90 дней в плену

Последняя остановка

Примерно в десять вечера мы подъехали к Харькову. Юра стал кому-то звонить по телефону: «Мы уже на месте, где встречаемся?». На одной из заправок возле большого указателя «Харьков» нас ждала машина сопровождения с мигалками. Мои сопровождающие вышли из микроавтобуса и подойдя к авто сопровождения перекинулись с людьми, которые там сидели парой фраз, потом сели в машину и пообещали мне, что скоро мы прибудем к месту назначения.

Мы въехали в Харьков, ехали по ночному городу в сопровождении машины с мигалками довольно быстро, естественно, не соблюдая правила движения, пересекая сплошную и не останавливаясь на красный свет. «Ну, ничего себе, сопровождение у меня, прямо, как у президента, – пошутила я, хотя мои спутники юмор не поняли. – Правда лучше пешочком и без мигалок». «Сейчас мы заедем еще ненадолго в одно место, надо с людьми встретиться. А потом отвезем вас отдыхать до утра в одну гостиницу», – с серьезным лицом сказал Юрий. «А душ там есть? А то на Лукьяновке воды совсем нет, поэтому даже помыться нормально там было невозможно», – спросила я у него. «Душ там есть, помоетесь», – пообещал Юрий.

Минут через 15 мы подъехали к какому-то автовокзалу, но остановились не на остановке, а с тыльной стороны на парковке. К нам присоединился еще один точно такой же автобус. Я попросила разрешения выйти из машины и мне позволили это сделать. На улице было довольно прохладно, наверно даже минусовая температура. Но было так приятно вдыхать этот морозный воздух свободы. Хотя, на самом деле я была еще не совсем на свободе, а только на пути к ней.

Из другого микроавтобуса вышел какой-то лысый мужчина лет 40 в белом свитере, светлой камуфляжной форме и радостно чему-то улыбающийся. Он подошел сначала к моим спутникам, они пожали друг другу руки, перекинулись парой фраз, а потом лысый подошел и ко мне. «Здравствуйте, вы – Елена? А меня зовут Юрий Тандит. Мы с вами завтра поедем на обмен, - сказал он, протягивая мне руку и улыбаясь почти до ушей, показывая ровные, белые зубы. – Давайте я вам иконы подарю из Киево-Печерской Лавры. Я такую икону даже матери одного пленного бойца ВСУ подарил, чтобы она молилась за освобождение сына». Сомнительный подарок из рук врага, но возражать и отказываться не было смысла, поэтому пришлось взять икону и поблагодарить его за это.

Тандит поинтересовался, все ли у меня в порядке, может что-то нужно и еще раз повторил, что если все будет идти по плану, то завтра утром мы поедем на обмен. От этого лысого было столько много шума, он вел себя как самовлюбленная девица на свидании, улыбался, шутил, сам себя хвалил, поэтому я быстро утомилась от него и полезла назад в микроавтобус, сказав, что замерзла. Через несколько минут в машину сели и сопровождающие, после чего мы опять куда-то поехали. 

Мужчины  между собой говорили о том, что им выделили деньги на проживание в гостинице, и вроде бы на меня тоже суточные выдали. «Вы же никуда не убежите?» – в очередной раз уточняли они, как дети малые. «Вы

можете меня наручниками к батарее приковать», – пошутила я, надеясь, что мы действительно едем в какую-то гостиницу. Однако, через некоторое время мы подъехали к зданию с характерным высоким забором с колючкой и тяжелыми железными воротами. После телефонного звонка нам открыли

ворота и автобус въехал во двор. «Это что СБУ что ли?» – еще не веря такой подставе удивленно спросила я. «Да, вы здесь до утра побудете. Мы где-то

около девяти за вами приедем. Не переживайте, у них тут очень хорошие условия, как в отеле, – убеждал меня Юрий. – Вы все вещи с собой не берите,

только самое необходимое. А все остальные сумки здесь останутся в машине. Они никуда не денутся, вот увидите». Спорить с ними было бесполезно.

Машины остановились во дворе, я вышла и подошла к багажному отсеку, где лежали мои сумки, взяла действительно самое важное из расчета, что

пробуду здесь всего лишь до утра, то есть – ничего, моющие средства с полотенцем (мне же душ обещали) и бутылку воды.

Учитывая, что было уже около полуночи, в здание мы вошли со двора. Юрий зашел первым, попросив меня подождать внизу в предбаннике, а потом мы с ним поднялись на 3-й этаж. По коридору с обеих сторон были железные двери с окошками, рядом с которыми стояли сумки и пакеты. Юрий быстро передал меня из рук в руки какому-то сонному дежурному в камуфляжной форме и, не дожидаясь, пока я наконец-то приду в себя, быстро ушел со словами: «Отдыхайте, до завтра». Теперь у меня уже не было никаких сомнений, куда меня на самом деле привезли – опять тюрьма. А после того, как дежурный записал мои данные в журнал и, открыл мне двери «номера», где мне предстояло провести ночь, я окончательно убедилась, что опять

попала в камеру.

«Девушки, принимайте себе в компанию», – сказал дежурный, подталкивая меня в помещение и включив тусклую лампочку над дверью. На его слова с ближней к двери кровати подняла голову какая-то блондинка лет 35-ти. Чуть дальше у противоположной стенки с кровати поднялась молодая девушка, лет 20-ти тоже со светлыми, но, явно натуральными волосами. «Я же тебе говорила, что нам сейчас кого-то приведут, – сказала та, что постарше. – А мы только спать легли». Я прошла в камеру и положила свои вещи на кровать напротив молодой девушки, впрочем, других лежачих мест здесь не было.

Я тоже поздоровалась с девочками, представилась и, естественно, несмотря на столь поздний час, нам, женщинам, захотелось общения. Когда я осмотрелась в камере, то выяснилось, что она больше похожа на небольшую гостинку. Большая комната (почти в два раза больше тех, что в СИЗО СБУ и на Лукьяновке) была разделена наполовину стеной. В одной половине, та,