5 минут в раю

Глава 4. Школьная ярмарка

Школьный двор гудел, как улей. Смешки, музыка, запах сладкой ваты и жареного теста. Повсюду гирлянды, палатки и толпы учеников.

— Давайте, давайте! — кто-то крикнул у сцены. — «Пять минут в раю»! Самая честная игра!

Толпа загудела, люди подтолкнули друг друга вперёд.

— Ева! — чей-то голос пронзил её уши. — Тебя очередь!

Она замотала головой, но уже было поздно. Её руки подхватили, затолкали внутрь тёмного шатра.

— Удачи с ботаном! — раздался злой смешок Анжелики. — Научный эксперимент в прямом эфире!

Толпа расхохоталась. Еву швырнули за тканевую стенку. Тьма накрыла. Только гул сердца остался.

Она сделала шаг вперёд — и ладони упёрлись во что-то твёрдое. Горячее. Живое. Не худые плечи Ботана. Грудь. Настоящая, крепкая, мускулистая.

Она замерла, споткнувшись о собственное дыхание.
— Эм… когда ты успел так накачаться?

Тишина. Только тихий смешок. Знакомый. Слишком знакомый.

— Послушай… — её голос дрожал. — Я… никогда… У меня парня не было. И… я не хочу, чтобы это было вот так. Под камеры. На смех. Может… скажем, что мы поцеловались? Никто же не проверит.

Она попыталась отступить, но чьи-то руки перехватили её за талию. Лёгкое, но железное движение. Она замерла.

И шёпот в темноте, низкий, тихий, обволакивающий:
— Хочу проверить.

Его губы накрыли её губы.

И всё исчезло. Остался только поцелуй.

Мир перевернулся. Её ноги подогнулись, будто не держали больше тело. Она вцепилась в его плечи, как утопающая. Внутри разорвалось небо — сотни фейерверков, тысячи искр, взрывы, которые били прямо в голову.

Она не хотела отрываться. Ни секунды. Этот поцелуй был как наркотик, как воздух, которого она не знала, что ей так не хватало. Он захватил её целиком, смёл границы.

Она была готова раствориться в нём полностью.

— Ну что, Ботан, покажи! — хлестнул по ушам голос Анжелики.

Ева вздрогнула. Её сердце ухнуло вниз.

Свет вспыхнул так резко, что глаза заслезились. Она моргнула, вцепившись всё ещё в чужие плечи.

Толпа застывших лиц. Смартфоны, направленные прямо на неё. И в центре — она.

Она висела на плечах не Ботана.

А Арта.

Он держал её так, будто и не собирался отпускать. Его взгляд был спокойный, почти холодный, но руки — крепкие, не дающие упасть.

Анжелика застыла у входа, перекошенное от злобы лицо, телефон в руках. Она готовилась к зрелищу позора, но вместо этого увидела то, чего сама боялась больше всего.

— И что теперь? — сорвалось с губ Евы. Голос дрожал, сердце стучало так, что уши звенели.

Арт посмотрел прямо в глаза.
— Ничего, — сказал он ровно, как приговор. — Всего лишь поцелуй.

Ева судорожно сглотнула. Слова вырвались сами собой, тихо, почти шёпотом:
— Всего лишь… ты.

Руки дрогнули. Она вырвалась, почти упала, но всё же побежала прочь, сквозь смех и ахи, сквозь толпу телефонов и пересуды.

А внутри всё ещё полыхало. И казалось, что этот поцелуй будет гореть в ней всегда.