50 безлунных ночей до тебя

Глава 12

- Что вы здесь делаете, Роман Тимофеевич? - губы начинают подрагивать от холода. Или на это есть другая причина?

- Приехал, чтобы отвезти тебя в Саратов, Алёна. - Его голос льётся так мягко, обволакивающе. Словно в мягкий, тёплый кокон закутывает. Всё так же держит свою руку на моей. Не отпускает. Он слишком близко. Слишком... 

- Вы что следили за мной? - возмущённо выдыхаю и стекло на двери передо мной покрывается испариной. 

- Нет. Мама сказала, что ты попросила сегодня выходной, чтобы поехать в Саратов. Достаточно было сложить два и два и посмотреть расписание автобусов на сайте автовокзала. - Пойдём в машину. 

- Извините, но я на автобусе всё же... Так... Надёжнее. - первое, что взбрело в голову ляпаю я.

- Думаешь, я лихачу? - сверкает отбеленными, идеально ровными зубами и тут же оттаскивает меня в сторону, позволяя выйти из здания вокзала нескольким пассажирам. 

- Ничего не думаю. Извините. - Обхожу его и пристраиваюсь в хвосте этой группы людей. - Вот уже и посадку объявили. А вам нужно работать, а не катать меня, как личный шофёр. 

- Вот упрямая! - цедит он сквозь зубы и хватает меня на руки.

- Отпустите! Вы с ума сошли! Что за дикие выходки! - взвизгиваю я и колочу его по груди мягкими "боксёрскими перчатками" нежно-розового цвета. Пушистыми такими. 

- В этих автобусах можно примёрзнуть одним местом к сиденью, а я не хочу чтобы с тобой это произошло. Да и ты сама, наверное, тоже.

Он включает зажигание и в следующую секунду резко наклоняется ко мне. Вжимаюсь, почти врастаю спиной в сиденье и замираю, со страхом ожидая поцелуя.

- Вот так будет безопаснее. - С едва уловимым смешком и удовольствием в голосе комментирует свои действия. Щёлкает ремнём безопасности рядом с моим левым бедром. А я только теперь понимаю, что прикрыла глаза, пока Роман нависал надо мной. Бестыже наслаждалась пряным запахом его дорогого парфюма и кожаной куртки. Впитывала каждой клеточкой, расходившиеся от него волны тепла и заботы. 

- Волнуешься, Алёночка? - вот за что он мне нравится, так это за свои, слегка старомодные галантность и такт. Спасибо, что сделал вид, что не заметил моего трепета перед ним, а... Стоп! Роман Скалозуб мне нравится? Сама себя ловлю на этой мысли, как преступницу с поличным и глубоко огорчаюсь от такого открытия.

Ну, конечно, Скалозуб мне симпатизирует! Как друг. И он и его мама такие добрые люди. Столько сделали для нас с Егором. Убеждаю, оправдываю себя, а огорчение никак не рассеивается. А не потому ли, что моя симпатия к Роману Тимофеевич не имеет абсолютно никакого отношения к его положительности и добрым делам? 

Блин! Зараза! 

*  *  *

Ожидание длиною в час пилит мои нервы ножовкой. Играет на них, как на струнах заунывной скрипки и вытягивает последние силы. Прислоняюсь лбом к оштукатуренной больничной стене и обхватываю себя руками. Страшно. Ужасно боюсь не узнать в этом, потерявшем память пациенте своего Ромку. Тревога настолько меня поглощает, что я уже чуть ли не молюсь, чтобы он подольше не возвращался с процедур. Чтобы надежда жила ещё... 

- Алёна? Плохо, милая? - Роман обхватывает мои плечи и мне кажется, что я чувствую его горячее дыхание у себя на макушке. 

- Нет. Всё нормально. Просто нервничаю. - Сажусь на больничную лавку, чтобы увеличить между нами расстояние, чтобы избавиться от его рук на моих плечах, вызывающих сладкую, внутреннюю дрожь в месте прикосновения... И тут же подскакиваю. Несусь в сторону махнувшего мне врача и влетаю в палату, в которой находится целых шестеро больных мужского пола. 

Перепрыгиваю взглядом с одного на другого, пока не замираю на ссутулившейся фигуре того самого, возле которого стоит врач. Мужчина сидит на больничной койке лицом к окну. Голова обвита толстыми бинтовыми накрутами и, кажется, побрита. Да, это отчётливо просматривается в местах, свободных от повязки. Худой. Намного худее моего Ромы, но может быть он истощал, пока... Пока что? 

Загадочный пациент главной Саратовской больницы медленно оборачивается и вонзается в меня пустым, ничего не выражающим взглядом ледяных глаз. Голубых, но не его. Всё не его! Нос без горбинки! Губы более тонкие и маленькие! Слишком острый подбородок. И родинка, Ромкина родинка справа от нижней губы, которую я так любила целовать тоже отсутствует!

Незнакомец смотрит на меня ещё пару секунд и начинает вопить голосом, позаимствованным из недр преисподней. Другого сравнения на ум просто не приходит. 

Вздрагиваю от страха и вторю ему тем же, загробным воплем. Отчаянным, диким. Обречённым. 

Резко поворачиваюсь, чтобы сбежать и втыкаюсь всем телом в скалу-Скалозуба.

- Это не он! Не он! - реву, шлёпаю его по груди ладонью. - Где он? Где! Где мой Ромка? - Вою от своих душевных страданий и продолжаю лупить ни в чём не повинного Романа.

- Тише, Алёночка, тише... Я с тобой! Всё будет хорошо. Я здесь, рядом... 

Да, ты здесь, но ты - не он!

Последняя мысль крутится в голове веретеном, множится, делится, пока Роман покачивает меня в своих объятиях... Пока мою голову не начинает наполнять серый, густой туман и не уносит в странное, тихое место, где у меня всё хорошо...