А счастье было возможно...

Глава вторая. Встреча у реки

Мария проснулась рано. За окном только начинало светать, и весь дом ещё дремал в тёплой тишине, дыша мятой, хлебом и детским дыханием.

Переделала кучу дел и решила освежиться на речке.

Она набросила лёгкое платье, взяла полотенце, надела ботинки на босу ногу и вышла во двор, прихватив морковку для Мрії.

— Ну что, красотка, — прошептала она, — идём на свидание с рекой.

Солнце ещё только чесало затылок где-то за облаками. Городской сад — свежий, с росой на листьях, с ленивыми тенями, — будто кланялся ей, когда она ехала сквозь него, чуть пригнувшись. Внутри щекотало от этого раннего одиночества, почти детской радости: тишина, мокрая трава, никто не видит.

У берега она спешилась, отпустила Мрію щипать траву и прошлась по гальке босиком. Потом — огляделась: пусто. Никого. Даже ветер не шумел. Лишь вода чуть поблёскивала, как зеркало, подрагивая от нетерпения.

Она сняла платье и осталась в одной сорочке — тонкой, почти прозрачной, белой до колен, с кружевной каймой. Вода приняла её легко — прохладой, гладкой лаской, как будто давно ждала.

Она плыла, как во сне — с закрытыми глазами, с распущенными волосами, ныряла и выныривала, чувствуя себя вдруг... живой. Снова.

И тут — всплеск. Шорох.
Она резко обернулась — и из воды в двух шагах от неё вынырнул мужчина. Высокий. Мокрые волосы прилизаны ко лбу. Голый по пояс.

— Господи! — выдохнула она и, от неожиданности, качнулась назад, потеряла равновесие и ушла под воду с головой.

Он тут же бросился к ней и подхватил за плечи:

— Простите! Я… я не знал, что здесь кто-то есть. Вы не ушиблись?

Мария вынырнула, отплёвываясь, волосы прилипли к щеке, сорочка облепила фигуру, подчёркивая изгибы. Она попыталась отдышаться, — и... рассмеялась. Невольно. Даже сама себе удивилась.

Он — тоже. Смущённо, тепло. Он прижимал ее к своему телу. Она почувствовала какой он горячий не смотря на то что вода была прохладной. И на удивление она чувствовала себя очень уютно. И хотя приличия требовали соблюдать дистанцию ей не хотелось ничего менять. И похоже он разделял не чувства...
Но все же с некоторой ленцой, медленно она начала отодвинуться от него. Испытывая при этом жгучую досаду.
— Вы всегда так эффектно появляетесь? — спросила она, отжимая волосы и поднимая бровь.

— Только в присутствии русалок, — серьёзно кивнул он. — Хотя признаю: испугался не меньше, чем вы.

Они оба смеялись, немного неловко, но уже легко. Мария подалась на спину, чтобы плыть рядом, чувствуя, как её тянет к нему — . Она вдруг подумала: а ведь не каждый день почти голая женщина и голый мужчина встречаются в реке, и вместо крика — разговоры о театре.

Оказалось, он не просто офицер. Он — полковник и аристократ и занимается просветительской и культурной деятельностью. Организует спектакли, музыкальные вечера, привозит артистов и даже сам читает стихи. Поёт. И — да — верит, что музыка лечит.

— Это звучит... удивительно, — сказала она, поворачиваясь к нему в воде.

— А вы — поёте, — не спросил, а утвердил он.

Она кивнула. И почему-то зябко вздохнула — не от холода, а от его взгляда. Как будто в ней что-то раскрылось,

Когда вышли из воды, каждый — по-честному — отошёл в сторону. Он за куст, она за дерево. Но оба знали: между ними уже нет ничего неясного.

Они снова встретились у Мрії — он стоял со своей лошадкой и держал их оьеих под уздцы. они пошли рядом, не торопясь.

—

Он сказал это легко, но она вдруг споткнулась на ровном месте. Он подхватил ее и они снова оказались очень близко друг к другу. Казалось сейчас случится поцелуй. Они замерли испытывая нежное томление внутри' а затем словно очнувшись продолжили двигаться по дороге.

Когда они шли уже почти у дома Ксении, он остановился:

— В воскресенье — пробы. Мы будем ставить “Лісову пісню”. Я бы хотел, чтобы вы пришли. И попробовали себя.

— Думаете, у меня получится?

— Я думаю, вы и есть та самая Мавка. Живая. Ускользающая. В чём-то опасная. И совершенно невозможная.

Она почувствовала, как щеки предательски пылают. От жары. И — совсем чуть-чуть — от него.

— Подумайте, — сказал он тихо. — Я буду ждать.

Вечером он приехал снова — с починенной бричкой. Как и обещал.

— Всё цело. А вы?.. — он посмотрел с таким выражением, как будто речь шла вовсе не о повозке.

Она кивнула. Молча. И только уголки губ дрогнули.

— Сегодня вечером — встреча. Музыка. Стихи. Хотите спойте. Приходите. Просто… приходите. Я буду ждать.

Он уехал, а она осталась стоять. С полотенцем в руке, в легком платье, будто весь день прошёл, а в голове всё ещё звучал его голос.

И тут подошёл Пётр.

— Значит, пойдёшь? — спросил он глухо, не глядя.

Мария вздрогнула, вынырнув из своих мыслей. И тут же — защита:

— Почему бы и нет? Просто вечер. Там будет много людей.

— И офицер. С которым ты теперь купаешься, смеёшься, поёшь...

— Пётр! — с трудом сдержала злость. — Мы просто разговаривали.

— Я же не слепой, Марийка, — процедил он. — И слухи тоже очень скоро пойдут....

— какие слухи?! О чем ты?, — ответила она резко.
Но внутри защемило.

И тут появилась Ксения. Спокойная, но в глазах — чуть тревоги.

— Девочки у нас на вес золота, — сказала она. — И пусть это несправедливо, но нам приходится думать на шаг вперёд и беречь репутацию. Пусть Петро пойдёт с тобой. Чтоб не было разговоров.

— Я люблю петь. Это, наверное, то, чего мне всегда будет не хватать, если отнимут.
— А если, наоборот, подарят?
Он остановился и обернулся к ней.
— В воскресенье в городском театре будут пробы. Мы с местными устроителями задумали музыкальный спектакль. "Лісова пісня". Знаете?
— Конечно… Леся Украинка. Это же почти волшебство, а не пьеса.
— Тем более. Я очень хотел бы, чтобы вы попробовали свои силы. Я сам буду в комиссии. Не как офицер — как человек, которому небезразлично, что слышит публика.
— Обещайте, что придёте на пробы. Я жду.
— Хорошо. Постараюсь.