Ошибка 24. Страх одиночества
Из-за страха одиночества мы часто боимся сделать шаг, чтобы выйти из ситуации, которая травмирует. Боясь отделения, ты продолжаешь попытки слияния с другим, которые кажутся спасательным кругом, когда другой кажется второй половинкой, твоим продолжением. Страх одиночества может быть причиной отказа от своего развития из-за страха боли, которая может стать исцеляющей. И это может быть ошибкой.
Первая травма одиночества происходит в момент рождения. Изначально ты — единое целое со своей матерью, ты — ее продолжение, а она — твое. Само по себе рождение — это разрыв физической связи, это первая боль и стресс, вызванный отделением. Ты навсегда теряешь абсолютное единство с организмом, который был для тебя целым миром и вселенной. Это первый опыт одиночества, и до конца своих дней это будет так. Твои границы заканчиваются на тебе, а физическое слияние с другим более невозможно.
Если в утробе ты был в безопасности, все твои системы работали благодаря телу матери, то после рождения все это исчезает. Ты отделяешься, и твоя жизнь на этом этапе начинает зависеть от заботы о тебе до момента твоего взросления. Ведь ты просто не выживешь, если окажешься покинутым в младенчестве. Ты не сможешь справиться со своими потребностями, потому что у тебя по объективным причинам нет на это возможностей, ты слишком мал. Но этот период заканчивается, когда ты вырастаешь, когда ты по-настоящему готов стать автономным, а значит, и принять свое одиночество. Когда ты сам способен позаботиться о себе — когда ощущение целостности становится одним из индикаторов твоей зрелости.
Давай еще раз. После рождения ты навсегда отделяешься от другого. В начало своей жизни вне утробы ты вошел один. Да, рядом были другие люди, но они не были тобой, и пуповина, которая связывала тебя с женщиной, родившей тебя, с которой ты был единым целым, перерезается.
Да, на протяжении всей жизни с тобой рядом будут другие, но они никогда не будут твоим продолжением. Это невозможно. Другие могут быть близко, но они не ты. Получается, одиночество неизбежно, и чем больше ты будешь его сторониться, отвергать, сопротивляться, не принимать всю суть одиночества, тем больше тревоги и страха ты будешь ощущать. Ведь единственный, с кем можно истинно почувствовать единение и целостность, — это ты сам. Только так ты сможешь понять себя, понять свою индивидуальность, отделить себя от других и увидеть, чем ты отличаешься, кто ты без них, увидеть свою ценность. Чтобы научиться истинной близости, где ты сохраняешь себя. Ведь в слиянии трудно понять, где ты, где твои желания, а где желания другого, и кажется, что без другого нет тебя.
В детстве ребенку важны фигуры родителей или взрослые, которые их замещают, ведь без них не выжить. И, словно по привычке, стремясь залечить травму отделения при рождении, ты хочешь вернуться в лоно вселенной и слиться с другим. Сначала эти другие — родители, но потом это может быть принадлежность к какому-то кругу людей, обществу, партнеру. Человек ищет свою половинку, которая сделает его вновь счастливым и вернет внутриутробный рай, но так не будет никогда. После рождения до конца своих дней ты отделен от других. Ты можешь приблизиться к другому, ты можешь взаимодействовать с ним, но абсолютного слияния никогда не произойдет. Другой так же одинок, как и ты. Каждый человек сам по себе целостен, но после разрыва пуповины ему необходимо пройти длинный путь и научиться выживать без помощи других, чтобы встретиться с собой и ответить себе на вопросы:
Кто я?
Какой я без другого?
А на практике часто происходит иное: человек, вырастая, продолжает искать кого-то, кто даст ощущение единства и целостности. Чем больше ты сливаешься с другим, чем больше ты стремишься к слиянию с обществом, чем больше ты хочешь стать его частью, тем дальше ты уходишь от своей индивидуальности, от себя, от понимания своих ценностей, смыслов, предназначения. Тем сильнее размывается твоя индивидуальность.
Давай предположим, что первичная боль при рождении и объективная потребность в заботе родителей лежит в основе страха одиночества.
Например, когда ты боишься выйти из отношений, коллектива, из партнерства, ты бессознательно боишься вновь пережить ту травму и боль, которую испытал при рождении. Становится страшно, от мысли, что ты, как маленький ребенок, будучи одиноким, не сможешь справиться с новыми испытаниями. Страх бывает настолько сильным, что заставляет тебя терпеть самые мрачные и болезненные сценарии отношений, лишь бы не ощутить эту экзистенциальную боль отделения. Ты будто снова боишься ощутить беспомощность, опасность, невозможность позаботиться о себе, невозможность в одиночку справиться с этим миром, который кажется большим, незнакомым и пугающим. Если объективно, то это все актуально, но в детстве, когда ты не можешь позаботиться о себе и выжить самостоятельно, без помощи извне. И, возможно, нужно вырасти психологически, чтобы научиться жить в новых условиях, которых ты избегаешь. Нужно научиться взаимодействию с другими из позиции взрослого, которому тоже бывает трудно, который принимает решение с этими трудностями справляться.
По сути, взрослея, ты имеешь возможность не только заботиться о себе, но и о других. Это врожденное человеческое свойство, но не всегда оно осознано. Когда ты застрял в детской позиции, когда ты чувствуешь себя слабым и нуждаешься в любви и заботе, трудно переключить внимание на заботу о других. Однако с взрослением приходит ответственность за себя и возможность учиться заботиться о других. Ты можешь стать заботливым родителем для себя.
Если спросить у мамы, папы или кого-то еще, кто был рядом с тобой в детстве, каким они помнят тебя, они, вероятно, смогут дать ответ. Они знают тебя, насколько это было возможно. У них есть свое представление о тебе. Однако никто не может полностью понять, каково быть тобой, видеть этот мир твоими глазами и ощущать все, что ты ощущаешь.
Отредактировано: 06.05.2024