2064: Зима

Глава 12

Попрощавшись с отцом и братом, Лена, прихватив Люка, отправилась в центр. Она мягко, но уверенно отвергла предложение Алена забрать их вечером — на магнитном поезде было быстрее и безопаснее, особенно с младенцем на руках и Люком в довесок.

Люк, нацепивший на грудь рюкзак-коляску с Рене, шагал с важным видом, слегка откидываясь назад, чтобы компенсировать вес. Двигался немного неуклюже, но старательно пытался это скрыть — так делают дети, которым доверили что-то по-настоящему важное. Главное — чтобы не забрали. Лена внимательно следила, чтобы он шёл осторожно. Хоть рюкзак был антиударным, но если бы Люк вдруг споткнулся… Ну уж нет. Успокаивать раскапризничавшегося малыша на морозе ей совершенно не улыбалось.

Главное — без происшествий добраться до ближайшего бизнес-центра, где работал родительский сервис — или, как говорил Люк, «камера хранения младенцев». Лена каждый раз морщилась, слыша это определение, но спорить не пыталась — деваться всё равно было некуда. Держать Рене в переноске долго было нельзя, а коляску таскать по зимнему городу — тоже не вариант. Подумав про переноску, вновь поморщилась.

Когда Дима был с ней, всё было гораздо легче, но сейчас его не было рядом. Лена старалась справляться со стойкостью — ведь они с мужем ещё только начинали. Они собирались принести в этот мир целых трёх детей, так что нынешние трудности Лена воспринимала лишь как пробу пера, мелочь, к которой она просто должна привыкнуть. Если бы она драматизировала каждое неудобство, с которым приходилось сталкиваться, то речи о втором ребёнке не было бы — а она правда хотела.

Она не стала рассказывать Диме про аварию, чтобы не нагружать его лишними переживаниями. Он и так был на грани из-за болезни отца, а Марселя уважал почти как самого Алена. Зачем добавлять ему ещё один повод для тревоги? К тому же всё обошлось. "Лишь бы он не следил за местными новостями… находясь за тысячи километров…"

— О, Лен, успеем? — Люк ткнул пальцем в стоящий на остановке трамвай.

Лена оценила расстояние, хмуро взглянула на ледяную корку под ногами и покачала головой.

— На следующем поедем. Тут скользко.

"Скорей бы уже в центр…" — вспомнив о том, что даже в посёлке, расположенном неподалёку от их фермы, где находилась школа Люка, все тротуары уже заменили на антиснежные, подумала Лена. Там она смогла бы перестать думать о том, как бы не поскользнуться.

"Если бы Марсель разбился ближе к посёлку… я могла бы даже надеть сапоги с каблуками…"

Она тряхнула головой, сбрасывая крамольные мысли.

Люк не стал спорить, только расслабил плечи — видимо, был готов припустить бегом, если бы сестра дала отмашку.

— Не устал нести?

— Не-а, — отрапортовал Люк, похлопав по рюкзаку. — К тому же скоро сдадим его в камеру хранения. Главное, чтобы потом не перепутали, как тогда.

Лена усмехнулась, вспомнив тот кошмарный день.

Её недоумение, когда в родительском сервисе ей сунули на руки чужого ребёнка. Растерянный отец, который, как выяснилось позже, по ошибке утащил Рене, не заметив подмены. И его жена, ворвавшаяся в приёмную, разъярённая, как тигрица. Она с ходу разнесла сотрудников сервиса в клочья и на всю комнату оглушительно потребовала вернуть ей ребёнка. Всё произошло за минуту, пока Лена, борясь с паникой, методично пыталась выяснить, где её малыш.

— Ой, это ваш? Возьмите, пожалуйста, — мягко протянула она Лене, но в ту же секунду её голос снова взвился: — ВЕРНИТЕ МОЕГО РЕБЁНКА!!!

Тот самый горе-папаша в это время топтался у входа с таким видом, будто собирался раствориться в воздухе. Судя по всему, дома его ждал очень серьёзный разговор.

После того случая Дима буквально каждый час поднимал Рене на руки и пристально вглядывался в лицо малыша, стараясь запомнить каждую деталь. Он клялся, что никогда бы его не перепутал, но Лена не вмешивалась. Пусть. Заодно и потискает сына лишний раз.

Когда она рассказала об этом за семейным ужином, Ален расхохотался, комментируя перепалку разгневанной матери, а Марсель, до этого молча слушавший рассказ с хмурым видом, вдруг поднялся из-за стола и пошёл проверять племянника на подлинность.

Погружённая в воспоминания, Лена не заметила, как они добрались до остановки.

Люк мгновенно оккупировал свободное сиденье, с важным видом развалившись на нём — носитель капсулы с ребёнком заслуживал отдых. Пока он сюсюкал и корчил рожи Рене, Лена, полулёжа в кресле для беременных, лениво изучала карту движения трамваев, встроенную в стену остановки.

Следующий должен был прийти через семь минут.

"Хорошо…" — подумала она, поёжившись. Несмотря на погоду, её пробирал лёгкий холод.

Услышав приглушённое улюлюканье, доносившееся сквозь стенки рюкзака, Лена обернулась. Люк, довольный, как кот, добился своего — Рене окончательно проснулся.

"Главное теперь успеть до камеры хранения…" — обречённо подумала она, глядя, как младший брат играет в «где Рене?» с племянником.

Однажды Люк даже заявил, что хочет быть таким же старшим братом, как Марсель.

Лена только усмехнулась. Люк был другим. Несмотря на трудности взаимоотношений с отцом, он не переживал смерть матери и трагедию сломленного отца, не было у него той тяжести, которая сделала старшего брата тем, кем он стал. Они с Марселем отлично постарались, чтобы дать Люку тепло и заботу — и именно поэтому он будет другим. Он должен быть лучше.