33 несчастья на голову, или Я тебя нагадала…

Глава 12

Сначала это была просто тень. Потом очертания. Фигура. Она шла к арке медленно, тяжело, будто преодолевая невероятное сопротивление. Это был он. Эриан.

Но он был не таким, как во сне. Его одежды были потрёпаны, плащ порван в нескольких местах. На бледной щеке краснела свежая ссадина. Он выглядел измотанным, постаревшим на годы за одну ночь. Но его глаза... Его глаза горели тем же стальным огнём. Увидев её, он остановился по ту сторону стекла, так близко, что она могла бы, кажется, дотронуться, если бы не эта тонкая, непреодолимая преграда.

Он снова попытался говорить. Губы сложились в беззвучные слова. Отчаяние мелькнуло в его взгляде. Тогда он поднял руку и прижал ладонь к стеклу с той стороны.

Алекс, не раздумывая, сделала то же самое. Её ладонь встретилась с его — их разделяла лишь толщина древнего стекла. Она почувствовала... Не тепло, а вибрацию. Глухую, мощную пульсацию, как будто бьётся огромное сердце, заточенное в зеркале.

И снова в её сознании, тише, слабее, чем во сне, но также ясно, прозвучал его голос-мысль, полный усталости и невероятного облегчения:

«Ты пришла… Слушай. Времени мало. Тот, кто охотится... Он чувствует связь. Разрыв между мирами здесь тонкий. Он попытается прорваться. Через это же зеркало. Сегодня. С заходом солнца. Ты должна быть готова.»

— Готова к чему? — прошептала Алекс вслух, не в силах сдержаться. — Как мне остановить это?

Его образ в зеркале задрожал, стал прозрачным, как будто сигнал прерывался.

«Не останавливать. Пройти. Пройти на эту сторону. Это единственный способ разорвать петлю. Единственный шанс спасти оба мира. Доверься мне.»

Его последние слова почти утонули в нарастающем гуле, который вдруг заполнил комнату. Зеркало завибрировало, загудело. Маленькие лица на раме будто застонали. Стекло потемнело, и в его глубине Алекс увидела не Эриана, а промелькнувшую тень — огромную, бесформенную, алчную. Она метнулась к арке, к тому месту, где только что стоял он, с такой яростью, что Алекс инстинктивно отдернула руку.

Зеркало с громким, сухим щелчком, словно захлопнувшаяся ловушка, стало обычным. Матовым, глухим, безжизненным. Свеча на столе погасла, будто её задуло невидимым ветром.

В комнате воцарилась мёртвая тишина. Алекс сидела, тяжело дыша, глядя на свою ладонь. На ней не было отметин, но она горела теперь уже настоящим теплом.

Света, бледная как смерть, смотрела на неё.

— Ты... Ты слышала? — прошептала Алекс.

— Я слышала гул. Видела, как дрожит зеркало. И видела твоё лицо, — тихо сказала Света. — Ты разговаривала с ним. По-настоящему. Что он сказал?

Алекс медленно подняла на неё глаза. В них не было страха. Теперь там была холодная, отточенная решимость.

— Он сказал, что сегодня на закате через это зеркало попытается прорваться та вещь, что охотится за мной. И что единственный способ это остановить — мне пройти на ту сторону первой.

Она встала, её колени дрожали, но она устояла.

— Мне нужно идти. Мне нужно подготовиться.

— Подготовиться? К чему? К путешествию в другой мир? Алекс, это безумие! Ты сходишь с ума!

— Это необходимость, — голос Александры звучал твёрдо. — Я не могу рисковать вами. Или этим миром. Он рискнул собой за меня. Теперь моя очередь.

Она посмотрела на зеркало, на чёрный бархат. Потом на подругу.

— Свет, мне нужна твоя помощь. И Леры. Но вы должны понимать. Это может быть опасно. Для вас.

Света молча смотрела на неё, а потом медленно, решительно кивнула.

— Ты не одна, — просто сказала она. — Никогда не была. Безумие так безумие. Что нам делать?

Алекс посмотрела в окно. За стеклом светлело. До заката оставалось несколько часов. Несколько часов, чтобы попрощаться с одной жизнью и приготовиться шагнуть в другую. Её мир больше не был прежним. И она — тоже.

В кармане пальто её телефон тихо завибрировал. Наверное, Олег с очередной правкой. Или напоминание о дедлайне. Она вынула его, посмотрела на треснувший экран, на котором мигало уведомление. И улыбнулась — горько, иронично. «Тепло для «Грани» к 9:00» казалось теперь абсурдом из другой, забытой эпохи.

Она отключила телефон и сунула его обратно в карман. У неё были другие дела. Более важные. Более тёплые.