А завтра будет ...утро

Глава 12. Два сердца,одна жизнь.

Валерия. Новая Жизнь. 

Я долго сидела с результатами УЗИ и всматривались в текст, хотелось найти опечатку, ошибку, прочитать, что я не беременна, что не ношу в себе продолжение рода этого ублюдка. Такие не должны жить и иметь наследников. А что, если ребенок унаследует его жестокость, безразличие? Какая вероятность этого? А что будет со мной, какой станет моя жизнь? Обычно, когда нас постигает беда, горе, мы обращаемся к близким людям, ищем у них поддержку, просим совета. У меня такого человека нет. Я оказалась один на один со своей бедой. 
Наверное, это глупо, но я решила, что всё само собой решиться, рассосется, так сказать. И полностью отдалась в руки судьбы. Мне не хотелось принимать решение, я сняла с себя ответственность. Буду жить как получится. Рожу - значит так суждено, а нет - меня избавят от ноши. Может быть, после родов откажусь от ребёнка, отдам в детский дом. Его отдадут любящей семье, и они смогут вырастить из него достойного человека. На учёт я не встала, мне не волновало состояние ещё не родившегося ребенка. Не хотела заранее привыкать к тому, кого не хочу видеть. 
Однако время шло, а проблема не торопилась рассасываться. Мое тело постепенно менялось: грудь налилась, живот начал округляться - это заметила не я одна.  

*** 

Этим утром было все как обычно, почти: горький кофе, белый халат, жалобы пациентов. Привычка- дело времени, привыкаешь ко всему, нужно только подождать. 
Вдруг толчок и мое сердце прекратило биться. Оно не хотело спугнуть то чувство, которое прокралось в глубину моей погибшей души. Оно желало повторения. Что я тогда почувствовала? Волнение, но не от страха. Я рефлекторно прижала ладонь к животу на мгновение, но прогнала новые ощущения и откинула ее, как от чего-то мерзкого. 
- И долго ещё ты будешь ЭТО скрывать? - я подняла глаза и увидела перед собой Тамару Васильевну, которая внимательно наблюдала за мной. 
- Что именно? - я всё ещё пыталась забиться в свой уютный воображаемый мирок, в котором всё проще и понятней. Что и от кого я пыталась скрыть? Не знаю. 
- Я не вчера родилась. Таких как ты я много повидала. Рабочий день закончился, идем ко мне. До сих пор я не настаивала, но, похоже, мне пора узнать наконец-то, что ты прячешь в  богом забытой деревне. Во всяком случае, пытаешься спрятать. 

*** 

Мы сидели у Тамары Васильевны на кухне, она плакала, а я смотрела в окно, с безразличием наблюдала уходящий закат. 
- Лерочка, ну как же так? Чем ты заслужила это все? 
- Я тоже хочу узнать ответ, но его нет. Как и меня. 
- Не глупи, все можно исправить, все. Ты слышишь? Если отдашь ребенка - пожалеешь. Может быть, не сразу, через время, но потом уже не исправишь. Будешь до конца своих дней себя корить за это. 
- Или его до конца жизни. Смотреть на него и ненавидеть. Вы считаете, что так лучше? 
- Ну, вот откуда ты это знаешь? Дай шанс себе и ему. Обоим. Вы связаны кровью, у вас одно сердце на двоих. 
Только мое сердце перестало качать кровь, оно разбито. 
- Так что? Подумаешь дальше как быть? - она не оставляла попыток изменить мое мнение, перевернуть на сто восемьдесят градусов все, что я уже решила. 
- А дальше будет утро, Тамара Васильевна. 
На следующий день она заставила встать на учёт, записаться на приём к врачу. Я не понимала, зачем ей это нужно, почему она так старается. Мне казалось, что она топит меня ещё больше. Это потом я поняла, что она всё делала правильно, все ее слова и наставления фактически спасли меня. Но поняла я это слишком поздно, не успела как следует ее отблагодарить.  

*** 

Она стала для меня опорой, которой мне не хватало всю жизнь. Мы все ищем чудо, а оно, как правило, где-то рядом. Его может подарить обычный человек, нужно всего лишь захотеть, проявить немного теплоты и заботы. Жаль, что я не могла это же сказать о себе. Пустота... Я старалась начать все заново, но при каждой попытке выстроить свою крепость где-то терялся кирпичик, и моя вера начинала давать трещину. Спасение приносила работа, с ней забывались проблемы и беды. Я погружалась с головой в чужие проблемы и забывала о себе, о нём, о том, кто изменит мою жизнь. 
На плановое УЗИ Тамара Васильевна вызвалась меня сопровождать. Я не понимала ее беспокойства, мне это чувство не знакомо. Вот кабинет, с которого все началось, все та же кушетка - только я другая, измененная. И слова врача: «Беременность без осложнений, срок 22 недели. У вас девочка». И фото ещё не родившегося ребенка на память. Подарок или проклятие? Или результат моей глупости и наивности? 
Я ушла в себя, пыталась разобраться, понять, что испытываю при каждом шевелении ребенка: любовь или отвращение? А если я стану матерью, которая будет издеваться и унижать ее? Может ли быть все иначе? Эти вопросы меня мучили изо дня в день. 
По срокам выходило, что роды будут в конце февраля. Ждала я этого дня? Нет. Я давно решила, что если решу оставить дочь, то скажу, что её отец умер. Так будет лучше для всех. Она не должна знать причину своего появления на свет. 
С каждым месяцем, каждым днём, приближающим появление ребёнка, привычные вещи становилось делать все труднее. Живот увеличивался на глазах, я не понимала, как во мне может помещаться эта кроха. 
Роды были тяжёлые, девочка до последнего не хотела появляться на свет. Я молила, чтобы эта пытка закончилась поскорее. Почти в бессознательном состоянии, я, наконец, услышала детский плач. А чуть позже голос акушера: «Поздравляем! У вас дочь. Вес 3 кг. Здоровая». 
Дочь. У меня есть дочь. И что теперь мне делать, как поступить. Эти мысли жгли меня, пока я ее не увидела. И тогда меня накрыло истерика, все, что я держала в себе долгие годы, вырвалось наружу. Врачи не понимали, что происходит, они вкололи мне успокоительное, и я мирно уснула под крики своего ребенка.