9 жизней Дьявольской Кошки

Глава 18

Звезда упала.

Еще одна. Пятеро из девяти воплотились.

В Пустоте Изначальной все отчетливее слышался скрип, словно несмазанные шестеренки, давно застывшего механизма, нерешительно начали свой ход.

Звезда Полуденного Приговора? Они ведь совсем не ладят с Махэри. Оба со скверным характером, преданные своим идеалам, острые на язык… седьмой из второго поколения воплотился и многие из младших ангелов вздохнули с облегчением.

Главный Инквизитор Небесного Сада, тот, когда за глаза зовут Палачом — Мэсэмери. Огнем и мечом сжигающий скверну, словно одержимый единственной целью искоренить все демоническое в трех мирах.

Он вернулся на Небесную Карту всего три десятка лет назад, по меркам крылатых, это жалкие крупицы отведенной им вечности, но уже возвратился, а значит… близится вынесение Приговора.

— Мне это не по нраву, — разбавил мысли Архея голос визитера.

Ангел с двумя парами крыльев, пушистыми и небольшими, он производил впечатление знойного лета: смуглая кожа, прекрасное лицо в обрамлении белоснежных локонов, безмятежные сиреневые с золотом глаза. На падение звезды гость смотрел без удивления, словно уже знал, что это произойдет.

Что ж, на памяти Архея удивить Ониро удалось всего пару раз — Мудрец Звезды Ока Сна видел и знал куда больше многих из них. Даже Архею было неподвластны знания, которыми он владел.

— Что же тебя смущает? — миролюбиво отозвался Архей, благосклонно взирая на собеседника. То словно мальчишка, как если бы не было всех прожитых тысячелетий, устало вздохнул и посмотрел потеряно, совсем как когда был по-настоящему ребенком, впервые делающий шаги в Изначальном Саде, что состоял из одного единственного дома и рощи вокруг.

Девять детей, второе поколение, несмотря на пролетевшие года, Архей все еще видел в каждом из них маленького ребенка, которых учил говорить и летать.

Они выросли и расширили сад. Неро — создал полноводную реку. Луция — фонарь разгоняющий тьму и страх. Фирио — воздвиг долины и горы, расширив Верхний мир больше всех.

Ониро же создал ночное светило, так похожее на луну Срединного мира. Тогда на Небесной Карте была всего одна звезда — Немезия и маленький ангел жалел ее и, чтобы она не было одинока, пожелал создать компанию — луну.

С тех пор на небосклоне зажглось множество звезд, и Немезия не была одна, но до сих пор Архей был благодарен ему за этот дар.

— Воплощение Мэсэмери случилось раньше, чем я ожидал.

— Разве это так странно? Быть может они с Махэри и не ладят, но они все еще являются семьей.

Но Ониро замотал головой, отчего белоснежные локоны взволновано закрыли лицо.

— Нет-нет, сначала должна была упасть звезда Второго брата. Без Идумы сдержать Неро и Мэсэмери будет сложно. Фирио и Луция только подольют масла в огонь, они и без того распаляют беспокойство Первого брата, а теперь, когда Мэсэмери воплотился, удержать их от опрометчивых поступков будет невозможно.

Архей безмятежно улыбнулся, глядя в окно, откуда открывался вид на алтарь, с которого как раз вставала фигура нововоплощенного ангела с двумя парами крыльев. Гибкая фигура со светлой кожей быстро покрывалась одеждой — эфирный доспех часть сущности крылатого. Новоприбывшего встречали дежурные, которые тут же получили приказ и бросились его выполнять.

— Глядите, он ведь первым делом велел принести ему его меч! — схватился за голову Ониро, едва ли не со стоном наблюдая как брат, которого он не видел пару стен лет, связывает длинные золотистые волосы в хвост, расправляет, разминая крылья, и что-то резко говорит младшим, отчего те едва могут взлезть на трясущихся крыльях.

— Он немного резок, но справедлив, — спокойно парирует Архей.

— Он слушает только Идуму! Неро сейчас с ним не справится! Не сможет уследить, ему и так приходится контролировать Фирио и Луцию. Старшая сестра рвется в бой, еще немного и она будет прорываться в Нижний мир с боем! А Фирио обязательно ее поддержит. Теперь, когда тут еще и Мэсэмери, то возможность такого исхода событий слишком высока!

— Он не ступит в Нижний мир без приказа Немезии. Он чтит приказы.

— Он… — договорить Ониро не успел, получивший назад свой меч Мэсэмери расправил крылья и взлетел, направляясь прямиком к ним. Всего пара мгновений, несколько взмахов сильных больших крыльев и Звезда Полуденного Приговора предстала перед ними.

Губы его открылись и полился поток слов, судя по хмурым бровям, монолог был исключительно негативным, но, увы, расслышать его из-за стекла ни Архей, ни Ониро не могли.

Многокрылый вздохнул:

— Когда он научится входить через двери?

— Мне доступна мудрость трех миров, но ответа на этот вопрос у меня нет, Многокрылый.

Мэсэмери нахмурил свое суровое лицо еще сильнее, прищурил красные с желтым глаза и полетел в сторону балкона.

— С возвращение, Мэсэмери, — поприветствовал его Архей, когда тот распахнул створки из тончайшего резного дерева и вошел в залу.

— Приветствую, брат, — присоединился к нему Ониро.

— Многокрылый, — коротко кивнул в ответ новоприбывший и сразу же завили их поток претензий. — Старший брат. Рад вас видеть, хотя и не понимаю, чем занят Неро? Первый брат ведь воплощен, верно? К тому же ему помогают сестра Луция и этот недоумок Фирио. Необходимо или найти Махэри, раз уж она не вернулась на Небесную Карту звездой, или подтвердить ее смерть — кто знает, вдруг нашелся способ развоплотить душу ангела?

Он с вызовом посмотрел на них, ожидая что его одернут — даже предполагать нечто подобное было кощунством.

Но никто его не одернул.

Пауза, наполненная вязкой тишиной, упала между ними, на короткое мгновение обнажив нечто, о чем они старались не думать.

Зачем думать о том, что не в их силах исправить?

— Махэри действительно редкий гость, но даже у нее есть причины жить, — наконец мягко возразил Архей. — И возвращаться.

И все же младшие были с ним не согласны.

— Как раз у нее есть все причины желать сломать колесо судьбы, — склонил голову Ониро, словно это было его виной.