30 сантиметров для бывшего

Глава 24.1

— Я бы хотела сказать пару слов! — выкрикивает Лейла со своего места и подходит к микрофону в центре сцены.

— Но сейчас поздно… — произносит ректор, только его никто не слышит.

Лейла игнорирует собственного отца и смело произносит…

— Знаете, — начинает она.

Женский голос полон энтузиазма, а выражение лица наверняка решительное. Марк непонимающе смотрит сначала на свою фальшивую девушку, затем на меня. Ничего не понимаю.

— Родители всегда меня учили, что нужно быть честным. С окружающими, с близкими людьми, с самим собой. Но что делать, если ты вынужден обманывать всех вокруг?

Что? О чем ты говоришь, Лейла? Эй, женщина, давай ты не будешь пороть горячку? М? Мы с Марком не хотели тебя тогда задеть, мне до сих пор стыдно за то, что ты нас застала. Может, успокоишься?

Зрители в зале перешептываются, девчонки нервно переглядываются друг с другом, наш ректор застывает в ожидании слов дочери, а Марк? А у него вообще никакой реакции нет. Ты нормальный? Она сейчас скажет, что мы с тобой враги народа, выставит меня разлучницей, а тебя – бабником! Останови ее! Но парень стоит, не шелохнувшись.

Что за бред тут происходит?

– Если ты причиняешь кому-то боль и ведешь себя эгоистично, то зачем тогда жить? – продолжает эмоциональную речь Лейла. – Знаете, сколько раз я участвовала в конкурсе? Все время! Я чувствую себя эгоисткой!

Ее голос кажется надрывным. Что-то не похоже на поведение королевы.

– Я хочу отказаться от участия и признаться вам всем!

Только не надо! Только не обижай Марка! Не трогай его! Не…

– Я встречаюсь с Марком Козловым из выгоды.

Зал громко охает, и я вместе с ними. Ну, точнее делаю вид, что охаю. Он рассказывал мне об отношениях с Лейлой, но следующие слова действительно повергает меня в шок.

– Марк прекрасный парень, но нам не суждено быть вместе. Согласитесь, любовь невозможно, когда между вами нет никаких чувств. Их не будет между нами, потому что я люблю другую.

С этими словами она спускается со сцены, подходит к столику жюри и впивается в губы Альбины Витальевны.

Так, секунду, я сейчас челюсть подниму. Ой, что-то не хочет она отрываться от пола и прикрепляться обратно к голове. Да и глаза не отрываются от сладострастной девичьей парочки. Так они… вместе? Нифига себе.

Кажется, не только я в шоке. Зрители что-то шумно гудят. Кто-то подбадривает, кто-то осуждающе угукает, но девушкам плевать. Они продолжают целоваться, пока Альбина Витальевна не берет Лейлу за руку и не уводит из зала. Думаете, вокруг наступает гробовая тишина? Нет! Ни черта подобного!

Ректор непрерывно смотрит на двери, где исчезла его дочь за ручку со своей любовью, зрители смотрят на ректора в ожидании его слов, а Марк… Он вообще не реагирует на произошедшее, только ухмыляется. Интересно, он знал об ориентации Лейлы? Да конечно знал! Если бы Лейла ему не рассказала, то он тоже удивился бы. Но нет.

– И что делать? – громко выкрикнула девчонка справа от меня.

– Конкурс окончен, – твердо заявляет ректор в микрофон и покидает зал. И это все? А как же наш спор с Машкой? Хотя какая разница? Ректору сейчас не до этого от слова совсем.

– Ты как?

Не замечаю, как ко мне подходит Марк и приобнимает.

– Я в… шоке.

Да, это единственное цензурное слово, которое я смогла подобрать в такой ситуации.

– Что теперь с ней будет? – заглядываю в глаза парня. Теперь не скрывая своих чувств, принимая теплые объятья и нежность, которую он дарит мне. Как же это прекрасно. Я, оказывается, мечтала об этом моменте. Мечтать не вредно, верно? Но я не предполагала, что мое желание осуществится так скоро.

– Не знаю.

– А что будет с нами?

– Мы, – отвечает спустя пару секунд.

– Твоя поездка в Германию отменяется?

– Наверное, – грустно вздыхает парень.

Помню, как он грезил Европой, как отзывался о компании, в которой будет работать. Точнее собирался работать. Теперь путь туда заказан. Обидно за него. Марк так старался, хорошо учился, получал полезные знания, читал необходимую литературу, учил язык. Что теперь с ним будет?

– Надеюсь, меня не исключат из университета.

– Стоп! Почему тебя должны исключить? – ошарашенно гляжу на Марка.

– Я обманул ректора. Он доверял мне, а Лейла закатила такой скандал. Он не простит нас.

– Но есть выход, правда?

– Не знаю, малышка, не знаю…

Взгляд парня кажется таким грустным, подавленным. Может, внешне он не показывает этого, но глаза выдают все эмоции. Не зря их называют зеркалом души.

Может, все прояснится? Может, ректор передумает и не станет применять санкции к Марку? Он ведь ни в чем не виноват! Он хотел помочь! Он… он…

А самое обидно, что я ничем не могу ему помочь.

Или могу?

_________________________

Неожиданно? Пишите в комментариях все свои чувства