3. Огнём и мечом

3. Глава о сложности переговоров и хрупкости человеческого тела

Краем глаза я заметила легкое золотистое марево на том месте, где только что-то стоял Эмил.

Храмовник пропал, буквально растворившись в воздухе и одновременно с этим сидящее на трупе существо расправило крылья, низко заурчав.

«Сука, какая же ты здоровая...»

— Отзови своего слугу, защитница. Не нужно больше крови. Не сейчас, — кошмарный демон облизнулся, продемонстрировав мне раздвоенный язык и зубы-иглы. Говорило создание вполне внятно, но периодически скатываясь в рычание и шипение.

«Конечно, здорово, что эта тварь собирается пообщаться, а не сразу отгрызть мне голову, но что-то доверия она мне не внушает. И что творит Эмил?! Надеюсь, что он отправился за подмогой...»

— Эмил?... — Я, испытывая уверенность, что меня проигнорируют, не ожидала, что мой спутник появится за спиной этого демона и, судя по всему, выдала его с головой собственным выражением лица. Тварь вздыбилась, словно дикая кошка, ловко развернулась на всех четырех конечностях и своей огромной лапой сгребает не успевшего снова раствориться в воздухе храмовника.

— Тронешь его и никакого разговора не будет! — я схватилась за меч, даже не надеясь на то, что это существо меня послушает, но оно, шипя, словно кузнечные меха, снова развернулось ко мне, крепко обхватывая Эмила когтистыми пальцами. Храмовник безуспешно пытался выбраться, и существо сжало его сильнее, заставляя того надсадно засипеть и перестать трепыхаться.

— У меня послание от, — тварь несколько раз коротко «скрипнула» голосом и продолжила, — доброжелателя.

— Не помню в рядах своих друзей тех, кто имеет таких слуг, — я терзала пальцами ладонь меча, периодически косясь на притихшего храмовника.

— Жив, жив. Просто подслушивает, — заметив мое беспокойство, существо снова «скрипнуло» — «Это оно так смеется, что ли?» — и встряхнуло рукой.

Эмил звучно клацнул зубами и без всякого стеснения обогатил мой словарный запас сложной комбинацией, в которой фигурировала беременная мать держащей его твари, стая собак, мужские половые органы и поросячье дерьмо.

Пока я пыталась осознать всю озвученную храмовником цепочку событий, пленившее его существо приблизило к Эмилу морду, несколько раз шумно втянуло воздух через полуоткрытую пасть и снова заскрипело.

— Пожалуй, заберу тебя с собой, когда...

— Никого ты с собой не заберешь, — я, чувствуя пробегающий по позвоночнику холодок страха, вытащила Жало из ножен и направила его на крылатую мерзость, — Озвучивай свое послание, отпускай его и проваливай!

Существо опасливо покосилось на меч, в котором отражались несуществующие блики солнца, переступило с лапы на лапу, сопроводив это мерзким чавканьем раздавленного им тела и разошедшейся от него тошнотворной волной.

— Ариман потерпел поражение на Юге. Войска Императрицы понесли потери, но могут попробовать потрепать его еще. Если ты согласишься на наши условия.

Тварь замолчала, глядя на меня алыми буркалами и периодически посматривая на все так же направленный в ее сторону меч.

— Дальше?

«Новость о том, что кто-то надрал моему навязанному женишку зад действительно великолепная. А идея потрепать его еще и вовсе шикарна. Но чем за это придется заплатить?»

— Дай слово, что в случае нужды ты придешь на помощь. Не щадя себя и своих сил.

«Как-то очень расплывчато. Мутно, я бы сказала. Здесь явно что-то не так...»

Крылатая бестия, словно почуяв мое замешательство, перебрала пальцами, словно случайно сжав Эмила так, что тот был вынужден выдохнуть все, что в нем было.

— Если ты думаешь, что таким образом, — я кивнула на задыхающегося мужчину, — вынудишь меня дать поспешное соглашение, то твоей Императрице стоило бы поискать посланника поумнее, — я блефовала напропалую. Мне было невероятно стыдно перед храмовником, которого я выдала выражением лица и взглядом и меньше всего хотелось, чтобы он пострадал. Но стоило мне показать, что я действительно боюсь за его жизнь и эта игра будет сыграна в одни ворота. — Поставь его. Он не будет больше нападать, а мы поговорим, как цивилизованные лю...хм...создания.

Тварь заскрипела, долго и протяжно, содрогаясь всем телом. Эмил в ее смертельной хватке стремительно синел, закатывая глаза.

«Возьми себя в руки и сделай что-нибудь!»

— Пламя, гори! — Я сделала шаг к крылатой скотине, вытягивая вперед левую ладонь. На ней тут же вспыхнул столб пламени и существо отпрыгнуло назад, растопыривая крылья.

— Тише, тише... Я лишь немного успокоила твоего друга. — Огонь над моей рукой тут же потух, и хорошо, что тварь не знала, что это произошло не по моему желанию. — Мой хозяин хочет иметь союзников. На случай непредвиденных проблем... — Эмила небрежно бросили на пол, я услышала его тяжелое, свистящее дыхание и заметила, как храмовник приоткрыл глаза, находя меня взглядом. Он все еще был очень близко, опасно близко к этому существу, но, хотя бы уже не в его лапах.

«Оно еще и женского пола, бррр...»

Кошмарное порождение скрестило руки на груди, снова опустившись на задние лапы и чуть раскрыв крылья для баланса.

«Войска Императрицы, а посланника отправил хозяин?»

— Кем является при Императрице твой хозяин, что может влиять на управление войсками? Я должна знать, что за кота в мешке мне пытаются продать.

Существо задумалось.

— Он достаточно близок к ней, чтобы иметь такую власть, — наконец озвучило оно.

— Это слишком расплывчатое объяснение. Почему он не действует от лица своей госпожи?

Существо открывает пасть и тут же захлопывает ее. Мне кажется, что я вижу отголосок боли в налитых алым светом глазах и это становится отличным ответом на мой вопрос.

— Потому что он хочет моей помощи в перевороте, — не спрашиваю, а констатирую я, опуская меч острием вниз. — Очень долгоиграющий план, требующий сильных союзников, как я понимаю. Что ж, лестное предложение, но пока я не могу его принять. Пока! — я вскидываю вверх левую руку, привлекая внимание беспокойно дернувшейся твари. — Я тут сама немного погрязла в гражданской войне, и не в моих силах давать обещания, которые я могу не выполнить по причинам вполне уважительным. Смерть, знаешь ли, весьма несговорчивая дама.