43 упражнения для повышения писательского мастерства

УПРАЖНЕНИЕ 15. (31-05-2023)

УПРАЖНЕНИЕ 15. Напишите рассказ о синем предмете.

Пятница свалилась на голову Марии как пласт снега, неожиданно слетевший с крыши. Ты вроде и успела отскочить, но продолжаешь стоять в шоке, прокручивая в голове риски, и не знаешь, что делать дальше. Мария ненавидела пятницы больше других дней недели, для неё пятница — это личный понедельник.

Семейная жизнь больше не радовала, а будто хладнокровно, мучительно топила в водах рутины и житейских проблем, утаскивая молодую тридцатилетнюю женщину на самое дно депрессивного отчаяния. Тотальная усталость стала вечной спутницей, наполнив тело, некогда улыбчивой и влюблённой в жизнь, Марии литрами кофе, успокоительными, смешанными с антидепрессантами и аналгином. Как псевдо топливо для поддержания обездушенного мёртвого тела. Сил не было ни на что, даже на то, чтобы открывать по утрам глаза. Молодая женщина работала, чем-то занималась на остаточных парах несуществующей энергии некогда заведённого механизма. Она всё время куда-то бежала: водила дочек в школу и садик, ездила к родителям копать треклятую картошку, которую сама не ела вот уже пять лет, летала трудолюбивой пчёлкой по городу, решая рабочие моменты — вечно спешила и постоянно опаздывала. Казалось, остановить она хоть на секунду, и её сердце тоже остановиться, не справившись с нагрузкой.

Марию больше ничего не радовало, не приносило удовлетворения. Она вроде и смеялась, и шутила, и радовалась, и грустила, поддерживая видимость социальной жизни, только внутри поселилась пустота. А в голове нарастал гул, будто пытался пробиться сквозь эту пустоту, чтобы донести какую-то жизненно важную мысль.

С мужем они больше не разговаривали. Их общение — сплошные крики, скандалы и нескончаемые взаимные упрёки. А сегодня, в эту ненавистную пятницу, Мария поняла, что даже её любимые доченьки перестали служить поводом возвращаться домой.

Ощущение такое, словно лежишь в гробу, крышка которого едва присыпана землёй, а сверху ходят, ездят, бегаю, шумят. Сверху кипит жизнь, бурлит всеми красками, настолько рядом, что эхо этого буйства энергии разрывает барабанные перепонки, оглушая: через боль, звон и кровь, окутывая женщину тьмой. Из которой не вырваться, от которой не убежать, от которой больше невозможно спрятаться за заботой о дочках или работой. Словно лампочка в тусклой неоновой табличке «Счастье», последний раз моргнув, окончательно погасла.

День, в общем-то, был солнечным, и с окончанием рабочего времени жизнь в городе словно только начала набирать свои обороты. Но Мария не видела красок жизни вокруг. Она неспешно брела вдоль центральной улицы, бездумно переставляла ногами и не имела ни малейшего понятия, куда её приведёт дорога. Встречные прохожие виделись женщине серой дымкой, витрины магазинов — сплошным бликом.

Говорят, сигнальный цвет, который должен останавливать — это красный: красно-белые ограждающие ленты, красный сигнал светофора. Вот только из транса безысходности Марию вывел синий дорожный чемодан.

Минимализм пустой витрины с одним единственным синим чемоданом стал для женщины немым откровением. Простым и ясным решением нерешаемой задачки. Ощущенние вырванности из жизни, как лист тетради, который не вставить назад, сменилось ясностью осознания: мечты о счастливой семье рухнули, и ей давно пора побросать в чемодан остатки сил и самоуважения, достать с антресолей рухнувшей семейной жизни припылённое платье интересной девушки, которой Мария когда-то являлась. Собрать чемодан в новую жизнь. Синий чемодан новых надежд, пусть он и будет вперемешку с детскими вещами.

Дорожный синий чемодан стал цветом правды. Это не бегство — когда бегут, нет времени собирать вещи, возиться с чемоданами. Это пробуждение.

С удивлением, Мария отметила, что нескончаемая головная боль отступила. Как будто самосознание, наконец, прорвалось сквозь платину страхов и отрицания. Отныне «синий» станет её любимым цветом — цветом перемен, цветом нового счастья.