А если влюбишься?

Глава 3.

Прогулка с Волковым получилась ужасной! Во-первых, было невыносимо скучно, потому что он без остановки рассказывал, как все выходные рубился в танки, каких рейтингов там добился и какую классную штуку купил. А во-вторых, когда мы пошли в парк, в очереди на колесо обозрения Волков абсолютно нагло залез мне под юбку, причем в абсолютно прямом смысле! Просто взял, сунул свою лапу под мою юбку и погладил меня по заднице.

А когда я взвизгнула и отпихнула его, он ещё и обиделся.

Сказал, что вообще-то купил мне билет на колесо обозрения и хочет получить за это хоть что-то, а во-вторых, разве не для этого я такую короткую юбку надела? И вообще, когда я уже перестану ломаться?

Придурок.

В общем, деньги за аттракцион я швырнула ему в лицо, сказала, чтобы он больше ко мне никогда не подходил, и потопала в общежитие. Чувствовала я себя при этом отвратительно. И даже воспоминания об офигевшем лице Князева, когда Волков вплыл в аудиторию и обнял меня, не делало настроения лучше.

На следующий день, едва я захожу в аудиторию, как Князев удивлённо приподнимает брови:

— О, Гордеева! А чего одна? Где твой лопоухий?

Я сжимаю зубы.

Ну да, у Волкова немного торчат уши. Но вообще-то в целом он довольно симпатичный. Ну если не считать того, что ведёт себя как козел. Но об этом я, конечно, Князеву рассказывать не собираюсь.

Поэтому просто ядовито растягиваю губы в улыбке и пропеваю:

— Ой как приятно, что ты беспокоишься о моей личной жизни. Интересно только почему? Своей нет, поэтому за меня переживаешь?

— А чего мне переживать! — показательно скалит зубы Князев. — Это же не я встречаюсь с лопоухим чуваком, который к тому же любит поливать себе дешёвым одеколоном из фикс-прайса. Слушай, Гордеева, а он тебе реально нравится или ты просто по пьяни с ним замутила? Знаешь же, бывает иногда такое.

От этой небрежной фразы у меня мороз по коже идет.

Пристально смотрю в наглые болотно-зеленые глаза Князева, но он делает вид, будто не понимает, почему меня так передернуло. Будто просто так это сказал.

Скотина.

Значит, решил запрещенными приемами пользоваться?

Отлично. Я тоже так умею.

— Дешёвый одеколон лучше, чем запах чеснока, — мило улыбаюсь я. — Тебе ли не знать, Князев.

Он багровеет.

Эту сплетню о нём пустили в восьмом классе. Маринка Багрова утверждала, что одна её знакомая на дискотеке танцевала с Князевым, и от него жутко воняло чесноком. Она рассказала об этом всей параллели, и, кажется, его ещё целый год после этого дразнили Князем вампиров.

Я была очень рада. И кстати, я отлично знала, что правдой эта сплетня не была, потому что именно я была той, кто сначала придумал это, потом рассказал Кате Матвеевой, а та уже в свою очередь нашептала это под большим секретом Маринке.

Ну а в Маринке тайны никогда не держались, это всем в классе было известно.

— Учитывая, что ты до сих пор помнишь эту хрень про чеснок, Гордеева, ты явно имела к ней отношение, — цедит Князев. — Готов поспорить на что угодно, что ты сама это и выдумала.

— Какая разница? У тебя все равно нет никаких доказательств, — заявляю я, очень довольная собой.

— А зачем мне твои доказательства? — хмыкает Князев. — Я и так знаю. Из всего класса только ты всегда хотела мне подгадить.

— И это говорит человек, который насыпал перца в мой компот? Смешно!

— Компот фигня, ты даже не пила его в итоге, — отмахивается Князев. — А вот ты мне зато годовую контрольную по физике испортила!

— Не я!

— Ты, — уверенно заявляет он. — Просто не призналась.

— Ну и что? — вспыхиваю я. — Ты ведь тоже не признался, что написал мне те письма от Каблукова! Уверена, ты и от меня ему какую-нибудь фигню отправил. Иначе почему он от меня так щарахался?

— Потому что ты его достала, — бросает Князев с какой-то злостью. — Вечно липла к нему. — Неправда! — выкрикиваю я, уже готовая на него наброситься и стукнуть по башке изо всех сил.

Вот только теперь до него фиг дотянешься — он меня реально на голову выше!

— Говорю же, Гордеева, — тянет Князев с издевкой, — характер у тебя со школы нифига не улучшился, только хуже стал. Как тебя только твой лопоухий терпит?

— Не твое дело! Тебя вот вообще никто вытерпеть не сможет!

— Да? — картинно удивляется Князев. — А твоей подружке вчера вроде все понравилось.

Черт. Точно.

Он же вчера встречался с Дашей.

И почему-то это так сильно портит мне настроение, что у меня пропадает всякое желание дальше ругаться.

Вместо ответа я просто показываю Князеву средний палец, показательно поворачиваюсь к нему спиной и иду к своей парте, где уже сидит Маша. А вот её сестрички, которая вчера была на свидании с этим идиотом тире моим бывшим одноклассником, почему-то тут нет.

— Где Дашка? — хмуро спрашиваю я.

Маша тяжело вздыхает.

— Собирается, блин. Пять раз за утро переоделась. Я ее ждала-ждала, а потом плюнула. И правильно сделала! Когда я уходила, она еще волосы перед зеркалом накручивала.

Ого!

Кажется, свидание с Князевым ей и правда понравилось, раз она так для него старается.

Через пять минут после начала лекции разряженная в пух и прах Дашка гордо вплывает в аудиторию. Находит взглядом Князева, улыбается ему и идет к его парте, видимо, планируя сесть с ним. Но по-соседству с ним сидит по-прежнему Федя Дымов, удивленно пялится на Дашу и никуда не собирается. Да и Князев, кажется, не планирует его прогонять.

Неловко потоптавшись возле их парты, Даша, сделав вид, что все так и задумывалось, возвращается к своему месту и садится около сестры.

«Ну как вчера все прошло?» — не удержавшись, пишу я в наш общий чатик на троих.

«он такой офигеный! я влюбилась!» — тут же строчит Дашка, восторженно поглядывая на Князева.

Маша присылает смайлик с закатившимися глазами, а я с трудом сдерживаю неизвестно откуда появившуюся злость.