300 миль на запад

Огонь, кровь и искупление

Ричард въехал в город сквозь дым.
Огонь уже не просто пожирал дома — он дышал. Доски трещали, крыши оседали, крики путались с выстрелами. Это был не штурм — это было наказание.
На главной улице двое людей Флетчера тащили торговца из лавки. Тот сопротивлялся, кричал про жену и детей.
Ричард не остановился — он сбил одного с ног выстрелом, второго добил почти в упор. Без злости. По привычке.
— Убирайтесь, — сказал он торговцу. — Сейчас.
Женщина с детьми выбежала следом, не глядя на трупы. Ричард уже был в седле.
Он заглянул в отель.
Дверь выбита. Внутри — пусто. Перевёрнутые стулья, кровь на полу.
Ни Элизабет. Ни её матери.
— Уехали… — сказал он вслух.
Как и договаривались.
Он поверил этому слишком легко.
Форт был впереди.
И Ричард помчался к нему.
У главных ворот шёл бой.
Капитан Майерс держал оборону с дымящимся револьвером в руке. Лицо — обнажённое, без масок и уверенности.
— Ричард! — закричал он. — Слава Богу!
— Где Эндрюс?
— Внутри! Но… — Майерс замялся, потом выкрикнул: — Элизабет ещё в городе. И её мать. Они не уехали!
Ричард замер.
— Что?
— Полковник просит… — Майерс почти кричал, перекрывая выстрелы. — Просит тебя найти их и вывести! Я держу ворота!
Ричард долго смотрел на него.
И всё понял.
— Держи форт, — сказал он. — Если сможешь.
Он развернулся и побежал обратно.
Он нашёл их в погребе отеля.
Элизабет сидела на ящиках, прижимая к себе мать. Лицо Виктории было белым, но спина — прямая.
— Я говорил вам уехать, — выдохнул Ричард.
— Мы ждали вас, — сказала Элизабет.
Он не стал спорить.
Он вывел их через задний двор, обходя огонь, крики, стрельбу. У самой окраины города Ричард остановился, снял поводья со своего коня.
— Он довезёт вас до реки. Дальше — куда угодно. Не оглядывайтесь.
— А вы? — спросила Элизабет.
Ричард уже отходил.
— Я должен вернуться.
И побежал.
Ричард ворвался в форт почти одновременно с Флетчером.
У врат он увидел труп Майерса.
Флетчер уже был внутри.
Они встретились в зале штаба.
Эндрюс стоял у стола с ружьём в руках.
Флетчер — напротив, со шрамом на лице, будто горящим.
— Давний знакомый, — усмехнулся Флетчер. — Всё-таки судьба любит завершённые круги.
— Ты не выйдешь отсюда, — сказал Эндрюс.
— Я и не собирался, — ответил Флетчер.
Ричард вошёл последним.
— Повозку расстреляли твои люди, полковник, — сказал он. — Не индейцы. Стрелы купил Майерс.
Тишина повисла тяжёлая, как дым.
— Ты лжёшь, — прошипел Эндрюс.
— Нет, — ответил Ричард. — И ты это знаешь.
Флетчер рассмеялся.
— Значит, мы все здесь по одной причине, — сказал он. — Ложь, страх и старая война.
Он бросил ружьё.
— Предлагаю по-честному, на револьверах. Как в легендах. Трое. Один зал. Один исход.
Огонь подбирался к стенам.
В это время, в другом конце города, Элизабет и Виктория не успели уйти далеко.
Бандиты перекрыли дорогу.
Им пришлось спрятаться в старом сарае.
Дверь распахнулась почти сразу.
— Вот вы где… — усмехнулся один из них.
Второй шагнул следом.
Выстрел прозвучал резко.
Первый упал, не поняв, что произошло. Второй успел развернуться — и получил пулю в грудь.
В дверях стоял Джон.
— Вам лучше уйти, — сказал он спокойно.
— Кто вы? — прошептала Виктория.
— Эль Револьверо, — ответил Джон.
Он вывел их прочь из города.
— А как же Ричард?! — воскликнула Элизабет.
— Потом, — оборвал её Джон.
Он усадил женщин на лошадь Ричарда, терпеливо ожидавшую у сарая.
— Эта лошадь… — пробормотал он. — Где-то я её уже видел.
Снаружи форта солдаты добивали людей Флетчера — тех, кого он привёл в жертву ради этой встречи со старым врагом.
Ричард медленно бросил ружьё.
Трое стояли друг против друга, ожидая, пока часы на стене пробьют полночь.
Тик.
Так.
Тик.
Так.