Абонент не доступен для звонка

Глава 5

Открыла глаза я только рано утром, лежа в своей кровати. За окном было ещё темно. Я повернула голову и посмотрела на электронные часы – они показывали половину восьмого. На диване сладким сном спала Лера. Сегодня ей не нужно было идти к первой паре, и её будильник наверняка был поставлен на девять. Чувствовала я себя значительно лучше, хотя общая слабость конечно же никуда не делась. Я совершенно не помнила как оказалась в своей постели. Возможно тем человеком, который меня сюда принес и переодел был Антон, а возможно и нет. Вряд ли я смогу это выяснить не задавая вопросов. Я тихонько встала с кровати, достала из шкафа сменную одежду и направилась в ванную. Там я провозилась довольно – таки долго, а когда вышла, то уловила разносящийся по всему коридору запах свежезаваренного кофе и судорожно выдохнула. На кухне кто – то хозяйничал, и этим кто – то была не Лера, её раньше времени и пушкой было не разбудить. Встречаться с соседом лицом к лицу, особенно после вчерашнего, было страшно, поэтому я как можно тише прикрыла за собой дверь и на цыпочках попыталась добежать до комнаты. Однако уйти незамеченной к сожалению не получилось.

- Полина! Стоять! – раздалось мне в спину.

Я резко остановилась, поморщилась от досады и повернулась, чувствуя как вновь предательски краснею. Антон стоял в дверном проёме кухни и смотрел на меня. Он был одет в джинсы и свитер и явно собирался куда – то уходить, и мне буквально не хватило нескольких минут, чтобы избежать с ним встречи.

- Как себя чувствуешь?

- Спасибо, гораздо лучше.

- Иди сюда, я тебя осмотрю.

Честно говоря я ничего не понимала. То что Антон помог мне вчера было достойно благодарности. Не было сомнений, что сосед не понаслышке знает о том как оказать помощь человеку в экстренной ситуации, однако о каком осмотре сейчас шла речь было невдомек. Но в любом случае, на споры у меня не было ни физических, ни моральных сил, поэтому я покорно повернулась и поплелась в сторону кухни, как Алиса, всё глубже и глубже падая в кроличью нору. Антон сделал шаг в сторону, пропуская меня, потом взял за руку, от чего пальцы у меня сразу же мелко задрожали, подвёл к окну, развернул к свету и со знанием дела прощупал на шее и за ушами лимфоузлы, осмотрел горло. Сосед действовал настолько профессионально, что не знай я, кем он является на самом деле, то подумала бы что он врач. Несмотря на дикое смущение, я внимательно наблюдала за Антоном и с сожалением должна была констатировать, что в его жестах, словах и взгляде не чувствовалось ни капли романтики. Я интересовала его исключительно как объект. У меня же дела обстояли с точностью да наоборот.

- Горло красное. У тебя есть какой – нибудь спрей?

Я отрицательно помотала головой.

- Понял. Принесу днём или Лера купит. Я ей напишу. А пока полощи солью с содой.

Антон положил руки мне на плечи и развернул к себе спиной.

- Подними футболку. Посмотрим что у тебя с лёгкими.

Вот тут меня захлестнула паника. Во - первых утром я не надела бюстгальтер, а во – вторых в моих ближайших жизненных планах не стояла графа в которой я планировала оголиться перед парнем, причём самым невозможным парнем из всех возможных, пусть и для спонтанного медицинского осмотра, который по сути им не являлся, так как Антон доктором всё же не был.

- Нет! – запротестовала я и судорожно вцепилась в каря футболки.

Антон не стал меня переубеждать или спорить, а молча без каких – либо видимых усилий выдернул из моих пальцев ткань и потянул её вверх, до самой шеи, оголяя спину. Футболка тотчас же начала сползать вниз, и сосед всё так же молча переложил мои руки на плечи, заставляя удерживать сбившуюся в валик ткань.

- Дыши глубоко.

Всё во мне противилось его просьбе, но при этом я делала в точности то, что он мне говорил. Как ни странно, пальпировать сосед тоже умел. Возможно в бандитских группировках люди, владеющие навыками оказания первой помощи были необходимы, и Антон был одним из таких обученных товарищей. Его прикосновения буквально обжигали, вызывая дрожь. Стиснув зубы я терпела из последних сил. А потом случилось невероятное – Антон вдруг развернул меня к себе, ввергнув в состояние настоящего шока. Я охнула, заметалась, пытаясь одной рукой судорожно прикрыться, а другой опустить футболку вниз. От смущения и обиды к глазам подступили слезы, и я с ужасом почувствовала как предательская краснота расползается от щёк к шее, к груди, и готова была провалиться сквозь землю от стыда. Когда мне наконец удалось справиться с одеждой и вернуть её на законное место, я с возмущением посмотрела на соседа, желая только одного – стукнуть его чем – нибудь тяжёлым. Антон с лёгким удивлением наблюдал за моими метаниями, и это удивление поражало ещё больше, чем его хамский поступок. Неужели он думал что я могу оставаться спокойной в подобной ситуации и не испытывать естественное чувство стыда или неловкости? В любом случае спускать подобное поведение я не собиралась.

- Что ты себе позволяешь?!

Антон демонстративно пожал плечами.

- Ничего из того что не делают с тобой другие. А я хотя бы пытаюсь помочь.

Я буквально задохнулась от возмущения. Унижать Антон умел прекрасно, это я уже давно поняла, но до оскорблений не опускался ни разу, и я искренне не понимала, чем заслужила такое к себе отношение. Мы застыли в молчаливом противостоянии, глядя друг другу в глаза. Глаза у соседа оказались светло – серыми, с тёмным ободком вокруг радужки и в них не было ни грамма тепла. Этот холодный взгляд меня отрезвил. Я почувствовала всю уязвимость своего положения. Антон был значительно старше, опытней, а главное умнее и расчетливей. Тяжело с таким тягаться, но я себя не простила, если бы не попробовала.

- Ты можешь так думать обо мне? - с горечью констатировала я.

- Могу и думаю. Успокоилась?

« Нет»- хотела сказать я, но промолчала. Для выяснения отношений требовались силы, которых у меня не было и в помине. Пожалуй впервые в жизни я чувствовала себя настолько беспомощной перед другим человеком, и при этом совершенно не могла ему противиться. Возможно потому, что интуитивно угадывала в соседе ту самую внутреннюю убеждённость в своей правоте и желание помочь, независимо от его ко мне отношения. Все его сегодняшние действия, при потрясающей эмоциональной холодности, были подчинены именно этой конкретной цели. Я в полном изнеможении опустилась на табурет. Мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда и досады, а вот Антону всё было ни по чем. Как будто ничего особенного только что не произошло, он спокойно взял с подоконника блокнот с ручкой, которые я туда определила при уборке кухни, вырвал лист, уселся рядом со мной и стал писать рекомендации для лечения, параллельно озвучивая их вслух.