7 чудес Светы. Счастье по контракту

ГЛАВА 1 Горящая путевка

На следующий день в офисе я не нахожу себе места. Господи, как людям в глаза-то смотреть? После разговора с врачом и женой Синицына хочется провалиться под землю. Еще, как назло, по графику сегодня череда собеседований с соискателями, а у меня уже с утра глаза на мокром месте.

Первой в кабинет залетает Иринка, начальница отдела продаж и по совместительству моя лучшая подруга. Зная о сверхспособности этой женщины находить выход из любой ситуации и вовремя дать мне пинка, когда это необходимо, ей о случившемся я написала еще ночью.

— Свет, привет! Ну, как там наш Синицын? — ставит она на стол два стаканчика с кофе и присаживается поближе.

— Врач сказал, жить будет, — выдавливаю из себя улыбку. — А вот виртуозно играть на скрипке после такого перелома, это уже вряд ли.

— Ну и что ты, мать, приуныла? — усмехается Ирка, тряхнув гривой красивых каштановых волос. — Тоже мне, нашла Паганини! Леха, к твоему сведению, на скрипке никогда и не играл. Работа Синицына — языком на судах чесать. И твоего бывшего, кстати, он теперь точно по ним затаскает. Так что, провожатого на вечер ты выбрала очень даже удачно. Синица у нас птица гордая, он твоему Владу судебными исками весь мозг по кусочкам выклюет.

— Может, и так, — заставляю себя дышать, потому что грудь будто стальными обручами стянуло после такой ночи. — Только своей цели он уже добился: я с другими мужиками даже по работе общаться боюсь, чувствую себя как прокаженная, к которой опасно приближаться. У Влада везде свои люди, и если он задался целью не дать мне нормальной жизни, то не даст. Уж я-то его знаю.

В перерывах между собеседованиями в кабинет заглядывает Николай Иваныч, замом которого в службе персонала я и являюсь. Увидев его, я внутренне собираюсь, расправляю плечи. Мы всегда хорошо ладили, я и сейчас искренне рада видеть своего босса. Но мое расклеенное состояние скрыть от него не удается.

— Свет, ты чего? Из-за награждения что ли вчерашнего расстроилась? Да в нашей конторе так отродясь было, все лавры и премии уходят продажникам, якобы они компании прибыль приносят. А тем, кто в тылу пашет сверхурочно…

— Да я не из-за этого, Николай Иваныч. На корпоративе все отлично прошло, и в плане организации, и вообще. А после него…

Шмыгаю носом, и слезы сами бегут по щекам. Да что ж такое? Ведь только успокоилась.

— Снова твой Влад постарался? Что в этот раз натворил?

Иваныч у нас проницательный, не зря столько лет в кадрах с людьми работает. Он мне как отец, все понимает без лишних слов.

— Лешку Синицына избил, когда тот до дома меня подвез. И зачем я только, дура, согласилась? Знала же, что так может случиться.

— Знала она! Ты что у нас, провидица что ли? Будет тебе себя корить-то. Он ведь этого и добивается, сволочь такая, чтобы ты от людей шарахаться начала и всего боялась. Этим твоим страхом и питается, паразит. А ты не бойся, живи! И на него управа найдется.

Головой я понимаю, Иваныч прав. Но если бы все было так просто.

— С его матерью и связями, это вряд ли, — вспоминаю свою бывшую свекровь и содрогаюсь. — Не в этом городе. Здесь у Агаповых уже давно все схвачено.

— Так уезжай, — впервые выдает он на полном серьезе. — Начнешь в другом месте. С твоим опытом работы где угодно устроишься, рекомендации напишем, чем сможем, поможем.

— Сама-то я бы хоть сегодня. Только у меня ипотека еще на пятнадцать лет, и Данька… Вы же знаете, какой он у меня ребенок, творческий, и слишком ранимый, им заниматься надо. Нельзя его вот так с корнями выдирать, слишком долго потом к новым людям привыкает.

— Эх, Света, — вздыхает мужчина. — Сложности, они всегда будут, поверь моему опыту. А тебе из этого замкнутого круга вырываться надо. Да хотя бы в отпуск махнуть, перезагрузиться. Вернешься и посмотришь на все свежим взглядом, может, и выход найдется.

К середине рабочего дня последние новости о начальнике юротдела, загремевшего по моей вине на больничный, обсуждает уже вся контора. Встретившись с девчонками на обеде в кафетерии, сразу понятно, о чем пойдет речь.

— Свет, ты сама-то как? — первой заговаривает Любаша из бухгалтерии, скромная, одинокая, но в активном поиске.

— Я в норме, а вот Синицын… А если бы он его убил? Все, девки, больше никаких мужиков в моей жизни! Хватит! Если такое повторится, я себе просто не прощу, — закрываю лицо руками, понимая, что дошла до ручки.

— Эй, ты чего? Придумала тоже, никаких мужиков! В зеркало давно смотрела? Ты же молодая еще совсем и красавица, рано на себе крест ставить из-за какого-то мудака, — берется меня мотивировать Любаша, и у нее неплохо выходит. — А может, ну его все, и со мной на Кипр махнешь? У нас на марафоне счастья отпуск с перезагрузкой — обязательный пункт программы.

— Люба, дорогая моя, спасибо, конечно, но какой мне отпуск? На какие шиши? У меня Данька и ипотека. Я дальше маминой дачи этим летом точно не доеду.

— А это отличная идея! — загорается Ирка, явно что-то задумав. Ее цепкий взгляд отрывается от смартфона, и ничего хорошего не предвещает. Последний раз, когда она на нас так смотрела, мы с Любой очнулись уже под облаками в кукурузнике ее знакомого с парашютами за спиной.

— Всем месте махнуть на мамину дачу?

— Господь с тобой, — смеется она, — туда еще успеется. Даньку на пару недель найдешь куда пристроить?

— Так он уже там, с Верой к бабушке уехал. А в чем собственно дело?

— Свет, ты только сходу не отказывайся, ладно? Сперва подумай, когда еще такой шанс выпадет. Тут вот какое дело. У нас Гаранин должен был лететь от филиала, но он ногу сломал, докатался на байке.

— Это я знаю, сама его больничный оформляла.

— Ну так вот. Если вкратце, один из наших поставщиков проводил конкурс, а Андрюха этого его дорогущего оборудования взял и больше всех у нас в регионе продал. Короче, путевка горит, все оплачено, документы беру на себя. С тебя оформленный отпуск и собранный чемодан. Вылет в пятницу через неделю.