50 безлунных ночей до тебя

Глав 9

- Наро-од, разбираем почту! - голосит на весь коридор Элька. Господи, ну что за срочность - в субботу, в девять утра кидаться за этими рекламными газетами и агитационными листовками? - Алёнка! - дубасит в мою комнату, словно на кону вопрос жизни и смерти. 

- Подсунь под дверь, я потом заберу! - шепчу я ей, остерегаясь разбудить Егорку. 

- Да иди сюда, дурёха! Тут такое... 

Срываюсь с постели, путаясь в одеяле. Почему-то первая мысль - новости от мужа. Дёргаю за ручку и жадно пожираю глазами пёстрые листки в Элькиных руках. 

- Смотри... Вас же трое было прописано? 

- Ну? 

- А теперь двое только. - Пожимает плечами и суёт мне платёжку. 

- Эль, как это? Это что значит, что Ромка... 

- Эй, подруга, ты мозги-то включи! При чём тут сразу это? Если бы полиции стало что-то известно и не дай Бог... Они бы в первую очередь сообщили тебе. А уж после ты сама, со свидетельством о смерти... 

- Эля! 

- Ну ладно, ладно. Я просто, чтобы донести до тебя как-то... Ты давай, звони своей депутатше или кто она там. Глядишь, разберётся, что за фокусы.

Ну всё! Выходные испорчены напрочь. До Фатьяновой и так-то, порой, не дозвонишься, а в выходные и подавно.

- Мам, я проснулся. - Сонно бормочет сынок и переворачивается на другой бок.

- Поспи ещё, поспи... - накидываю халат и мечтаю о чашечке кофе и бутерброде с маслом и расплавленным сыром. Для себя любимой. Пятнадцать минут, пока Егорка ещё валяется. 

- Мам, а чем займёмся в выходные? - останавливает меня уже в дверях сиплый спросонья голосок.

- Э-э-м... Ну, не знаю. Отдыхать давай. А у тебя есть предложения? 

- Я хочу в игровую комнату в торговом центре. Помнишь, ты обещала? 

Упс! А ведь и правда. Как Рома пропал, Егорка ничего кроме сада и дома не видит.

- Давай сделаем так... - начинаю я, но договорить мне не даёт неожиданно оживший телефон. 

Неизвестный номер. А, вдруг что-то от Ромки? 

Торопливо тыкаю в экран, а внутри уже всё клокочет от ожидания хороших новостей. 

- Доброе утро, Алёна!

- Доброе... 

- Не узнали? - голос такой тягучий, глубокий. Знакомый, но... Может быть, кто-то из полиции или волонтёров?

- Извините, но нет. 

- Роман. Роман Скалозуб. - Усмехается он и между нами повисает какая-то неловкость. 

- А, ну конечно! Здравствуйте! Доброе утро, Роман... - почти шепчу я его имя. Так хочется, чтобы это был другой Роман, другой голос. Я даже готова принять любое условие, какое угодно объяснение, лишь бы снова услышать мужа... Лишь бы увидеть его ещё хотя бы раз. - Что-то случилось? У Илоны Марковны всё хорошо? 

- Да, да. Не беспокойтесь. Просто у неё давление немного поднялось и я решил взять племянника на себя на пару часов. Хотел предложить вам тоже с нами, если не против, конечно... Извините, только сейчас заметил, что ещё так рано... 

- Племянника? Нет, не рано. Мы уже встали. - Какой-то венегрет в голове. 

- Ну да, племянника. Захара. 

- Ой, извините! Я просто... Да ладно... Ничего. 

- Что, Алёна?

- Я просто подумала, что Захарка - ваш сын. 

- Что вы! Нет! - его тяжёлый, громкий смех проникает под кожу, прокатывается внутри меня какой-то тёплой, солнечной волной. - У меня нет детей. И жены тоже нет. 

А последнюю фразу он выдаёт с небольшим нажимом, выделяет. От этого она звучит более интимно, чем предыдущие. Как будто призвана предупредить.

- Ну так что, Алён? Поедете с нами?

- Куда? - машинально спрашиваю я и это запускает маленького, непоседливого волчка рядом со мной. Сынок нарезает круги вокруг остолбеневшей от неожиданности мамы и довольно пританцовывает: "Куда мы едем? Куда? Куда, мам?" 

- Давайте для начала где-нибудь позавтракаем, а потом можно в контактный зоопарк. Как вам предложение? 

- В зоопарк! В зоопарк! Мама, я хочу! - и как он всё слышит? Хотя, Скалозуб басит так, что, если постараться, то без телефона можно общаться. 

Ладно, это же не свидание. И даже не дружеская встреча. Просто, чтобы мальчишкам вдвоём было повеселее. Всё для взаимной выгоды. 

- Хорошо. Мы с вами. - Наконец, отвечаю я ему и еле сдерживаю смех от того, как Егорка возбуждённо носится по комнате, собирая игрушки, которые намеревается показать своему новому другу. 

|  РОМАН СКАЛОЗУБ  |

Не думал, что так быстро сдамся. Не выдержал. В первый же день зашвырнул в самый тёмный и дальний угол свои внутренние запреты, свои "но" и "так нельзя". Разбил вдребезги моральные принципы и нормы приличия. 

Слишком близко она подобралась ко мне. Соблазн быть рядом с женщиной, что год назад стала моим наваждением так велик, что все встроенные "стоп-краны" просто не работают.