Абонент не доступен для звонка

Глава 15

Два последующих дня я только и делала что ревела. Это были пожалуй самые искренние слезы в моей жизни – слезы сожаления. Самым сложным оказалось признать всю глубину своей глупости и каждый раз когда вспоминания настигали меня, выставляя в самом неприглядном свете, со мной вновь и вновь случалась истерика. Я корила, ругала себя, но что толку. За слепоту и нежелание видеть очевидное я и расплачивалась сейчас горькими слезами и страхом за жизнь дорогого мне человека. Теперь – то мне было понятно недоумение Антона на мой счет. Конечно, я предполагала что в виду своего скорого отъезда он наверняка не планировал длительных отношений, но в то же время в глубине души лелеяла наивную надежду на то, что внутренние установки можно и переосмыслить и шанс все исправить у меня еще есть. Так мне казалось… Не стоило забывать и о том, что Антон связан чувством долга, а я по сути ничем кроме любви к нему и поэтому вариантов решений у меня по умолчанию больше. Для того чтобы хоть немного понимать чем сейчас живут и дышат военные врачи, в какой обстановке им приходится работать, я в экстренном порядке подписалась на различные паблики и с головой окунулась в военную действительность от которой благополучно бегала последние три года. Потрясения от увиденного были неизбежны, но несмотря на подавленное состояние, руки опускать я не собралась. Мне нужен был хоть какой – то план и в понедельник, после разговора с Лерой, который ожидаемо закончился слезами, он был составлен. С разрешения подруги я собиралась обратиться за помощью к Гене. И если Лере предстояло выпытать у своего жениха всю возможную информацию об Антоне, то передо мной стояла задача посложнее – добыть его актуальные его контакты, так как номер Антона, который я взяла у Леры, был заблокирован и робот из раза в раз равнодушно уведомлял, что абонент находится вне зоны действия сети.

Как только мы пришли хоть к какому – то пониманию что нам делать дальше, не тратя ни минуты лишнего времени я прямиком отправилась в Военно – медицинскую академию. К Гене меня пустили довольно – таки быстро – он договорился на проходной – но дальше этого дело не пошло. Бывший квартиросъемщик наотрез отказался мне помогать.

- Полина, - сказал он, усаживая меня на стул в ординаторской, - давай попробуем вместе разобраться что и как. Возможно тебе удастся убедить меня что я неправ в своих выводах. Насколько я понял из твоих сумбурных объяснений, дело обстоит следующим образом… Пока ты считала Антона бандитом, - на этих словах Гена выразительно закатил глаза, всем своим видом давая понять что думает о моих умственных способностях, - он был тебе не нужен, а как только стало известно что он врач, причем врач хороший, с неплохими перспективами, мнение твоё резко поменялось и теперь ты просишь дать его контакты для того чтобы признаться в своих чувствах. Я верно описал ситуацию?

К сожалению со стороны все выглядело именно так.

- Нет, Гена, не верно! На самом деле в моем отношении к твоему другу ничего не поменялось. Я влюбилась в него с первого взгляда, - мне было тяжело говорить открыто и без утайки чужому по сути человеку, но обстоятельства требовали именно этого. – Признаю, что боялась дать волю чувствам, но на то были веские причины. Так я считала .

- Мы ведь говорим с тобой откровенно?.

- Конечно.

- Надеюсь ты не обидишься на мои слова, но я не первый день с тобой знаком и выводы какие – никакие сделать успел. Мне неоднократно приходилось наблюдать за тем, да и Лера со мной иногда делилась, как расчетливо ты действовала в отношении нас, мужчин. Всегда в своих интересах, нисколько этого не стесняясь. Открыто могла рассказать нам о том с кем собираешься встречаться, какие цели преследуешь и что от этих встреч хочешь получить. И почти всегда этот интерес был меркантильным. С Лерой да, - жестом Гена остановил мои готовые сорваться с губ возражения, - тут я не спорю, ты дружишь искренне, во всяком случая я очень на это надеюсь, но с мужчинами – нет. Сам факт того, что ты ничего не знаешь о человеке в которого влюблена, говорит о многом. О какой любви идет речь? Кого ты любишь?

- Да причем здесь это! – я всплеснула руками. – Соглашусь что вела себя эгоистично, но тебе трудно меня понять, хотя легко осудить. Ты никогда не бывал в моей шкуре. У тебя здесь, в Питере, есть и поддержка, и родственники, и работа, а ещё нет проблем с жильем и деньгами. Со всеми этими сложностями я столкнулась как только переехала сюда и оказалась не готова к подобному. Естественно стала ошибаться, многое делать не так. Но не все так плохо с моим моральным обликом, как ты думаешь. Когда мы с Антоном виделись в последний раз, то все выяснили. Ты прав в одном, я многого не знала о нем, поэтому не только надумала всякую чушь, но и сама поверила в нее. Но ведь в конечном итоге профессия не определяет человека. А мне понравился прежде всего человек, а не какой – то абстрактный врач. Гена, не забывай, - я изо всех сил старалась быть убедительной – моя осторожность случилась по одной причине – я боялась. Боялась услышать неприятную и главное страшную правду о парне который мне сильно понравился, хотя бояться как оказалось было нечего.

- Если ты боялась его придуманной «профессии», - Гена изобразил руками кавычки, - значит понимала что она во многом определяет суть личности человека. А теперь ты говоришь что все это не важно. Не стоит лукавить. Какая это любовь?

- Какая есть…

Гена с минуту подумал, в задумчивости глядя в окно.

- Нет, Полина, ты меня не убедила, и помогать тебе я не стану. Если бы у тебя был Антохин номер, пусть и старый, еще куда ни шло, но у тебя и его нет. Брать на себя такую ответственность я не хочу и не буду.