33 несчастья на голову, или Я тебя нагадала…

Глава 17

Время в запертой комнате растянулось в липкую, бесформенную массу. Алекс то вскакивала и начинала бесцельно метаться, пробуя дверь (она не поддавалась), то снова сползала на пол под окном. Острая паника сменилась глухим, изматывающим оцепенением. Она смотрела, как за окном две луны — одна крупная и серебристо-белая, другая меньшая, с зеленоватым отливом — медленно плыли по чужому небу, отбрасывая призрачный свет на пустынную площадь.

Он не пришёл.

Возможно, он и был тем силуэтом на площади. Возможно, увидев, что её выбросило не туда, он… Что? Разочаровался? Счел её неудачницей, неспособной даже правильно пройти через портал? Или его задержало что-то более важное?

Мысли путались, сливаясь с остатками боли от падения и ломотой во всём теле от стресса. Она уже почти начала дремать, сидя на полу, когда дверь наконец открылась.

Вошел не он. Вошли трое. Двое всё тех же безмолвных стражей в масках по бокам, а между ними пожилой мужчина в длинном одеянии из темно-серой ткани, расшитой по горловине и манжетам тонким серебряным узором. У него было длинное, серьёзное лицо, седые волосы, собранные в строгий пучок, и пронзительные глаза цвета старого льда. Он осмотрел её с ног до головы, и его взгляд, лишённый всякого любопытства или сочувствия, был похож на взгляд учёного, рассматривающего новый, возможно, ядовитый образец.

— Встаньте, — сказал он. Голос был сухим, без интонаций, как скрип пергамента. — Вас требует Хранитель.

Алекс поднялась, опираясь на стену. Ноги были ватными.

— Где… Где Эриан?

Мужчина даже не нахмурился. Имя, произнесённое ею, казалось, не произвело на него ни малейшего впечатления.

— Лорд Хранитель ожидает вас в Обсерватории. Следуйте.

Её снова взяли под локти и повели. На этот раз путь был короче. Они поднялись по ещё одной лестнице, прошли через галерею, на стенах которой висели не портреты, а карты — не земли, а каких-то странных, переплетающихся линий и светящихся точек, напоминавших звёздные скопления или схемы энергетических потоков.

Дверь в конце галереи была круглой, из чёрного металла, украшенного чеканным узором в виде спиралей. Стражи остановились. Старик толкнул дверь, и она отворилась внутрь без звука.

Обсерватория.

Комната была круглой и огромной. Купол, который она видела снизу в ротонде, здесь был изнутри — он состоял из панелей того же тёмного стекла, сквозь которые лился холодный свет двух лун. Но не это захватывало дух. По окружности комнаты, в специальных нишах, стояли семь огромных зеркал в массивных, лишённых украшений рамах из чёрного камня. Их поверхности не отражали комнату. Каждое показывало разные, меняющиеся изображения: в одном клубился туман, в другом плыли облака над горными пиками, в третьем мерцали звёзды в чёрной бездне. От них исходило едва слышное гудение, сливавшееся в низкий, постоянный гул.

В центре зала, спиной к ним, стоял Эриан.

Он был одет не в походный плащ, а в строгий, тёмно-синий кафтан, перехваченный в талии широким поясом с той же брошью в виде птичьих лап. Его пепельные волосы были гладко зачётаны назад. Он смотрел в одно из зеркал, где переливались цвета, похожие на северное сияние.

Рядом с ним, полукругом, стояли ещё пять человек. Трое мужчин и две женщины, все в похожих на одежду старика строгих, но богато отделанных одеждах. Их лица были масками вежливого, ледяного интереса. Совет Хранителей.

Алекс замерла на пороге, чувствуя себя голым зверем, приведённым на суд. Все взгляды устремились на неё. Все, кроме его. Он продолжал смотреть в зеркало.

Старик, который привёл её, сделал шаг вперёд и склонил голову.

— Лорд Хранитель. Члены Совета. Доставлен объект, самоидентифицирующийся как «Скиталица». Прибыл через Западный портал, сектор семь, с минимальными энергетическими аномалиями на входе.

Только тогда Эриан медленно обернулся.

Их взгляды встретились впервые в этой реальности, без искажений стекла или сновидений. Алекс жадно искала в его глазах хоть искру узнавания, вспышку того огня, что она видела в лесу или при мимолётном контакте через зеркало. Но там не было ничего. Только плоская, бездонная стена ледяной воды. Он смотрел на неё так, как смотрел бы на неисправный механизм. Без эмоций. Без приветствия.

— Благодарю, архивариус Теодор, — произнёс Эриан. Его голос звучал ровно, чётко, без следа той хрипоты или напряжения, которое она слышала мысленно. Он говорил на её языке, но с лёгким, чуждым акцентом, делающим каждое слово отточенным и холодным. — Совет заслушает первоначальный доклад.

Он сделал лёгкий жест рукой в её сторону.

— Это — аномалия, проявившаяся в Запретном зеркале в ночь зимнего солнцестояния. Объект обладает признаками разумной жизни, схожей с человеческой, но демонстрирует полное отсутствие магической грамотности и подвержен сильным эмоциональным всплескам. Представляет собой потенциальный риск как источник непредсказуемых резонансов в зеркальной сети.

Алекс почувствовала, как кровь отливает от лица, а затем приливает обратно, обжигая щёки. «Объект». «Аномалия». «Риск».

— Подождите, — её собственный голос прозвучал хрипло, срываясь. — Я не «объект». Я Александра. Я пришла, потому что вы… Вы показали мне, как! Вы сказали ждать заката!

Эриан, наконец, перевёл на неё полный взгляд. В его глазах мелькнуло что-то — раздражение? Предупреждение?

— «Александра», — повторил он, и ее имя прозвучало чуждо и отстранённо. — Твоё появление было зафиксировано. Обстоятельства требуют изучения. Ты будешь отвечать на вопросы.

Одна из женщин Совета, с тонкими, поджатыми губами, сделала шаг вперёд.

— Объект заявляет о сознательном переходе. По какой методологии? Кто на твоей стороне открыл портал?

— Я… Зеркало, — растерянно сказала Алекс. — Старое зеркало. Моя подруга, Света, купила его на рынке. Мы гадали.

В зале повисло молчание. Потом один из мужчин, коренастый, с седой бородой, фыркнул.

— Гадали. В ночь солнцестояния. Наивность граничит с преступной халатностью. Ты понимаешь, что могла разорвать завесу не в точке входа, а в точке разлома?