7 смертей или 1 грешник?

И снова ты под чем то...

И снова ты под чем то..
Минутное отступление

Перед тем как погрузиться в сюжет, позвольте сделать небольшое отступление и напомнить вам о том, что происходило в предыдущем томе и как развиваются события. Жизнь Кана, полная тайн и бессмертия, всегда была на грани. Каждая его смерть была не окончательным концом, а лишь очередной болезненной вехой на пути, который он сам себе выбрал, заключив когда-то давным-давно судьбоносную сделку. После одной из таких, особенно тяжелых, смертей, которая оставила глубокий шрам не только на его теле, но и на душе, Кан полностью замкнулся. Он перестал появляться на глаза своей сестре Лие, чье сердце разрывалось от беспокойства, и своему мужу Крису, который тщетно пытался достучаться до него.

Дни и ночи Кана слились в одно непрерывное, мутное пятно. Он проводил время, погруженный в алкогольный дурман баров, где каждый глоток спиртного ненадолго заглушал внутреннюю боль, или скрывался в полумраке так называемых «райских сумерек» — мест, где грань между реальностью и забвением стиралась под воздействием запрещенных веществ. Он кололся за углом, игла за иглой вводя в вены забытье, пытаясь убежать от себя, от своего проклятия, от бессмысленного цикла перерождений. Лия и Крис знали, что рано или поздно их пути вновь пересекутся, но никто не мог предположить, в каком состоянии они найдут Кана. Однако это не могло продолжаться долго, и вскоре Лия вновь встретила его. Конечно же, не в трезвом состоянии, а в самой неприглядной и отчаянной форме, какую только можно было вообразить.

Итак, приступим к повествованию, к новой главе их бесконечной саги.

✏️ 1 глава

📚 И снова ты под чем-то...

Лия бесцельно бродила по извилистым, грязным улицам города, позволяя ногам самим выбирать путь. Ее мысли были тяжелыми, а взгляд — затуманенным. Она давно перестала удивляться, куда ее может занести судьба, и поэтому не слишком удивилась, когда обнаружила себя в одном из самых неприглядных и криминальных районов. Воздух здесь был пропитан запахом сырости, гнили и дешевых сигарет, а каждый темный переулок, казалось, скрывал свои секреты и опасности. Проходя мимо очередного облупленного поворота, ее взгляд зацепился за что-то знакомое. Это была бледная, неестественно изогнутая фигура, небрежно брошенная возле переполненного мусорного бака, источающего вонь.

Сердце Лии сжалось. Повернувшись, она мгновенно узнала Кана. Ее брат лежал, откинувшись на стену, глаза его были полуприкрыты, а на лице блуждала какая-то странная, блаженная улыбка. Он находился в состоянии глубокого опьянения, наслаждаясь своим забытьем, погруженный в мир, недоступный обычным смертным. Лия смотрела на брата с отвращением, смешанным с глубокой, почти физической болью. Он часто позволял себе вести себя подобным образом, но всегда в пределах какой-то незримой черты, не переступая ее полностью. Однако сейчас он выглядел иначе. Его одежда была грязной, волосы спутаны, а лицо осунулось, выдавая недели скитаний и саморазрушения. Он напоминал бездомного наркомана, совершенно потерявшегося в этом мире.

Подойдя к нему, она присела на корточки, стараясь не вдохнуть слишком много удушливого запаха, исходящего от Кана и его окружения. Ее пальцы коснулись его запястья, проверяя пульс. Он был слабым, но ровным. Одновременно, привычным движением, она набрала номер тети Тору.

— Эта пьянь нашлась, — со вздохом произнесла она, глядя в пол, чувствуя, как усталость оседает на ней тяжелым грузом. — Опять.

Т — Не похоже на него, — голос тети Тору звучал устало, но с нотками привычной для нее решимости. — Совсем дела плохи, да? Вези его домой, будем откапывать.

— Куда уж хуже, — пробормотала Лия, чувствуя, как гнев смешивается с жалостью.

Попрощавшись с тетей, Лия вновь посмотрела на брата. Его лицо, когда-то полное жизни и огня, теперь было изможденным и пустым. Сделав глубокий вдох, она взяла его под руку и, собрав всю свою силу, позвонила Лиле, жене Тору, чтобы попросить забрать их. Ей одной было не справиться с Кана, который, казалось, весил тонну. Когда приехала Лиля, ее глаза расширились от шока. Она не узнала своего племянника. Тот, кого она помнила, был далек от этой жалкой, грязной фигуры. С трудом, втроем, они погрузили Кана в машину и направились за город, в дом Тору. Возвращение было долгим и молчаливым, наполненным тяжелыми мыслями. Прибыв на место, они дотащили Кана до одной из комнат, бросив его на постель. Он упал на мягкое покрывало, как мешок с картошкой, продолжая пребывать в своем наркотическом забытьи. Они стали ждать Тору, надеясь на ее опыт и мудрость.

Однако вместо нее приехал Крис. Узнав о том, что Кан нашелся, он ворвался в дом, как ошпаренный, его лицо было искажено тревогой и надеждой. Зайдя в комнату и взглянув на Кана, он не смог сдержать всхлип, тяжелый, отчаянный. Он не узнавал его. Приблизившись, Крис склонился над спящим телом и увидел изуродованные руки Кана — синяки, старые и свежие следы от шприцов, ожоги от окурков сигарет, которые свидетельствовали о долгих месяцах самоистязания и забвения.

К — Боже, он сам на себя не похож... — прошептал Крис, его голос дрожал. — Что с ним стало?

Л — Да, помяло его не мало, — сухо ответила Лия, прикуривая сигарету, пытаясь скрыть за равнодушием собственную боль. Дым струйкой ушел к потолку, растворяясь в воздухе.

Л — Будешь?

К — Давай, — произнес он на выдохе, почти бездумно беря сигарету из протянутой пачки.

Они вышли на улицу, оставив Кана одного в комнате. Крис прислонился спиной к холодной стене дома, прерывисто выдохнул облако горького дыма, смешанного с его собственным отчаянием.

К — И этому черту 33325 лет! А он ведет себя как полный кретин и мудак! — Голос Криса звучал хрипло, полным возмущения и бессилия. Как можно быть таким древним и таким неразумным?

Л — Да, есть такое... — Лия тоже затянулась, наблюдая за танцем дыма. — Не пойму, как вы вообще вместе живете, если он такую дичь вытворяет? Я бы уже давно махнула рукой.

К — До его последней смерти было все хорошо! Мы были счастливы, или мне так казалось... Агрх! Сколько еще раз осталось ему умирать, чтобы наконец успокоиться? — хрипло произнес он, вновь затягиваясь и с надеждой смотря на Лилю, которая подошла к ним.