А мы на стиле

Глава 10

Юля

Не знаю, сколько просидела в кабинке туалета, прижимая к груди сумку. Впервые мне стало плевать на прогул, его последствия, злобную училку и...

В груди было больно до скрежета зубов, причём настолько, что не получалось полноценно вздохнуть. Казалось, воздуха не хватало. Я задыхалась.

Максим... Он ведь не мог...

Глупая. Зачем пытаюсь найти оправдание его действиям? Потому что не хочу смотреть правде в глаза? Потому что влюбилась вопреки всем «но»?

Нет! Нужно срочно брать себя в руки! В противном случае просижу здесь до конца занятий, ревя белугой.

Блин! Мне даже не у кого узнать рецепт пофигизма на того, кто нравится до умопомрачения.

Чтобы успокоиться, решила написать Призраку. Раньше это всегда помогало выйти из депрессии.

«Ты когда-нибудь разочаровывался в людях?» — спросила у друга, подавляя порыв в полных красках описать, как жаждала отметелить краша с особой жестокостью.

Скажем, где-нибудь за углом в темной подворотне и без свидетелей!

«Да», — вдруг ответил он.

«И ты больше не общался с этим человеком?» — осторожно уточнила.

Друг рядом. Еле сдержала улыбку. Наверное, он один из немногих, кому могла довериться.

«Не всегда есть возможность отправить чела в игнор-зону. Приходиться держаться подальше и молиться всем богам, чтобы бесячий случай к тебе не подходил», — в конце сообщения Призрак поставил смеющийся смайлик до слёз.

Молиться?! А если я не верующая? Что тогда? Всерьёз задумалась, утирая влагу руками.

И в самом деле! Чего расклеилась?! Жила до Белочкина раньше? Жила! Значит дальше тоже смогу! Просто ограничу с ним контакт. Пусть Максим общается с кем хочет! Может, со временем у меня пройдёт тяга к соседу. Девочки, помню, рассказывали друг дружке о подобном на перемене.

Я поднялась с крышки унитаза, полная решимости доказать одноклассникам, что слабая Лисичкина в прошлом! Больше не позволю никому над собой издеваться! Особенно Белочкину!

Макс

Примерная девочка не пришла на Химию. Странно. Связано ли это как-то с Балабиной? Не меньше волновал вопрос, зачем Кристина выставила меня бабником?

Высокая и худая змея с орлиным носом, напоминающая гладильную доску, недовольно шикнула, когда увидела мою фамилию в школьном журнале.

— Явился, не запылился, сыночек Белочкина. Твой отец мотал нервы, теперь ты решил?

— Еще и сына своего приведу, Лариса Олеговна. Можете не сомневаться. Не будет вам спасения от семьи Белочкиных, — машинально огрызнулся.

Ребята громко засмеялись, а строгая рептилия подошла ближе и, уперевшись руками в стол со стороны пустого места, произнесла.

— Это ты, Белочкин, вылетишь отсюда раньше. У кого-то три предупреждения, если мне не изменяет память.

— Готовы спровоцировать первое? — сухо хмыкнул в ответ.

На миг показалось, будто она перелилась всеми цветами радуги.

— К зам директору, Белочкин! Быстро!

Все, как всегда. Математичка только покрепче будет...

Шагая по коридору, вдруг услышал Юлькин голос. Саму девчонку я не видел. Спряталась за какой-нибудь колонной?

— Дядя Руслан, пожалуйста, заберите меня отсюда.

Сказала она это с таким плаксивым тоном, что стало не по себе. Невольно сердце сжалось от тоски. Я не слышал его ответа, зато разобрал последующие слова Лисичкиной.

— Сомневаюсь. Папа не из тех, кого волнует моя учеба.

Нахмурился. Чтобы родителей не беспокоили оценки дочери? Сюр какой-то! Надо бы разузнать про семью Юли у кого-нибудь. Раньше я ей не особо интересовался. Пожалуй, наверстаю упущенное...

Оксана Константиновна, уныло закатив глаза, со всей строгостью отчитала меня. Чтобы уменьшить время прибывания на ее территории, притворился невозмутимой статуей. В нужных местах кивал, а в остальных изучал узоры на стенах. Красиво же! Намного лучше сидящего с важным видом в кресле мозговыноса.

Вышел от зама к началу четвёртого урока. Долго ржать буду, если и Валентина Генриховна тоже отправит к помощнику директора. От учительниц всякого ждать можно. Вроде шел на Географию, а на ум упрямо лезла Лисичкина. Ее плачущий голос почему-то не давал мне покоя...

Классная встретила недошедшего с поджатыми губами, но великодушно разрешила остаться на уроке. Бравая женщина не спешила угрожать расправой, только попросила не опаздывать, на что пожал плечами.

— Мы люди невольные, Валентина Генриховна. Сказали к заму, значит к заму, — криво усмехнулся под конец.

— Понятно, Белочкин. Я поговорю с Оксаной Константиновной. Ее воспитательная работа не должна сказываться на твоей успеваемости, Максим. Проходи.

Знала бы она, как неистово плюсовал, соглашаясь со словами класснухи. Прошел до места, ощущая множество взглядов. Острее остальных чувствовался взор Балабиной.

— Так, перекличка окончена. Приступаем к первому занятию.

Мне нравилась География, поэтому ворон считать не пришлось. Прослушал тему с удовольствием да сфотографировал с доски ДЗ.

Когда выходил из класса вместе с остальными, вдруг кто-то сильно дернул за руку. Обернувшись, столкнулся лицом к лицу с Балабиной.

— Балаба, че творишь?!

— Что ты написал Лисичкиной на Геометрии? — взволнованно выпалила девчонка.

На ее лице застыла странная гримаса то ли отчаяния, то ли ревности.

— Тебе какая разница?! — недовольно нахмурился.

— Договорим в коридоре? — вдруг предложила Кристина, кивнув в сторону двери.

Скользнув взглядом за фигуру одноклассницы, лишь сейчас заметил пристально наблюдающую за нами Валентину Генриховну.

— Слушай, я жрать хочу. Давай потом, — отмахнулся от Крис и, не дожидаясь ответа, направился в столовую.

Хоть поесть куплю, а то с этой Оксаной Константиновной есть начну уже людей. Первую пущу на пропущенный завтрак заучку Балабу. Что-то она меня стала жутко напрягать своими вопросами. Думал, та отстанет, когда выйдем, но нет, Кристина не только увязалась следом, ещё схватила под локоть, будто мы лет десять женаты.