3d, или Дела семейные

34. Что это было

* 87 *

Элоиза наблюдала, как ассистенты Бруно укладывают бесчувственное тело монсеньора герцога на кровать в палате. Уложили, поставили капать систему, прикрыли простынёй.

- Элоиза, вы в самом деле хотите остаться? – Бруно, судя по его виду, хотел в душ и в постель. – Не доверяете?

- Ничего подобного. Мне просто так спокойнее. Опять же, я не знаю, когда он проснётся.

- Думаете, в первый раз? – хмыкнул врач. – Эта палата ему как родная, поверьте.

- Я просто не усну пока. Посижу, понаблюдаю. Если буду уходить – скажу на посту.

- Смотрите сами, дело ваше. В любом случае – спасибо. В гараже вы очень быстро сориентировались и всё сделали правильно.

- Значит, я ещё не всё забыла, - пожала она плечами. – Доброй ночи, Бруно.

- И вам того же. Как надоест сидеть – скажите Марии и ступайте спать.

Бруно слегка поклонился и закрыл за собой дверь. Элоиза пододвинула стул к постели и только хотела сесть, как услышала за дверью громкие голоса и упоминание своего имени.

Дверь открылась.

- Точно, вот она, - в палату зашел Лодовико, а следом за ним – идеальный секретарь господин Дзани, высокий и худой. – Экселенца Элоиза, наше вам почтение. Бруно сказал, что вы ему здорово помогли.

- Ничего особенного, - пожала она плечами. – Скажите, какая бестолочь не смогла на месте остановить кровотечение? Приведите его ко мне, и я покажу, как это следует делать.

- А вы и ругаться умеете, госпожа де Шатийон? – господин Дзани подставил стул и сел рядом с ней.

- Честно, я думал, что вы там Себастьяно добьёте на месте, такой у вас вид был в гараже, - ухмыльнулся Лодовико. – Кстати, вот ваша сумка. Кровь останавливал Карло, он, видимо, недосмотрел. Расскажите, как он сейчас? – кивнул на спящего.

- Надеюсь, нормально. Насколько это сейчас для него вообще возможно, конечно, ядовито добавила она. – Собрали и зафиксировали. Рука в гипсе, спицы местами торчат. Полагаю, срастётся.

- А куда денется? – пожал плечами Лодовико. – Первый раз, что ли? Да ещё в таких умелых руках. Скажите, вы вправду собрались всю ночь тут сидеть?

- Не знаю, как получится. Спать я сейчас всё равно не хочу.

- Вы хотя бы ужинали? – спросил господин Дзани.

- Честно говоря, не до того было.

- Оно и видно. Лодовико, сынок, гони кого-нибудь вниз, пусть принесут поесть госпоже де Шатийон, ну и нам тоже.

Лодовико вышел, было слышно, как он командовал добыть и принести, потом вернулся. Видимо, в коридоре образовался дополнительный пост службы безопасности.

- Господа, может быть, вы расскажете, что это было? – спросила Элоиза.

- А что – упал. С высоты примерно третьего этажа. Упал неправдоподобно удачно, отделался, можно сказать, лёгким испугом, мы думали, всё намного печальнее. Но голова у него крепкая, а руку вы с Бруно ему собрали, - Лодовико тоже подтащил стул, поставил его спинкой вперёд и сел, сложив на спинке ладони.

- Нет, я не только о подробностях травмы. Я об истории вообще.

- А что вы знаете? – быстро спросил господин Дзани.

- Ничего, - пожала плечами Элоиза. – Монсеньор зашёл сегодня ко мне с таким видом, будто лично победил извечного врага рода человеческого, но потом сообщил, что последняя битва ещё впереди и он туда вот прямо сейчас отправляется. Больше я не знаю ничего.

- А что вы ему сказали, экселенца? – вкрадчиво спросил Лодовико.

- Сказала, что если он возьмёт меня с собой, то я помогу ему чем-нибудь.

- А он отказался.

- Да.

- Понимаю его.

- Вероятно, - пожала плечами она и отвернулась к больному.

Впрочем, больной спал, и внимания к своей особе не требовал.

- Госпожа де Шатийон, вы как будто не всё сказали, - заметил господин Дзани.

Она повернулась к нему и впилась в него взглядом.

- Да, не всё. Предлагаю сделку: я говорю всё, а потом вы рассказываете мне историю от начала и до конца. Я очень сильно желаю знать, что это было.

В дверь тихонько постучались, Лодовико вышел, затем вернулся вместе с Октавио, они поставили между стульями столик из коридора, на котором уже расположили тарелки, приборы и бокалы. Октавио сумрачно взглянул на Элоизу, продемонстрировав запекшуюся кровь под носом и ссадины на лице, потом подошел, молча поклонился ей и так же молча вышел. Лодовико пояснил в ответ на недоумённый взгляд:

- Так ведь Себастьяно его с линии огня убирал. Дуралей разбитым носом отделался. Другое дело, что сам не очень рассчитал и упал, но вы его уже собрали, ведь так?

За время болезни Элоизы Октавио расстался с ненавистной ему секретарской работой – господин Дзани окончательно выздоровел, вернулся во дворец и приступил к выполнению своих обязанностей. Но за молодым человеком сохранилось прозвище оруженосца монсеньора – он всегда старался быть под рукой и приносить пользу.

Лодовико разлил вино.

- За ваше здоровье, экселенца, ну и за его здоровье тоже, - он кивнул в сторону  постели. – Так что вы хотели нам рассказать?

- Я его предупреждала, что впереди неприятности. Причём лично у него. Другие ведь все целы, так?

- Так. Даже и спрашивать не буду, откуда вы узнали. И что?

- А ничего. Я его предупредила и попросила по возможности не забираться высоко. Полагаю, он не послушал.

- Правильно полагаете, - Лодовико положил ей на тарелку спагетти и посыпал сверху тертым сыром. – И что потом?

- Он ушел, я осталась работать. В следующий раз мы встретились уже в гараже. Вот скажите, - она отложила вилку и посмотрела на него в упор, - как вы считаете, что в таких случаях нужно делать? Я знаю, что он планировал операцию, что всё не просто так и перенести может быть нереально. Но я знаю, что есть опасность, которую он не учитывал, потому что просто понятия о ней не имел. И что? Не говорить? Пусть идёт себе и остаётся без головы?

- Мне скажите. Подумаем вместе, - подмигнул он ей. – Я тоже кое-что знаю про планирование операций. Или вот господину Дзани. Кстати, - кивнул ему Лодовико, - я думаю, именно вам стоит рассказать Элоизе всю историю. Раз уж она хочет её знать.