Аделина. Второй шанс на жизнь.

Глава 2.

Я резко открыла глаза и с трудом выпрямилась. Из моей груди вырвался сдавленный вздох, и я схватилась за горло. Холодный пот выступил на моём теле, а дыхание стало прерывистым от охватившей меня паники.

Однако вместо затхлой вони тюрьмы, которую я ощущала в последний раз, в мои ноздри ударил свежий запах сырого дерева и старого пергамента.

В моей голове сразу же возникли непрошеные вопросы. Где я нахожусь? Меня спасли? Или же Аспин смог найти доказательства моей вины?

От радости мои пальцы сжались в грубую ткань одеяла, которое укрывало меня. Когда я взглянула на него, то увидела, что это было не изношенное одеяние заключённой и не прекрасные шелка, которые я когда-то носила, будучи невестой Аспина. Это была простая шерстяная ткань — скромная, но такая знакомая.

— Это... — невольно вырвалось у меня.

Решив сориентироваться в пространстве, я окинула взглядом тускло освещённую комнату. У окна стоял одинокий деревянный стол, на котором покоилась разбитая глиняная чашка. На ближайшей полке в беспорядке лежали несколько книг с потрёпанными обложками. В камине догорали последние угольки, отбрасывая слабые отблески света на бревенчатые стены.

Это место...

Неужели это сон? Не может быть! Моё сердце бешено заколотилось, когда я узнала его.

Хижина в деревне... Я вернулась в прошлое? Не может быть... Конечно, я читала об этом, но думала, что это всего лишь вымысел.

— Невероятно! — воскликнула я, не веря своим глазам.

Я вернулась в тот самый дом, в котором жила шестнадцатилетней девушкой, задолго до того, как была вынуждена вернуться в поместье своего отца. Мои пальцы дрожали, когда я прикоснулась к своему лицу. Кожа была гладкой, без следов тех испытаний, которые мне пришлось пережить в предыдущей жизни.

Я отбросила одеяло и поднялась с простой деревянной кровати. Неведомая сила сковала моё тело, и я, пошатываясь, направилась к небольшому зеркалу, висевшему на стене.

— Да, это не сон, — подтвердила я свои догадки.

На меня смотрела молодая девушка. Шестнадцать лет. Черты её лица были мягкими, не тронутыми жестокостью предательства. Длинные светлые волосы свободно ниспадали на плечи, бледная кожа была безупречна. В широко раскрытых от потрясения глазах светилось озорство, которое я давно утратила.

Мои колени подогнулись, и я ухватилась за край стола, чтобы не упасть.

— Я вернулась, — повторяла я себе.

За пять лет до своей казни. До предательства Аспина. До жестокой ухмылки Маринетт, с которой она наблюдала за моей смертью. Мои руки вновь сжались в кулаки.

Осознание происходящего нахлынуло на меня подобно приливной волне, и я судорожно схватилась за грудь. Рыдания застряли в горле, и я не могла поверить в то, что происходит.

Неужели это правда? Или это какой-то жестокий розыгрыш, который я вижу в последние мгновения своей жизни?

Мой взгляд упал на мои руки — молодые, здоровые, без шрамов. Ногти были целы, не сломаны от цепей или отчаянной борьбы в темнице. Я прижала кончики пальцев к ладони, ощущая тепло своей кожи.

Это было по-настоящему.

Истерический смех готов был вырваться наружу, но я сдержалась, мои мысли лихорадочно метались. Это был второй шанс, дарованный мне небесами. Боги, судьба, какая бы сила ни допустила это, она дала мне ещё одну возможность избежать гибели, которая настигнет меня в будущем.

Нет, я не должна встречаться с Аспином и Маринетт. Я не вернусь в дом своего отца, если его можно так назвать. Того, кто бросил свою вторую дочь на съедение волкам и даже не моргнул глазом.

Я более не намерена быть столь легкомысленной и беспечной.

Слёзы, подобно раскалённым углям, обжигали мои глаза, но я решительно смахнула их. Нет, я не буду поддаваться слабости и отчаянию. Довольно пролитых слёз в моей прошлой жизни. В этот раз я не позволю себе быть слабой и уязвимой.

В этот раз я буду действовать решительно и уверенно, опираясь на свои знания о будущем. Я сделала глубокий вдох и крепко сжала кулаки, пытаясь восстановить самообладание.

У меня есть всего лишь год до того момента, как отец пришлёт за мной.

Год, чтобы изменить свою судьбу.

Год, чтобы избежать участи, которая может привести к гибели.

И я не намерена тратить его попусту.

Звук торопливых шагов, раздававшийся за пределами хижины, становился всё громче с каждым отчаянным ударом каблука о землю. Я едва успела обернуться к двери, как та распахнулась с такой силой, что несколько предметов внутри задрожали.

— Проклятье, девочка! — послышался зычный голос хозяйки таверны, мадам Бель. — Ты что, думаешь, что можешь просто сидеть здесь и прятаться? — прогремела голос мадам Бель, заполняя небольшое пространство, словно ураган, и поднимая пыль с потолочных балок. В дверном проеме стояла хозяйка таверны, ее крупная фигура заслонила утренний свет. Лицо мадам Бель было красным, то ли от гнева, то ли от долгого подъёма на холм, я не могла понять. Но ее взгляд — пронзительный и яростный — заставил меня вздрогнуть. Я даже забыла, какой она бывает в ярости. Впрочем, я ожидала этого.