Указ, как выстрел, грянул гром,
Сорвав июньский мирный сон.
"На фронт! Отечество! Наш дом!"
И встал под ружья миллион.
Запела медь "Прощай, Славянка!",
Тревожный, но высокий зов,
И покачнулась жизни планка
У матерей, отцов, сынов.
Вокзалы – плачущий котел,
Где смех и слезы пополам.
Вчерашний пахарь – произвел
Себя в солдаты, к сапогам
Привыкнуть надо... Кто-то рьян:
"Добьем врага за пару дней!"
Не зная будущих изъян,
Не видя гибельных огней.
А марш гремит, зовет вперед,
Скрывая боль прощальных глаз,
И верит искренне народ
В победный, скорый, светлый час.
Вот мать седая шепчет вслед,
Крестя дрожащею рукой.
Вот взгляд жены, где гаснет свет,
Теряя мужа и покой.
Объятья крепки, но на миг,
Гудок ревет – пора идти!
И чей-то сдавленный вдруг крик
Теряется на том пути,
Куда увозят эшелоны,
Под тот же марш, чеканя шаг,
В вагоны, ставшие заслоном,
Где ждет безжалостный рейхстаг...
Нет, враг! Которого разбить!
И вера крепла с каждым днем.
Пять миллионов – в семь лишь дней!
Четырнадцать – к исходу года!
Страна вставала все сильней,
Платя кровавый счет народа.
И если в первый день – запал,
Наивной веры легкий след,
То позже каждый понимал:
Идут не к славе – на тот свет.
Но шли. Сжимали автомат.
Был долг превыше слез и мук.
И каждый был Отчизне брат,
Не выпуская ствол из рук.
Уходит поезд в дымный след,
Последний взмах руки в окне...
А марш звучит сквозь толщу лет,
Напоминая о войне.
О том прощанье навсегда,
О миллионах сыновей,
Чья кровь – священная вода –
Омыла поле битвы всей.
Та медь "Славянки", та слеза –
Начало долгих, страшных дней,
Где впереди – гроза, гроза...
И путь к Победе – все трудней.
Отредактировано: 11.05.2025