3d, или Дела семейные

22. Две девочки

* 56 *

На следующий день без четверти девять Себастьяно подъехал к детской больнице, которую ему назвали накануне. Мать утром разговаривала так, будто лично он совершил самое позорное на свете преступление. Дети разругались – Джиневра хвасталась, что не пойдёт в школу, а Марио в ответ обозвал её паршивой дурой, и предсказал много болезненных уколов и другие не менее страшные процедуры. В итоге девочка всю дорогу хныкала и фыркала на отца, что он её, больную, тащит в какую-то больницу – неужели нельзя было позвать врача домой? Да, что-то в семье не так, определённо. Почему Элоизины французские племянницы друг друга дурами не обзывают?

В приёмном покое он сразу же увидел знакомое лицо и даже не успел удивиться, как юная местная племянница Элоизы Анна уже подлетела к ним.

- Доброе утро, монсеньор! Привет, как тебя зовут? – улыбнулась она Джиневре.

- Доброе утро, сударыня. А что вы здесь делаете?

- Я здесь работаю, - важно сказала Анна. – Ну, то есть, волонтёрю.

Она была одета в светло-зелёную униформу, даже с шапочкой, а на бейдже значились имя и крупная надпись «Волонтёр».

- Отлично. Это Джиневра, её нужно показать вашей родственнице.

- Да, Доменика отправила меня встретить вас и проводить в её кабинет. Следуйте за мной.

Возле рамки она сказала охране, что с ней посетители к доктору Фаэнце, и их безропотно пропустили. Потом они поднялись по лестнице на второй этаж и оказались перед кабинетом с предсказуемой надписью – «Доктор Доменика Фаэнца».

Новая фея была ощутимо молода и обладала нежным высоким голосом. В остальном она выглядела как типичная фея – стройная фигура, яркие глаза, узел волос на затылке под шапочкой, шапочка приколота к волосам специальными штуками.

- Доброе утро, монсеньор. Проходите. И тебе доброе утро, - улыбнулась фея ошалевшей Джиневре. – Проходи и сейчас будешь рассказывать мне про себя, готова?

Джиневра мрачно молчала, и хорошо, что молчала. Ей случалось вырываться из рук домашнего врача, если не нравилась какая-то процедура, однажды она даже укусила его. А громкий крик и вовсе был обычным делом. Мать в такой ситуации всегда была на стороне Джиневры – мол, врач должен знать, как найти правильный подход к маленькой девочке. Маленькая девочка отлично это знала и беззастенчиво пользовалась. Себастьяно впервые в жизни задумался о том, насколько правильным было полученное маленькой девочкой дома воспитание.

Но фея не смущалась – под её внимательным, но цепким взглядом Джиневра назвала все симптомы и позволила себя послушать и осмотреть. После чего фея призвала маленькую феечку Анну и велела ей вести Джиневру куда-то там на анализы.

- Монсеньор, вы ведь дождётесь результатов?

- Конечно.

- Тогда проходите, - она открыла боковую дверь, за которой обнаружилось что-то вроде комнаты для отдыха или для обеда – стол, кресла, диван, шкафчик с посудой.

- Я вас оставлю ненадолго, сейчас придёт Анна и добудет для вас кофе. Первичное обследование займёт около часа, далее станет ясно, что будем делать.

- Благодарю вас, донна Доменика, - как хорошо со специалистами, они всегда знают, что делать!

Фея ушла, но сразу же позвонил Гаэтано, ему нужен был быстрый ответ на срочный вопрос, потом примерно с тем же – Варфоломей, потом господин Дзани выдал на обдумывание порцию информации. Решение вопроса к нему ещё не пришло, когда дверь открылась и появилась Анна с подносом.

Он не успел отреагировать – она плюхнула поднос на стол (ещё бы, он был определённо тяжеловат для барышни её возраста), расставила чашки, тарелки с бутербродами и пирожными и приборы.

- Монсеньор, какой кофе вам налить?

- Черный, пожалуйста, - ну прямо хозяйка, сколько же ей лет?

- Минуту, - она поколдовала над кофемашиной и поставила перед ним чашку. – Сахар?

- Нет, спасибо. А вы?

- Да, я составлю вам компанию, Доменика велела мне ждать здесь.

Анна налила себе кофе, взяла пирожное, и оно мгновенно исчезло.

- Скажите, а что вы вообще здесь делаете? – его и вправду занимал вопрос, почему она не на уроках в школе, а в больнице.

- По большому счёту – учусь, - девочка очаровательно улыбнулась. – Изучаю устройство человеческого тела и возможные сбои в его работе. Смотрю, как работают врачи и весь остальной персонал. Пока смотрю. Иногда мне доверяют сделать что-то несложное – ну, подать или подержать, не более, - она заразительно рассмеялась. - И конечно, я выполняю разные поручения Доменики, которые не требуют специальных знаний. Ещё развлекаю пациентов клиники, ведь они у нас маленькие и то боятся, то скучают, то ещё что. В общем, дел хватает.

- Скажите, а как же школа? Например, сегодня?

- Нормально, - пожала плечами Анна, доедая очередное пирожное. – Знаете, у нас в школе существует такой предмет, типа общественно-полезная деятельность. Нужно обязательно выполнять разные работы, которые не для себя, а для общей пользы. Например, убираться, а у нас там огроменная куча грязных полов, пыльных полок, и дворов, которые нужно подметать! Или помогать на кухне – чистить овощи, мыть посуду, ну и ещё там много, что можно делать. Или грядки полоть в огороде. Это ведь монастырь, старый и очень большой, там дел хватает. И честно, я лучше буду два раза в неделю учиться полезным вещам где-то в городе, общаться с людьми и вообще, чем полы у нас там мыть! Нет, не подумайте, это не для всех, мне пришлось в прошлом году очень много заниматься и сдавать на три экзамена больше, чем остальным, чтобы мне разрешили такую замену. И если ко мне будут вопросы, ну, по успеваемости или по поведению, то всё, лавочку прикроют, придётся опять идти мыть посуду или траву в огороде дергать.

- И что, прямо оценки ставят?

- Нет, только считают количество часов. Но если ты плохо помоешь пол, и на тебя пожалуется та сестра, которая смотрит за работой – то будешь делать ещё раз.

- А если не хочешь ни мыть, ни полоть?