Аделаида - укротительница тигров.

Капитуляция

Но мысли свои вслух я озвучивать не стала. Зачем? Никому пользы не будет, если мы сейчас поругаемся. Мне так уж точно, пока я к окружающему миру присматриваюсь да с тиграми отношения налаживаю. Пока мне Сергей, наверное, даже полезен будет. С тиграми ведь кому-то надо заниматься. А у него тут, похоже, свой интерес имеется. Только пока мне не понятно, какой. Я мысленно пометила себе, что в этом тоже нужно разобраться. Я потом обдумаю, как выжить его из Аделиного номера. А пока у меня есть задача посерьезнее.

— Ты прав, Серёж, — произнесла я с милой улыбкой, — эти хитрюги, видимо, и правда решили с меня пример взять и полениться сегодня. Давай сегодня отменим занятие. Пусть отдохнут. А завтра вместе порепетируем. Да, ребятки? — обратилась я к тиграм и сделала шаг в их сторону. — Вы ведь будете завтра умницами? Да? И мы все с вами повторим, что умеем?

Все это время я старалась говорить интонациями Аделаиды, использовала её жесты и пристально наблюдала за реакцией полосатых кошек. Они слегка повернулись в мою сторону, слушали настороженно, но больше не рычали, а Гермес даже подошёл ко мне поближе и сел напротив и внимательно посмотрел на меня своими умными черными глазами, в которых читалось беспокойство и надежда. Надежда на то, что они все ошиблись, и их Аделя никуда не испарилась, вот она стоит сейчас тут с ними. И всё будет, как прежде.

Похоже, лёд тронулся. Я посмотрела тигру прямо в глаза и проговорила:

— Да, Гермес? Верно я всё говорю? Отдохнём все сегодня, а завтра с новыми силами примемся за подготовку номера для фестиваля?

Проговорила и плавным быстрым движением, прямо как Аделаида, шагнула к тигру и уткнулась ему в шею. Тот сначала напрягся, а потом вдруг вздохнул и обмяк, прижал ко мне голову, ткнулся лбом в плечо и тихонечко рыкнул. Принял. Поверил. Теперь не облажаться бы.

— Устал мой мальчик, да? Устал мой хороший! То бегать нужно, то прыгать! Никакого покоя бедному тигру нет! А тут я еще разленилась совсем, не занимаюсь с вами. Никакого порядка нет! Да? — зашептала я ему на ухо, нежно почёсывая шею.

А сама аккуратно из-под ресниц осторожно наблюдала за реакцией Сергея. Его лицо, когда тигр подпустил меня к себе, слегка скривилось. Готова поспорить, что расклад, когда тигры на меня рычали, нравился ему больше. Было видно, что он хочет со мной поспорить. Не готов уступить, когда предоставился такой случай доказать всем и себе самому, что он главный над тиграми. Но… вот он слегка нахмурил брови, а потом вдруг улыбнулся и проговорил:

— Ты, наверное, права, Аделечка! Нам всем нужно отдохнуть. Ты не совсем здорова, а тигры это чувствуют. Они же твои детки. Переживают за мамочку. Да, Гермес?

Он подошел, встал рядом с нами и погладил моего любимчика по голове.

Остальные тигры тоже подтянулись к нам, сели кружком, прижались боками и преданно ловили мой взгляд, будто не они полчаса назад рычали на меня. Прям семейная идиллия. Как в старые добрые времена, когда Аделя и Сергей ещё были парой. Сергей даже сделал попытку меня приобнять, но я ловко вывернулась и обняла тигров, всех сразу так, как делала это Аделя, заодно осторожно пощупала им носы. Вроде, мокрые холодные. Значит всё нормально.

— Ой, какая милая картина! Прям сю-сю-му-сю! — услышала я неприятный писклявый голос и обернулась. У входа в вольер стоял щупленький рыжеволосый мужичок со всклоченной бородёнкой, на плечах его болтался замызганный сероватого оттенка халат.

Аделичкина память подсказала мне, что это местный зверячий лекарь. Ветеринар то бишь. Та же память хранила много историй об их стычках между Аделаидой и этим эскулапом, происходящих на фоне абсолютного расхождения во взглядах на состояние здоровья больших кошек и на методы их лечения.

Животные его тоже, надо сказать, не особо жаловали. Карл Константинович постоянно путал лекарства и дозировки и совсем не умел выполнять инъекции. Ни один и ни два раза постыдно убегал он из вольера, подгоняемый рычащим Гермесом, а уж сколько раз его кусали собаки, лягали лошади и оплёвывали макаки, и не счесть.

Все дрессировщики на него постоянно жаловались, даже докладные писали. Но Карл Константинович приходился Ивану Михайловичу близким другом с детства. На соседних горшках в садике сидели. Не верил наш директор словам своих сотрудников. Так и говорил:

— Не наговаривайте мне тут на прекрасного специалиста!

Поэтому все с трудом, то терпели, Карлушу и старались к животным его не подпускать. Сами осматривали, сами лечили, а если уж прям совсем труба, вызывали проверенных лекарей за свой счёт. Тфу-тфу-тфу, такие случаи были совсем уж редки.

— Иван Михайлович сказал мне, что с тиграми совсем беда, — прогундосил Карл Константинович. — А вы тут репетируете во всю.

— Нормально всё с моими тиграми, Карл Константинович, — ответила я.

— Капризничают только, — открыл рот Сергей, но, поймав мой гневный взгляд, продолжать тему не стал, отвернулся и пошёл собирать инвентарь. А Гермес лениво повернул голову в сторону лекаря и предостерегающе рыкнул.

— Я так полагаю, что в осмотре специалиста животные не нуждаются? — уточнил Карлуша, прячась за дверцу клетки.

— Правильно Вы полагаете, доктор, — кивнула я и улыбнулась самой милой Аделиной улыбкой.

— Зря ты отказалась от осмотра, — проговорил Сергей, когда Карлуша скрылся из виду. — Тигры вели себя сегодня очень странно. Вдруг они все того?