20 писем в никуда

Глава 6

Глава 6

Дорогая, Анисия!

Тебе, когда-нибудь говорили, что у тебя необычайно красивое имя? С тех пор, как я прочел твое письмо, я все время смакую его на своем языке. Каждую букву. Мне нравится, как оно звучит, как слышится и как читается. Я не удержался и посмотрел в интернете его значение и был приятно удивлен своим открытием, когда поиск выдал мне "сладко пахнущая". О, господи, кажется у меня серьезные проблемы. В какой-то момент меня посетила мысль послать все дьяволу (да простит меня моя чрезмерно верующая бабуля) и, нарушив наш уговор, спросить номер твоего телефона или адрес твоей электронной почты. К твоему сведению, мне пришлось долго уговаривать себя отказаться от этой затеи, потому что значение твоего имени оказалось для меня слишком манящим.

Я рад, что мой маленький сюрприз заставил тебя улыбнуться. А, что насчет горячего шоколада? Надеюсь, он не успел остыть к твоему приходу.

Как прошла твоя неделя? Лично я в очередной раз убедился в неправильности своего выбора. Моя жена снова устроила скандал, когда я не заметил ее нового красного платья. Клянусь, я бы заметил, если бы это платье было единственным в ее огромном гардеробе, но у нее десятки красных платьев. Я ненавижу красный цвет. Другое дело цвет морской волны или кофейной пены, но ради всего святого, разве ее это когда-нибудь волновало?

Что не так с твоим бойфрендом? О каких срывах ты говоришь? Наверное, не совсем правильно беспокоится о человеке, которого ты едва знаешь, но именно это я и делаю. А еще тоскую. Словно одержимый тоскую по человеку, которого едва знаю. Каждую минуту своего свободного времени, я трачу на то, чтобы представить какая ты. Представить цвет твоих глаз, представить, как развиваются на ветру твои волосы или, как прямо сейчас, ты сидишь в кофейне и читаешь мое письмо. Боже, ведь я даже не знаю волнистые у тебя волосы или прямые, но зато ясно вижу, как они переливаются в свете полной луны. И прошу, не рассказывай мне, потому что ни одно письмо не расскажет мне того, что я смогу увидеть собственными глазами.

Ты не боишься летать? Что ж, я только, что позавидовал тебе, потому что не могу похвастаться тем же. Дрожь начинает охватывать меня еще по пути в аэропорт и не отпускает до тех пор, пока я не спущусь по трапу самолета. Хотя не все так плохо. Мне нравится еда, которую подают в самолетах, а еще сливочное масло и вишневый джем в маленьких пластмассовых контейнерах. Но перед тем как пройти регистрацию, я обязательно захожу в бар в торговой зоне аэропорта и выпиваю стаканчик "Шерри", чтобы расслабиться. Можешь представить, что по этому поводу думает моя супруга? Если бы я знал наверняка, как ты относишься к смайликам, я бы поставил около двухсот улыбающихся мордочек.

И не проси меня рассказать, что я загадал, иначе мое желание не сбудется, а этого мне хочется меньше всего.

Вчера я нашел у себя на голове несколько седых волосков. И знаешь, о чем я подумал? Я понадеялся, что за эти семь недель, которые у нас остались, я не превращусь в дряхлого старика и все еще буду способен на что-то большее, чем просто засунуть в рот вставную челюсть. Чувствуешь, какой я оптимист? На этом месте я бы поставил подмигивающий смайлик.

Кажется, у меня заканчиваются чернила, а еще через полчаса меня ожидает скучнейший бранч с меценатом из Лондона, поэтому мне нужно потуже затянуть галстук, воспользоваться зубной нитью и прослушать пару композиций Луи Армстронга.

Хорошей недели, Анисия.

Я буду ждать твоего письма.

P.S. Можешь сама выбрать подходящий смайлик.

Стефан.

   Сегодня в кофейне было многолюдно и шумно. Полагаю все дело во внезапно нагрянувшем снегопаде. Посетители оккупировали практически каждый свободный столик, весело переговариваясь, согреваясь сливочным кофе и глинтвейном. Я сидела за столиком у окна и с улыбкой на лице читала пятое письмо, написанное рукой Стефана. Теперь я знала его имя, знала какой его любимый цвет и, что он боится летать на самолетах. Каждая строчка его очередного письма позволяла мне узнать о нем что-то новое. Я с готовностью отвечала на его вопросы и ловила себя на мыслях, что мне спокойно. От его писем веяло умиротворенностью, безмятежностью и всем тем чего мне так недоставало в реальной жизни. Мне хотелось узнать о нем все, что только сможет уместить в себе гладкость бумажного письма, и истратить все существующие на планете чернила, чтобы рассказать Стефану о себе. Словно в письмах к нему была настоящая жизнь, а все, что находилось по ту сторону кофейни ничего не значащая выдумка, способная в любой момент раствориться.

   А я уже растворилась.

   Мне хватило всего трех писем, чтобы полностью раствориться в них.

   В отличие от предыдущих посещений, сегодня, когда я вошла в кафе, официант проводил меня за столик и сам принес сборник стихов. Невозможно описать степень моего удивления, переплетающуюся с чувством благодарности, которые я испытала, когда увидела перед собой большую чашку горячего шоколада. И он совсем не остыл, а напротив оказался настолько горячим, что я даже немного обожгла верхнюю губу.

   В своем прошлом письме Стефан предупредил меня, что будет снег, поэтому я ничуть не удивилась, когда сегодня открыв глаза, увидела за окном пушистые хлопья, покрывающие деревья и крыши зданий.

   Следующие несколько дней после посещения парфюмерного магазина мы с Даной поднимались с постели не раньше одиннадцати, завтракали и отправлялись исследовать еще неизведанные нам места Будапешта. Мне совершенно не хотелось возвращаться домой, туда, где был Ян и не единой возможности хоть что-то изменить. Несколько раз я подумывала остаться в Венгрии, но подруга отговорила меня, ссылаясь на то, что нужно хорошо все обдумать, прежде чем принимать столь серьезное решение. О моем неудачном падении напоминали лишь пара почти затянувшихся царапин и, лежащий в моей сумке, флакон приторно-сладких духов.