3. Огнём и мечом

5. Глава о шести добродетелях, планах и топоре

Тишина продержалась недолго, всего пару ударов сердца, а потом взорвалась голосами.

— ...Еще одну Божественную войну!

— Безумие! Ты сошла с ума!

— ...Требуется решение Великого Совета...

— Нам надо успокоиться и выслушать…

— У нас достаточно проблем, чтобы еще…

У меня закружилась голова от гомона, от сдавивших со всех сторон чужих чувств. Я приложила ладонь ко лбу, медленно выдыхая и покосилась на троих храмовников и магистра, что уже во всю спорили между собой, игнорируя меня.

Большой Денри продолжал смотреть на меня так же пристально, как и до этого, но волной накатило чужое мягкое сочувствие. Неловко улыбнувшись, самым уголком рта, выпрямившись и тяжело вздохнув, я оглядела всех присутствующих.

— Вы можете меня послушать?

Кажется, что мой голос потонул в общем гомоне.

«И никакой реакции…И что делать? Орать, как они?»

Голубоглазый здоровяк снова шевельнулся, чуть прикрыл глаза, прошептал что-то беззвучно и я, резко выдохнув, уперлась руками в стол. Было ощущение, словно сверху на меня рухнула вся Алая крепость. Давление было такой силы, что подкашивались ноги, причем не у меня одной. Все присутствующие замолкли, пригнулись к столу. Магистр, охнув, осел на свой стул, и в этот момент давление пропало.

Мы все, переведя дух, посмотрели на безмятежного Денри, а он медленно поднял руку и указал на меня открытой ладонью.

— Благодарю, Денри.

«Интересный у тебя способ привлекать внимание. Действенный…»

Я обвела взглядом взъерошенных мужчин разной степени разгневанности, тяжело дышащих, возмущенных.

— Что непонятного было в словах «моя миссия»? Нет, помолчи, — я ткнула пальцем в уже открывшего рот Гира. — Хватит, моя очередь. Сиди и слушай.

Если бы взглядом можно было убивать — от меня бы уже осталась кучка пепла, я в этом не сомневалась, но Гир ограничился только взглядом. Откинувшись на спинку стула, он махнул рукой в воздухе, мол «давай, девочка, говори». И я фыркнув, продолжила: — Так что непонятного было в моих словах? Что неясно всей Длани в слове «миссия»? Может быть мне надо объяснить вам, что такое миссия, которую тебе поручила Светозарная? Так я с удовольствием вам объясню — это то, от чего невозможно отказаться. Даже если тебе хочется это сделать, всегда есть то, почему ты должен… почему я должна эту миссию выполнить.

Я обвела взглядом молчащих мужчин.

— Вы все знаете, кто я по крови и какая участь была мне уготована. Да, я должна была стать женой этого засранца, до того, как стала Защитницей. Да, я подписала себе смертный приговор, став тем, кто я теперь. Да, бездна вас всех задери, я до сих пор сомневаюсь в том, что мне по силам выполнить требование Светозарной, но разве у меня есть выход?! А у вас что, много вариантов? Ариман несет сюда своего бога, который, так уж исторически сложилось, имеет длинный список претензий к Пресветлой! И если простому люду будет милостиво предложено просто сменить покровителя, то вам… — я сделала выразительную паузу, наблюдая за меняющимися выражениями лиц. — Вам предложат только одну участь. И если Ариман вдруг проявит благородство, то ваша смерть будет быстрой. Во славу его бога, конечно же. Что вы собирались с этим делать?

— Умереть за Светозарную…

— Глупец! За нее не надо умирать, за нее надо убивать! — Я рявкнула это, упираясь ладонями в стол и медленно переводя взгляд с одного лица на другое. И внезапно поняла, что уже какое-то время не одинока в своем собственном сознании.

«Тебя давно не было»

«Я решила дать тебе время и, вижу, не прогадала. Чем занимаешься?» — в голосе богини было одобрение пополам с любопытством.

«Рассказываю им о кровожадных наклонностях их божества» — я, забывшись, мрачно усмехнулась, и, кажется, эту усмешку храмовники приняли на свой счет.

— Что-то ты не стремилась убивать в библиотеке, — Гир зло нахмурился, барабаня пальцами по столешнице.

«Он готов напасть… Теперь ты знаешь об этом, скажи мне спасибо.» — с некоторым самодовольством произнесла Светозарная в моей голове.

— Если бы Эмил не стремился, тоже был бы сейчас цел, а так он жив только благодаря стараниям магистра Ирвина. И моим знаниям. Ты выдаешь себя, Гир. Серьезно собрался напасть на меня? Пользуешься тем, что островитянин теперь тебе не помеха?

Божество в моей голове хохотнуло, а я лишь большим усилием воли не отшатнулась, когда Гир, вскочив, практически отшвырнул от себя стул, жутко скрежеща зубами и сжимая кулаки.

— Указующий, я призываю тебя к порядку, — я скосила глаза на магистра и увидела, что тот буквально искрит «набранной» Ато. Судя по всему, приготовления Гира заметил и он тоже. — Если в прошлый раз я мог это понять, ведь Эмил твой брат и друг, то теперь подобное недопустимо.

«Брат?... Он сказал „твой брат“, а не „наш брат“. Это многое бы объяснило…»

Тоун вскочил следом, схватил Указующего за локоть, и что-то коротко, резко сказал, указывая на опрокинутый стул.

Несколько ударов сердца мужчины смотрели друг на друга, затем я отчетливо услышала, как Гир скрипнул зубами.

— Понял, ты прав, — сказал он Тоуну, резко выдергивая свой локоть из его руки и, подняв стул с пола, сел на свое место.

«Ты просто мастерски обзаводишься… Ну, если не врагами, то недругами» — Светозарная хмыкнула в моей голове, а потом… Я невольно тряхнула головой, пытаясь прогнать ледяное покалывание в висках, сопровождающее беспардонное ковыряние в моих мозгах. Впрочем, оно быстро закончилось. Ощутив странное, молчаливое недоумение со стороны божества, я решила не спрашивать, что же такого она там раскопала, потому как окружающий меня мир требовал чуть больше внимания. Пауза слишком затянулась.

— Послушай меня, Гир. Я готова тебе поклясться, хоть Пресветлой, хоть всеми богами разом, что не хотела Эмилу вреда, но… Речь сейчас не об этом.

Вздохнув, я потерла переносицу пальцами, пытаясь не обращать внимания на снова обострившуюся головную боль.