32 фуэте, или Примавера

Глава XV

Сначала в зале возникла пауза, затем секундное замешательство, и появились первые аплодисменты, словно первые капли дождя, а потом зрители пришли в себя и начался настоящий ливень, всё заглушающий и смывающий, настоящий ливень аплодисментов.
Вновь открылся занавес и на сцену, один за другим, стали выходить артисты, зал приветствовал их стоя, но никому ещё не верилось, что спектакль окончен, что теперь он будет жить в душах всех, кто его видел и участвовал в нём.
Когда на сцене показались Никия и Солор, то раздались крики «Браво», и аплодисменты превратились в овации, овации в фейерверк, фейерверк перешёл в салют. Никия порхнула за кулисы и пригласила на сцену дирижёра. И тогда на сцене  собрались все, кто оживил этот спектакль, все, кто провожал зрителей в этот удивительный мир. Зал осветился от улыбок, аплодисменты не смолкали, это была настоящая музыка из оваций, гимн Любви и Радости.
А потом на сцену понесли цветы, и тогда начался праздник. Цветы были счастливы, их мечта осуществилась, они побывали на спектакле, а сейчас их дарили артистам. Цветы обнимали Никию, окутывали её своими ароматами и смотрели на неё с восхищением.
Из зала никто не хотел уходить, зрители хлопали и хлопали, кричали «Браво», занавес начал не спеша закрываться, артисты сделали общий поклон, а Никия и Солор успели шагнуть на авансцену, и ещё раз поклонились зрителям. Они стояли вдвоём перед заполненным залом, улыбаясь и сияя, склоняясь в реверансах и вдыхая пьянящий воздух, наполненный счастьем, любовью, радостью и признанием. Вокруг всё пело, звенело, блистало и сверкало, Солор отодвинул край занавеса, и Никия бросив в зал прощальный взгляд, скрылась из глаз.
Зал стал пустеть, зрители уносили с собой мысли и эмоции, воспоминания и чувства.
- Мама, я хочу танцевать, я хочу как Никия, - маленькая девочка держала за руки своих родителей и карабкалась по ступенькам к выходу из зала. Родители удивлённо взглянули друг на друга.
- Мама, научи меня, - продолжала девочка.
- Я не умею, - смутилась мама.
- А кто умеет?
- Нужно идти в специальную школу и долго учиться, это очень непросто. Это трудно... - ответила мама.
- Машенька, на это нужно очень много времени и сил, - добавил отец.
- Ну и что, а я хочу танцевать, - сказала девочка и первый раз в жизни посмотрела на родителей, взглядом человека знающего чего он хочет, - это моя мечта.
Этот разговор услышал Ветер, когда-то он уже слышал подобные слова от такой же маленькой девочки, и знал, что мечты обязательно исполняются, если верить в них и идти им навстречу, ведь прошли годы, и сегодня та девочка танцевала партию Никии.
Ветер погладил по голове Машеньку, и скользнув в открытые двери, по спирали взмыл высоко-высоко в небо, пока не присел на балконные перила дворца Его Величества. Отсюда театр казался музыкальной шкатулкой выпускающей в притихший город сотни светлячков, это были зрители, уносившие в своих душах зажженный спектаклем Свет. Ветер смотрел, как огоньки расплываются по укладывающимся спать городским улицам, покрывая город узором сказочных созвездий и сетью праздничных гирлянд.
А на сцене театра, за закрытым занавесом, царило счастье и веселье, артисты и музыканты обнимали и поздравляли друг друга, шутили и смеялись. Никия наконец-то остановилась и увидела спешащих к ней родных и друзей. Они не пропускали ни одного её спектакля и всегда приходили поддержать её. Она шла к ним  навстречу, с каждым шагом и вдохом превращаясь в ту самую прекрасную девушку-мелодию, которая забыла о себе на два часа спектакля, и навсегда оживила другую сказочную девушку, и вместе они зажгли в душах зрителей Любовь и Свет.
На сцене рабочие начали разбирать декорации, а на паруснике убирать паруса, ведь он уже вернулся в родную гавань и бросил якорь. Театр снова открыл свои двери, и команда принялась сходить на берег. Расходились музыканты, унося с собой футляры с засыпающими музыкальными инструментами, расходились артисты, унося с собой букеты цветов и снопы улыбок, расходились счастливые мастера, художники и сотрудники театра.