Шок. Секунда.
- То есть, меня? – в растерянности хлопнула ресничками Алька. – Анна Семеновна, а ничего, что я не рабыня вам? Не буду я его обслуживать! – заявила категорично.
Она. С подносом. Перед Арсеньевым. Вот такого точно не предполагалось в новогоднюю ночь. Уехала, сбежала как можно дальше, чтобы даже случайно не встретиться и вот тебе, пожалуйста.
- Алина, не будешь обслуживать ты, не будет обслуживать никто. Хочешь скандала и без премии остаться? – высказала вопрос-предупреждение мадам Гуськова.
Могла. Характер далеко не подарок.
- Не умру, - буркнула Алька, подтягивая к себе поднос, подготовленный к выносу.
- Только девочки тоже без нее останутся.
Да что ж сегодня за день-то такой? Очередной раз возник вопрос.
- То есть?
Ослышалась? Не так что-то поняла? Не до такой же степени Арсеньев здесь все прикупил. На данную новогоднюю ночь. Надеялась, что всего на одну ночь.
- Условие –всем хорошие чаевые падают, если ты обслуживаешь вип-столик, - прозвучал совершенно спокойно голос Анны Семеновны.
Подстава, которой не ожидалось. Арсеньев отлично всё просчитал. А во тона… Были же подсказки. Шампанское. Конфеты. Почему саму себя успокаивала, что всё – обычное совпадение. Это как же звезды должны были сойтись…
- Аль, пожалуйста, - взмолилась Инга. – Мне деньги очень нужны. Ну, это же просто столик. Пожалуйста.
Просто столик. Да, просто столик. За которым сидит просто Игорь. Игорь Арсеньев. А вот тут на нее смотрели… С надеждой.
- Хорошо, - уступила, отодвигая от себя поднос для одного из своих столиков. – Я попробую.
Три недели назад. Всего три недели, как ушла от него. На всегда. Заставляла себя не думать. Рыдала в подушку ночью, чтобы улыбаться днем. Номер телефона… несколько раз удалить пыталась, духу не хватало. А сейчас…
Поднял на нее взгляд. Спокойный. Ничего не выражающий. Молча наблюдал, как выставляет на стол порционные салаты. Тарелочки с легкими закусками.
Алинка представить себе не могла, сколько усилий требовалось ему, чтобы на месте себя удержать, когда увидел её, появившуюся в зале с подносом в руках. Его Алинка. Любимая и единственная. С услужливо-дежурной улыбкой на красивом личике. Черт…
Вся злость на неё, если таковая и имелась, в одно мгновение улетучилась. Вопрос только остался. К самому себе. Пока. На сколько верно сделал, сорвавшись по сути в новогоднюю ночь к черту на кулички. Есть шанс или…
- Присядь, - попросил спокойно.
- Нам запрещено подсаживаться к клиентам, - выдала, очень надеясь, что данный пункт тоже не обговорен заранее. – Что-нибудь еще?
Демонстративная холодность. Отторжения не чувствовал. Для кого данная демонстрация? Кому и для чего лжет? Прямо сейчас заловить? Или понаблюдать какое-то время? Вопросы, на которые кто бы дал ответы…
- Может, поговорим? – предложил осторожно.
- Боюсь, разговор затянется, и вас девушка не так поймет.
Странный взгляд. Словно сказать что-то хотел. Не решился. Или уже казаться начинает? Легко было забывать и не думать, когда находился черт те знает, за сколько километров от городка. А вот сейчас, когда рядом, когда… Как там говорят, стук сердца слышен…
- Да, с пониманием у некоторых девушек беда бедовая, - проворчал, глянув на часы. – Особенно у любимых, - добавил к чему-то.
- Что-то еще? – поинтересовалась Алинка холодно.
Расстояние. Выдержать. Чувствам не дать снова вспыхнуть. Еще появление его пассии пережить как-то придется. Интересно. Специально, побольнее уколоть чтобы? Показать, что потеряла, настоял на том, чтобы именно она столик их обслуживала…
- Чашку чая, - выдал совершенно спокойно, прервав её размышления.
- То есть?
- Аля, что непонятного? – тень раздражения, если только не кажется, проскользнула в голосе. - Чашку горячего чая, - повторил терпеливо, тут же поинтересовавшись, - Или в вашем «Гусе» сегодня такое не подают?
Отредактировано: 31.12.2025