Абсолютное зло

Глава 13

Я стояла перед зданием консерватории и не решалась войти внутрь.

В жизни произошли перемены, незаметно превратив все привычное в бремя. Посещать консерваторию стало повинностью, проводить время с друзьями - пыткой. Они ждали, что я буду веселой и беззаботной, но притворяться было выше моих сил. Я всё больше отдалялась. Наконец осознала: я – не человек.

Размышляла над тем, что если бы обстоятельства сложились иначе и родители не покинули бы родной мир, моя жизнь сейчас была совсем другой. Кем бы я стала? Врядли занималась бы вокалом. Продолжила бы дело семьи? Отец бы с детства обучал меня своему мастерству, и впоследствии я тоже занялась бы огранкой драгоценных камней? Или ковала оружие? Точно такие же клинки, какими Дан пронзал тела харпов.

Разглядывала ладони: могли ли они создать произведение искусства? Или же орудие смерти?

— Никак не можешь определиться? — Бенд подошел неслышно. Он единственный, кто как будто не замечал во мне перемен. Либо умело притворялся.

Он достал из пачки сигарету. Сжимая ее губами, шарил по карманам в поисках зажигалки.

— На территории консерватории запрещено курить, — чопорно отметила я.

Бенд посмотрел себе под ноги и, чуть прищурившись, поднял голову к зданию нашей альма-матер.

— Я ничего не нарушаю, — сделал затяжку и выпустил дым, — тротуар – городские владения. — Забавляло с какой легкостью он выкручивался из любой каверзной ситуации. — Так по поводу чего дилемма? Только не говори банальности вроде «все слишком сложно», — предупредил Бенд.

Невозможно в двух словах описать проблему и при этом не предстать безумной. Я поджала губы и опустила голову: не могла признаться.

— Раз ты молчишь, — снова затянулся, — выскажусь я. — Он продолжал курить, вызывая у меня желание отмахнуться от дыма и глотнуть свежего воздуха, но я отгоняла это желание и внимательно слушала. — Не удивлен что у тебя кризис. Так всегда бывает, если занимаешься не своим делом. — Попыталась возразить, но он перебил меня: — Знаю, ты любишь петь. Многие люди, одаренные музыкально и вокально, по-настоящему находят себя совершенно в другом. Одним достаточно петь в дружеских компаниях, детям перед сном, другие жаждут собирать стадионы и купаться в любви фанатов. Все люди разные, и для счастья нам необходимы совершенно различные вещи.

Сбивчивый звонок возвестил о начале занятий, и студенты, болтающиеся перед зданием, засуетились и, как муравьи, цепочкой потянулись к входу.

Бенд выбросил окурок:

— Не мучай себя, Мар, — поправив рюкзак на плече и примкнул к опаздывающим, устремившись к консерватории.

Улица быстро опустела, только я стояла неподвижно на тротуаре: больше некуда торопиться.

Следующие несколько часов я бесцельно бродила по городу: сидя на скамейке в парке, наблюдала за людьми; гуляла среди фонтанов, которые еще не успели отключить на долгую зиму; разглядывала витрины магазинов, совершенно не нуждаясь ни в одной выставленной в ней вещи.

Слова Бенда заставили меня задуматься. Никогда не смотрела на свою жизнь под таким углом. Еще до окончания школы я знала, чем буду заниматься. Чем хочу заниматься.

Пыталась найти ответ, зачем поступила в консерваторию. Зачем столько времени посвящала занятиям музыкой? Если бы она была моим смыслом жизни, я бы давно поддалась на уговоры своих друзей и создала с ними группу. Много лет назад Дан направил меня по этому пути, и я до сих пор двигалась по инерции. После его исчезновения я уцепилась за эту идею, как за последнюю тонкую ниточку, связывающую нас. В глубине души всегда чувствовала себя не на своем месте.

Где-то за спиной услышала сигнал машины и обернулась. Выглядывая из окна авто, мне широко улыбнулся Рома.

— Прогуливаешь? — не упустил случая поиздеваться. — Кто бы знал, что прилежная студентка Мария на такое способна. Не поверил бы, если собственными глазами не видел. — Он распахнул дверь машины, зазывая внутрь: — Забирайся - погреешься, на улице не месяц май.

Он ловко вставлял ходовые фразочки в свою речь, безупречно мимикрирую в окружающее общество - не отличить от обычного человека.

Оглядевшись по сторонам, я перебежала дорогу и нырнула в салон. Меня сразу окутало теплым воздухом с тонкими нотками кедра и ментола.

— Привет, — встретилась с ним взглядом.

— Попьем кофе? — в ответ предложил он.

Не видела причин отказываться, и от долгой прогулки действительно продрогла.

Через несколько минут мы уже сидели напротив друг друга, наслаждаясь ароматом горячего кофе.

— Как теперь к тебе обращаться? — сразу хотела разрешить этот вопрос. — Рем?

— Как тебе удобнее, — небрежно пожал плечами, — я привык к новому имени, оно меня не смущает.

Мне казалось правильным называть его Ремом. Чувствовала вибрацию в звуках когда произносила его. Словно щелчок отпирающегося замка, к которому подобрали правильный ключ. Вспомнила объяснения парня из клуба, когда он описывал связь с родной землей. Казалось в этом странном мире всё повязано, одно взаимодействует с другим, создавая единый слаженный механизм. Мы частички чего-то целого. Ноты, что располагаясь в определенном порядке, рождают цельную композицию. Мы звучим только, когда вместе едины. Теперь самоубийственная война Дана виделась мне совсем иначе.