9 жизней Дьявольской Кошки 2

Глава 17

Калейдоскоп воспоминаний прокручивался перед глазами, являя давно забытые, полные теплоты, далекие воспоминания первого воплощения.

Вот маленькая Махэри меряет кучу криво созданных платьев, крутясь, за неимением зеркала, перед Луцией послушно меняя то одну, то другую деталь по указанию старшей сестры. Ворох ткани с рюшами и оборками больше напоминает какого-то монстра, которому по ошибке прилепили крылья и заставили крутиться вокруг своей оси, чтобы дать возможность разглядеть наряд со всех сторон. Правда в итоге выбор пал на идентичный Неро костюм, что вызвало негодование старшей сестры.

Вот Ацали учит заплетать волосы в десятки, а то и сотни причесок из кос и узелков. Прозорливая Луция свои волосы для тренировок предоставить отказалась, а вот наивный Мэсэмери не подумал, насколько это окажется мучительно и нудно. Клок золотых волос, вычесанный грубым гребнем, колтун на затылке и часы сидения в неудобной позе его характер не улучшили, особенно после того как он осознал, что ничему путевому Махэри так и не научилась. Зато после этого уже сам Мэсэмери наловчился собирать свои длинные волосы в высокий хвост.

А еще были сотни, а затем и тысячи, свитков с историями услышанными у звезд. Глупые и смешные, грустные и страшные истории, которые звезда Ока Снов неустанно записывает, а затем и зачитывает долгими вечерами. Ангелам не требуется сон, но после тех рассказов, глаза закрываются, а приходящие сны до того красочные, что порой не верится, что это всего лишь выдумка.

Больше малютки Махэри, эти истории любит только Фирио, глаза брата сияют в разы сильнее, когда добрый голос Ониро рисует перед глазами неизвестные миры и незнакомых существ. Зачарованный он неосознанно стискивает в объятиях собственные крылья, от волнение грызя кончики перьев, а иногда и зазевавшуюся младшую сестру — будучи мельче старших братьев и сестры, она того самого удобного размера, что позволяет успешно заменять перьевую подушку. Засыпать рядом с Фирио опасно, чаще всего Махэри просыпается придавленная братом или вовсе с обслюнявленными перьями — во сне Фирио не только пускает слюни, но и жует кончики крыльев и не важно чьих.

От некоторых воспоминаний теплело на души, а от других сводило челюсти от раздражения. Первые тренировки с Мэсэмри вызывали гамму чувств не только у Махэри-воспоминания, но и у меня наблюдающей за этим со стороны. Короткие ручки-ножки не достигали высокого долговязого брата, выросшего гораздо быстрее самой младшей из них, а от самодовольного выражения лица Мэсэмери маленькая Махэри злится и надувает щеки, не понимая, что это еще больше веселит старшего брата. За их возней, посмеиваясь, наблюдают остальные, но Махэри-воспоминание их не замечает, сосредоточенная на одной цели — достать невыносимого Мэсэмери хотя бы один раз!

Но ярче всего воспоминание о первом полете. Даже в воспоминании видно как на детском личике Махэри предвкушение и ни капли страха — да и чего бояться? Неро, ответственный и надежный, держит за руку подводя к краю парящего острова. Его лицо по обыкновениею чуть хмурое, в этот раз совсем мрачное и напряженное, он волнуется куда больше, еще не вставшей на крыло младшей сестрички, чья увереннность в нем незыблема, отчего тяжесть ответственности только растет.

— Не бойся, — заверяет он — и со стороны видно, что обращается он не сколько к сестре, сколько к самому себе. — Все крылатые умеют летать.

— Я умею, — серьезно кивает Махэри-воспоминание.

— В любом случае, парить она уже может… — бормочет он уже совсем едва слышно, после чего глубоко вздыхает и делает шаг вперед, расправляя крылья. Крошка Махэри бесстрашно повторяет за ним, неловко поводя двумя парами крыльев и так же молча и бесстрашно камнем падает вниз.

—!!! — беззвучно выдает Неро и коршуном следует за непутевой младшей сестрой.

— Хе-хе, — выдала уже я глядя на то как Неро заполошно пытается в полете поймать Махэри-воспоминание не помяв ей при этом крылья, та в свою очередь задачу ему не облегчает продолжая весело крутиться и отбиваться всеми восемью конечностями.

Далекие теплые воспоминания о первом воплощении, еще до того как Архей счел необходимым стереть часть моей памяти. И хотя эти он не тронул, я все равно забыла их сочтя неважными. В череде дней, годов и столетий, мелочи забываются, как забывается простая истина, что наша жизнь и личность формируется из таких вот мелочей.

Но было и то, что не хотело показываться, скрытое вуалью чужой воли. Часть воспоминаний, который Многокрылый счел нужным запечатать.

030225

Страж Границы рождается внезапно. В один день проснувшись малютка Махэри уверенно заявляет:

— Я — Страж!

И вызывает веселые улыбки у старших. Даже Архей улыбается внезапному заявлению.

Махэри сердится. Махэри дуется. Она все еще не выросла, хотя давно встала на крыло, эфирные каналы исправно перегоняют энергию, а силы в крохотном теле столько, что остальные только гадают, как так вышло, что ей перепало столько физической силы, сколько хватило бы двоим, а то и троим.

Но вот роста в ней едва ли половина от старших. Даже невысокий хрупкий Ониро выше.

— И что ты будешь делать? О, Страж Границы! — веселится Фирио в отличии от Неро и Идумы он вырос еще не полностью, напоминая скорее подростка, нежели взрослого. Впрочем, ведет он себя подстать внешнему виду.

Ему кажется что вопрос звучит не обидно, но младшая сестра бычится и хмурится.

— Сторожить!

— От чего?

Закономерный вопрос ставит в тупик. В Небесном Саду тишь и благодать.

— От опасности, кончено же! — задирает нос Махэри и отворачивается от брата, решая не обращать на него внимание.

Старшие вновь обмениваются улыбками, а кто-то и вовсе беззастенчиво смеется вызывая у крохи Махэри зубовный скрежет.

— Я уже сильнее тебя! — тыкает пальцем в весело ржущего Мэсэмэри, мигом заставляя брата фыркнуть. Она и правда сильнее, но только если сравнивать грубую силу. Мэсэмэри все еще ловчее и хитрее. Но это временно, Махэри знает, что совсем скоро и в этом догонит брата.