло. - быстро ответила визажистка Чхве.

- А оно правда болело? - усмехается парень. - Или ты не захотела?

- С близкими друзьями я пою, но в компании с артистами...не захотела. - будто размышляла она.

Улыбка Хосока немного померкла, он отвернулся к пульту, бурча под нос:

- Надеюсь это изменить! А дру́гом я и не хочу быть! Хочу большего! I want more!

- Я не расслышала! Это ты мне? - сдвигая с одного уха, недоумевает Ханыль.

- Всё готово! Можем начинать! - громко произносит Чон.

Их обоих потряхивало от волнения, однако отступать было некуда, да и времени для плана Цэ тоже не оставалось. В наушниках зазвучала музыка. Песню для этого выступления парни написали вместе, решив, что будет здорово, если Хоби исполнит рэп-партию, а в припеве зазвучит женский голос с более плавной и мелодичной темой. Намджун поработал с лирикой, и вышла довольно интересная, светлая история любви. Свои повторяющиеся слова девушка выучила очень быстро, в процессе прослушивания она уже подпевала, поэтому сейчас ей не нужны были подсказки перед глазами. Хосок и Ханыль стояли друг перед другом и немного испуганно смотрели перед собой, ища поддержки.

Тембр голоса Чона её приятно удивил! Немного с хрипотцой и некоторым отчаянием, он звучал уверенным и задорным, а местами - низким и бархатным. Ханыль не сводила глаз с любимого мужчины, который снова покорял её своей уникальностью, и казалось, что она ещё больше влюбляется. А как хотелось, чтобы слова песни были о них самих: таких разных, но нуждающихся друг в друге и строящих чистую, искреннюю любовь, которая рада видеть в других лучшее!

Взгляд Хоби отражал благодарность и любопытство, а ещё - предвкушение, но это было известно и понятно только ему. Как же всё-таки непредсказуема жизнь! Они с Ханыль ходили по жизни совсем рядом, но пути их не пересекались до определённого стечения обстоятельств. И теперь Чон так рад, что они наконец-то встретились и узнаю́т друг друга, сплетая некоторые моменты их отдельных судеб в одну общую. В его сердце скопилось столько нежности и чувствительности, которые он желал подарить той, что с некоторых пор тревожит и волнует. Он хотел быть ближе и узнавать её больше. В глазах Ханыль парень замечал искренний интерес, и он не имел ничего общего с рабочими обязанностями. Хосоку казалось, что сейчас как раз тот случай, когда нужно мягко проявить инициативу и признаться в чувствах. В груди торопливо отбивался ритм, поднимая горячую волну трепета и умиления.