Адептка Джейн в академии Хаоса

Глава 11. Легенда

Едва появившись на пороге, Бинс тут же принялся давать указания:

— Эй, адепты, в левом ведре возле сарая — тряпки, в правом — щётки. Вымойте и вычистите всех, кто в стойле. Только не трогайте Бьянку — она сегодня в дурном настроении.

Нужно сказать, что дурное настроение было не только у Бьянки. Бинс тоже, очевидно, встал не с той ноги. Его внешний вид буквально кричал о том, что мужчина провёл эту ночь за распитием крепких напитков: красные глаза, взлохмаченные волосы, шаткая походка и едкий запах спиртного не оставляли никаких сомнений — у конюха было похмелье.

Я кивнула и направилась к ведру. Однако не преминула возможностью проследить за внимательным взглядом Лекса, брошенным на старого знакомого. Я видела Бинса впервые и не могла знать, было ли такое состояние для него нормой или случилось в порядке исключения. Однако Лекс, судя по недавней поездке, должен был знать конюха гораздо лучше меня. Поэтому мне была интересна его реакция.

Старшекурсник ничего не сказал, лишь немного прищурился и сжал губы, словно обдумывая что-то неприятное. Оттого я подумала, что с конюхом всё же что-то не так. Однако с вопросами лезть не стала — знала, что мужчин в таком состоянии лучше не злить. Взяла щётку, ведро с водой и направилась в стойло.

В конюшне пахло сеном и пылью. Лошади тихо фыркали, переступая с ноги на ногу, и посматривали на меня с недоверием. Я прошла вдоль первого ряда и миролюбиво улыбнулась, демонстрируя животным тряпку и свои добрые намерения.

Я не знала имен лошадей и не бывала здесь прежде, однако Бьянку, упомянутую конюхом, обнаружила практически сразу. Стройная белая лошадка была привязана в отдельном стойле. В отличие от остальных, она не стояла на месте, а ходила из стороны в сторону, будто что-то искала. Ее миска с водой и кормушка были наполнены, вот только Бьянка не обращала на еду никакого внимания.

— Может, ты заболела? — спросила я вслух и подошла ближе к ограде.

Лошадь подняла на меня темные блестящие глаза, на миг замерла, а затем презрительно фыркнула, будто отрицая нелепое предположение. Я вздохнула, подняла ведро и пошла к другим лошадям.

Попутно вспомнила о том, что сам виновник сегодняшнего мероприятия не явился к началу. Возможно, Илон все же воспринял мой отказ слишком близко к сердцу. Так или иначе, это, наверное, к лучшему. После ночной сцены я тоже не горела желанием оставаться с ним наедине.

— Как успехи?

Силуэт Лекса возник на пороге, когда я уже успела помыть и вычесать около десяти лошадей.

— Не знаю. Клиенты не жалуются, хотя я не уверена, что они оценили мои усилия, — ответила я, убирая непослушные пряди со лба.

Лошади, поблескивая начищенными боками, переминались с ноги на ногу и флегматично жевали траву. Ко мне они отнеслись словно к мебели: не препятствовали работе, но и не выражали особых восторгов. Одна только Бьянка то и дело беспокойно высовывала голову за пределы стойла и смотрела — протяжно, тревожно, словно упрекала меня в чем-то.

Лекс задумчиво кивнул, сделал несколько шагов по длинному проходу вдоль рядов и вдруг пошатнулся, на миг утратив равновесие.

— Ты что, пьян? — удивленно спросила я.

Лекс равнодушно пожал плечами и ответил не без иронии:

— Ну а как еще я должен был выяснять причину горя нашего конюха?

— И как успехи? — вернула я ему его же вопрос.

— Клиент не жалуется, — ответил Лекс моими словами.

Я уже испугалась, что блондин отделается шутками и больше ничего не расскажет, но он вдруг предложил:

— Принеси мне воды, а я расскажу одну занятную историю.

Он невесело усмехнулся и присел на солому, а я торопливо отправилась на поиски источника воды, немного опасаясь, что этот скрытный огневик ещё передумает, и я останусь без ответов.

Насос для воды обнаружился во дворе, и здесь же нашлась жертва алкогольного допроса. Конюх сладко посапывал, растянувшись на обеденном столе в окружении опустошенных бутылок.

Мельком осмотрев эту пасторальную картину, я наполнила ведро свежей водой и вернулась обратно к Лексу.

Лекс взял воду из моих рук и сделал несколько жадных глотков. Выдохнул и медленно потер виски, видимо стараясь сконцентрироваться.

— Я начну сначала, — предупредил он и действительно начал с незапамятных времён.

Говорят, что вначале было два бога — Хорс и Мор, Свет и Тень, Жизнь и Смерть. Хорс имел власть лишь в надземном царстве, а Мор — во тьме, под землёй. Хорс был справедлив и добр, Мор — коварен и мстителен. Хорс возводил города, Мор насылал болезни, войны и страх, стирая поселения и унося жизни людей. Хорс годами пытался низвергнуть тёмного Бога, однако не мог проникнуть под землю, ведь власть имел лишь при свете дневном. Мор же спускался на землю в тёмное время, скрывался во мраке, в тенях и во мгле. Он сеял хаос, смерть, а затем ускользал, словно вода сквозь пальцы. И Хорс был обречён каждый раз создавать новый мир с нуля.

Так продолжалось до тех пор, пока Хорс не придумал новую уловку. Светлый выковал акционитовую клетку и поместил ее на морское дно. Редкий металл из которого сделана клетка способен сковывать любую магию и даже силу богов. Хорс выманил Мора в сумеречное время и сделал его вечным пленником подводного замка. Теперь Мор обречён веками сидеть в одиночестве, ожидая спасения и планируя месть.

От слов Лекса по моей спине пробежал холодок ужаса, нервы натянулись, словно тугая пружина. Дыхание сбилось, по телу волной прокатилась нервная дрожь.

Я была там, на морском дне. Я видела этого Бога во сне. И теперь я точно знаю его имя.

Мой сон не был сном.

Силой воли я удержалась от того, чтобы закричать, только тихо прошептала, когда наступила пауза:

— Пожалуйста, продолжай.

Лекс бросил на меня оценивающий взгляд и возобновил рассказ:

— У Мора остались приспешники. Они приносят кровавые жертвы, пытаясь освободить Тёмного и вернуть ему былую силу. И я думаю, что эти фанатики сейчас находятся среди нас, в стенах Академии.