31 декабря. За 5 минут до...

Глава 3. Игорь Арсеньев. Утро 31 декабря

Три недели безрезультатных поисков. Алька… Его Алечка в какой-то… Провинциальной… Тмутаракани. Характер показывает. Вместо того, чтобы нормально поговорить. Выслушать. Элементарно – выслушать. Что за женский максимализм, понять не мог. Увидела. Сделала выводы. Исчезла.

- Где, говоришь, она работает? – уточнил Игорь Арсеньев, прерывая собственные размышления и отвлекаясь от вида за окном.

31 декабря. Утро. До наступления нового года оставалось всё ничего - меньше… Даже не двадцати четырёх, двадцати часов. Да, вообще, так разобраться, ничего не осталось. Десять утра. Куранты пробьют в полночь. То есть, по факту – ровно четырнадцать часов. Четырнадцать. И прошлое останется в прошлом. В этом, уходящем году. И их с Алинкой прошлое в том числе… Если срочно ничего не предпринять. Отличный новогодний подарок, ничего не скажешь.

- Кафе “Золотой гусь”, - отозвался Артём Велесов, друг и правая рука главы звукозаписывающей студии «Музыкальный Олимп».

Задержав дыхание в ответ на уточнение, Игорь медленно выдохнул. Знал это место. В целом, приличное. Так, бывают там некоторые инциденты, но до серьёзного пока не доходило. Только вот что Алька там делает…

Хотя, если вспомнить их последний разговор… Удивительно, как только в Гуся этого сбежала. Слушать же не стала. Упрямая. А он просто просил немного потерпеть...

«- Другой на уши лапшу вешай, - выдала как раз три недели назад, застав его в компании пышногрудой брюнетки. – Кто она? Топ-менеджер? Или дочка какого серьезного чела? Я всё понимаю, не переживай. Сразу надо было…»

Всё понимала. И вот почему женщины на столько в своей правоте уверены? Вопрос, на протяжении не одного, наверно, столетия остающийся без ответа. Зашкаливающая женская логика просто с ума иной раз сводила.

- “Гусь”, говоришь, - медленно протянул, постукивая карандашом по столешнице. - И кем она там?

О том, что его женщина не будет работать, говорил всегда. Ну, или уж точно, не зарабатывать для содержания себя и семьи. Для этого и необходим он, муж, защитник, опора. И считал такой расклад правильным.

С Алькой как-то всё изначально пошло не так. Слишком самостоятельная. Черт его дернул влюбиться в простую смертную. Вот взял бы себе дочку какого-нибудь бизнесмена, правильно воспитанную. Заключил бы договорной брак. Жил в свое удовольствие, а дома – всегда любящая вторая половинка с кучей ребятишек.

Нет же, снесло голову от чертенка институтского. Живая, озорная, острая на язычок. Не хватало движа в жизни. Получил. По всем фронтам.

- Официантка, - прерывая его мысли, сообщил Велесов. - Точнее не совсем официантка. За стойкой заказы принимает. Барменша, кажется. Но там ситуация, что и привлекают так сказать к дополнительным работам.

Отлично. Самое то для начала карьеры менеджера, - подумалось Игорю не без раздражения.

- Интересно… - набрав на своём планшете текст, замер в ожидании. - Черт мест нет… - ругнулся негромко.

Хотя, чему удивляться. В маленьких городках места во всех приличных заведениях к новогодней ночи разбираются задолго до той самой ночи. Но когда б его останавливали трудности. Вся-то проблема в отсутствии столика. Решаемая. При его возможностях. Ну и, само собой, желаниях. А желание имелось. Огромное. Попытаться вернуться к тому, что столь неожиданно приказало долго жить.

- Ты че задумал? - насторожился друг.

- Сам как думаешь? - полюбопытствовал Игорь, на несколько мгновений, действительно, задумываясь.

Идея появилась. На первый взгляд совершенно сумасшедшая. Но если рискнуть… А, как известно, кто не рискует, тот не пьет шампанского… И вообще, затухает, как тот выгоревший фитиль. Он же планировал еще посветить. А свет без Альки… Ну, так себе.

Без любви сложно, как оказалось. По крайней мере – для него. А любил он строптивую девчонку. Студентку. Четвертого курса экономического. Кстати, совсем неплохо уже сейчас разбирающуюся в финансах. И на кой черт ей этот «Золотой гусь». Или какой там… Неважно…

- С ума не сходи, - тут же бросился Артём спасать друга. - У нас кабак заказан, а потом к нам же планировали.

Вообще, не понимал друга. Баба сама бросила. Так сказать, сделала свой выбор. Живи и радуйся. Таких как она - пруд пруди. А уж с возможностями Арсеньева никаких проблем с женским вниманием от слова совсем. Сами, как игрушки на новогоднюю ёлку, вешаются. Только пальцем помани.

- Боюсь, Тём, кабак в вашей компании у меня отменяется, - проворчал Игорь, дотягиваюсь до телефона внутренней связи на своём столе. – Перед своей Лялькой за меня извинись, - добавил, переключаясь на разговор с секретарем.